И я прекрасно понимал, что этот рёв одобрения, звучащий сейчас внизу, наверху, в Вольфенбурге, будет услышан как грохот государственного переворота.

Мы отошли в одну из боковых, менее разрушенных зал, оставив ратлингов разбираться с последствиями боя и праздновать своё обретённое будущее. Атмосфера мгновенно сменилась с пафосно-торжественной на деловую и напряжённую.

— Подданные баронства фон Штольценбург, — медленно, смакуя каждое слово, протянула Лира. Она прислонилась к стене, скрестив руки на груди, и её лисьи глаза насмешливо поблёскивали. — Звучит… Весомо. Особенно если учесть, что это «баронство» до сего дня состояло из пары деревень, которые ты в глаза не видел, и клочка бумаги с герцогской печатью.

— Теперь у него есть ещё и самая большая крысиная нора в мире, — проворчала Брунгильда. Она уже разложила на уцелевшем каменном столе инструменты и с сосредоточенным видом ковырялась в повреждённом клапане от «Жнеца». — И, что куда важнее, доступ к неразработанным жилам вот этой дряни. — Она кивнула на кусок руды, который я поставил на стол. — Если тут её столько, сколько я думаю, мы можем переходить на новую марку стали в промышленных масштабах. Это меняет если не всё, то очень многое. Новая сталь держит удар Пожирателей и неплохо противостоит магическим атакам, не всем, разумеется. Но и боевых магов высокого ранга, что готовы стоять в строю тоже не шибко много, они те ещё ссыкуны, любят прятаться за спинами охраны.

— С точки зрения тактики это тоже меняет всё, — вставила Урсула. Она оторвала от своего доспеха погнутый наплечник и с лязгом бросила его на пол. — У нас теперь есть крепость, почти неприступная, чёрт подери, база в глубоком тылу врага. И рекруты, эти крысята дрались, как черти. Дать им нормальное оружие и немного выучки, и из них получатся отличные стрелковые отряды для подземной войны.

Они все были правы, каждая со своей колокольни. Брунгильда видела ресурсы и производство. Урсула плацдарм и штыки. Но только Лира видела всю картину целиком.

— Вы все мыслите категориями войны с эльфами, — тихо сказала она, и её голос заставил их замолчать. — А наш дорогой барон только что, не моргнув глазом, объявил войну ещё и герцогу.

Брунгильда подняла на неё глаза от своего клапана.

— Не мели чепухи, лиса. Он просто принял вассальную клятву от спасённого народа. Это его право, как феодала.

— Право? — Лира тихо рассмеялась. — Девочка моя, ты хоть представляешь, что сейчас начнётся в Вольфенбурге, когда туда дойдёт эта весть? «Выскочка-инженер, которому мы из милости дали титул, создаёт под землёй собственное королевство!» Он подчинил себе целую расу! Он строит свою армию! Аристократы, которые и так его ненавидят, взвоют так, что в ушах заложит. Они потребуют у герцога объявить тебя предателем и изменником.

Я молчал, слушая её. Она озвучивала мысли, которые уже роились в моей голове.

— Герцог не идиот, — возразила Урсула. — Он понимает, что без Михаила им всем крышка.

— Герцог — политик, — отрезала Лира. — И он сидит на троне, который шатается. Давление знати, страх перед вашим усилением, слухи, которые распустят наши «друзья»… Он может и не захотеть, но его заставят. Ты только что поставил ему шах, барон. И теперь он должен либо съесть твою фигуру, либо отдать половину доски. А старый волк Ульрих не любит отдавать даже пешки.

Она подошла к столу, взяла в руки кусок руды и взвесила его на ладони.

— Это не просто камень. Это корона! Корона подземного короля. И она очень, очень тяжёлая. Ты уверен, что готов её носить? Потому что теперь тебе придётся воевать на два фронта. Один здесь, внизу, с эльфами. А второй там, наверху, и я не уверена, какой из них опаснее.

Она была абсолютно права, я это прекрасно понимал. Я пересёк Рубикон, мой маленький, уютный мир, где я был всего лишь инженером, выполняющим важную работу, рухнул. Теперь я был игроком, и остальные фигуры этого не простят.

— Да, — тихо, но твёрдо сказал я, встречая её пронзительный взгляд. — Уверен. Потому что наверху я завишу от их интриг, от их ресурсов, от их милости. А здесь… здесь я только от прочности стали и точности чертежа. Здесь я сам устанавливаю правила.

Я забрал у неё камень, он больше не казался таким тяжёлым. Теперь он был просто ресурсом, первым кирпичом в основании чего-то нового.

— Урсула, займись ранеными и организацией обороны. Брунгильда, мне нужен полный отчёт о состоянии «Жнеца» и список необходимых деталей. Лира, готовь самого быстрого гонца.

Она вопросительно изогнула бровь.

— И что же мы напишем нашему дорогому герцогу? Слёзное покаяние?

— Нет, — я усмехнулся. Холодно, без веселья. — Мы напишем ему официальное уведомление. О расширении границ его герцогства. И приложим к нему счёт за проведение военной операции по защите его новых земель. Пусть аристократия подавится от ярости.

Лира смотрела на меня, слегка склонив голову набок, и в её янтарных глазах плясали весёлые, хищные огоньки. Она не сомневалась, не осуждала. Она наслаждалась моментом. Хаос был её стихией, а я только что подбросил в костёр канистру с бензином.

— «Официальное уведомление», — протянула она, смакуя слова, как дорогое вино. — Барон, вы не просто играете с огнём. Вы в нём танцуете.

— А теперь будь любезна, — ответил я, скрестив руки на груди. — Расскажи нам, как вы здесь оказались? Мой отряд шёл сюда на отчаянный зов о помощи. А твой отряд, вооружённый моими винтовками и старым пулемётом из Каменного Щита, оказался в нужное время в нужном месте, как рояль в кустах. Это точно не совпадение. Докладывай.

Лира усмехнулась, её улыбка стала шире.

— Ах, как я люблю, когда вы говорите со мной на языке приказов. Это так… возбуждает. — Она сделала театральную паузу, наслаждаясь нетерпеливым ворчанием Брунгильды и хмурым взглядом Урсулы. — Всё очень просто, мой дорогой барон. Пока вы тут играли в спасателя, работа на поверхности не стояла на месте.

Она сделала знак, и из тени выступила Кайра. Девушка-снайпер изменилась. Ушла былая неуверенность, на её месте появилась холодная, выверенная точность командира. Она молча протянула Лире тугой свиток из тёмной, неприятной на ощупь кожи.

— «Кузница» работает, — продолжила Лира, разворачивая свиток. — И пока ваш основной отряд «Ястребов» был с вами, мы сформировали второй, резервный. Тренировали их на новом полигоне, вдали от любопытных глаз. Кайра проделала отличную работу. Её птенцы стреляют не хуже ваших.

Кайра коротко кивнула, принимая похвалу как должное.

— Но просто стрелять скучно, — Лира провела пальцем по свитку. — Мои «Лисы» тоже не сидели без дела. Мы засекли активность тёмных эльфов в предгорьях, в секторе, который считался глубоким тылом. Небольшие, но хорошо охраняемые отряды. Слишком хорошо для обычных патрулей. Мы предположили, что они возят что-то важное. И устроили им небольшой сюрприз.

Она повернула свиток ко мне. Текст был написан вязью из острых, хищных рун, но рядом, каллиграфическим почерком Лиры, шёл перевод.

— Отряд Кайры обеспечил огневое прикрытие, мои девочки тихую работу. Перехватили курьера, и вот что он вёз. — Она ткнула пальцем в середину текста. — Приказ за подписью одного из генералов леди Мортаны, верховной жрицы тёмных. Приказ штурмовой группе, той самой, что вы только что пустили на фарш, взять Кхарн-Дум любой ценой. И не для того, чтобы истребить ратлингов. О, нет.

Она сделала ещё одну драматическую паузу.

— Вот, читайте. «…захватить узел магистральных туннелей Кхарн-Дум, обеспечив беспрепятственный выход ударных корпусов в тыл герцогства Вальдемар в районе Чёрного Леса. Срок — две недели».

В наступившей тишине слова эхом отдавались в голове. Чёрный Лес. Это было всего в дне пути от Вольфенбурга. Они не просто хотели захватить город. Они хотели вскрыть нам брюхо, пройти по этим туннелям, как по метро, и вынырнуть прямо у стен беззащитной столицы, пока вся армия герцогства топчется на границах.