– Я посижу немного в кресле, если не возражаешь, – усмехнулся, отвернувшись от постели, и действительно присел на не самое удобное с его ростом сиденье, с тихим облегченным стоном вытягивая уставшие ноги. Откинулся на высокую спинку и прикрыл глаза, демонстрируя следящей за ним супруге полную расслабленность и безобидность.

Помогло. Некоторое время спустя Малика завозилась, устраиваясь поудобнее, а потом тихонько засопела то ли от недовольства, то ли от нерешительности.

– Тяжёлый день? – всё же спросила ещё через несколько мгновений и снова замерла в ожидании ответа.

– Устал, – выдохнул Тайншар и, не открывая глаз, повернул голову в сторону кровати, – спи. Я уйду, когда ты заснёшь.

Принцесса снова завозилась под одеялом, потом тяжело вздохнула, продолжая на него смотреть: её взгляд он ощущал всей кожей, не иначе, но продолжал сидеть, не двигая даже пальцем. Действительно устал, да и нервировать супругу не хотел.

– На кровати достаточно места, – выдохнула она в следующее мгновение и, когда он всё же взглянул на неё, удивлённый предложением, прямо встретила его взгляд, – места и в самом деле хватит, а отдыхать лёжа гораздо удобнее.

– Уверена? – переспросил Тайншар, отказываясь верить собственным ушам, – я вполне могу и в кресле посидеть. Тут удобно.

– Уверена, – увидев, как скривилось лицо супруга на последних словах, Малика окончательно расслабилась, – ложись. Я не передумаю и не убегу с криками, обещаю.

Мужчина усмехнулся. Кажется, принцесса поняла все его опасения и сочла их забавными. А раз так – волноваться ему было не о чем. На всякий случай продолжая наблюдать за реакцией супруги, готовый в любое время отступить, он поднялся, медленно расстегнул сюртук и бросил его на спинку кресла. Потом скинул обувь, шагнул к кровати и, не снимая рубашки и брюк, устроился поверх одеяла.

Захотелось с облегчением выдохнуть: уставшие мышцы изменение положения в пространстве приветствовали снижением напряжения. Малика уютно свернулась калачиком на своей половине кровати, только тихонько и ровно дышала, совершенно успокоившись.

Через некоторое время дыхание её стало более ровным и глубоким – девушка крепко заснула. Тайншар полежал ещё немного не двигаясь, а потом повернулся лицом к спящей. Во сне она выглядела совершенно умиротворенной, разгладилась эта её вечная морщинка между бровей. Малика подложила ладошку под щёку, непослушная прядка волос упала на лоб и, скорее всего, щекотала ей кончик носа. Мужчина хотел смахнуть волосы, но побоялся неловким движением разбудить девушку. Так, любуясь спящей рядом с ним красавицей, он не заметил, как сам провалился в крепкий спокойный сон.

Утро встретило Тайншара непривычными ощущениями. К нему прижималось чьё-то тёплое тело, а куда-то в плечо уткнулся холодный нос. Открыв глаза, Советник даже не сразу сообразил, где находится – обстановка комнаты ясно давала понять, что он ночевал не у себя.

К счастью, память к нему возвратилась до того, как Малика зашевелилась, просыпаясь. Он даже успел немного отодвинуться, создавая между ними небольшое пространство, когда супруга открыла глаза.

– С добрым утром, – улыбнулся ей мужчина, когда она выпуталась, наконец, из одеяла и осознала, что в комнате находится не в одиночестве.

– А ты… как тут? – дар речи от растерянности Малика почти утратила, запинаясь чуть не на каждом слове, но понять смысл заданного вопроса Тайншару это не помешало.

– Не поверишь – заснул, – пожал он плечами, усаживаясь на кровати так, чтобы видеть супругу, – как рядом лёг, ещё помню, а потом – только как глаза открываю утром.

Малика тоже села, подтянув колени к груди. Она внимательно разглядывала мужчину и видела, несмотря на то, что одежда, в которой он спал, оказалась измятой, в целом он выглядел гораздо свежее, чем накануне.

– Выспался хотя бы? – улыбнулась и она, наконец чувствуя себя на удивление умиротворённой.

– Давно так хорошо не спал, даже снилось что-то хорошее, – признался мужчина, потягиваясь, как довольный сытый кот, – ну, не буду мешать. Пойду к себе.

Он поднялся с постели, обулся и, подхватив сброшенный ночью сюртук, вышел. Малика проводила его задумчивым взглядом, обдумывая интересную мысль: раз уж, когда они спят рядом, им снятся хорошие сны, стоит подобный опыт повторить.

Но повторить совместный сон оказалось не так-то просто. Сначала самой Малике как-то неловко оказалось заговаривать о подобном. Потом их увлекла подготовка к обряду магического родительства для Таена и Ириды, так что они с Тайншаром бегали с утра до вечера по дворцу. А если и добирались до постели, падали туда без сил и не помнили, как засыпали и что им снилось.

Сам обряд проводился через неделю после рождения племянника. К этому моменту и ребёнок и его мама уже достаточно окрепли, чтобы с относительным комфортом выстоять всю церемонию.

В просторном зале – Малика не могла вспомнить, не здесь ли, случайно, проходила её свадьба, – собрались все заинтересованные, коих было не так уж и много. Императрица с Императором и наследником, Малика с Тайншаром, непривычно серьёзный Таен в сопровождении торжественно-одухотворённой Ириды и, конечно же, жрец, которому и предстояло проводить обряд.

Принцесса с Тайншаром, как и на свадебной церемонии Лии и Ксая, были свидетелями. Поэтому просто наблюдали, как две пары встают перед жрецом друг против друга. Император держал на руках наследника, пока тот, не обращая ни на что внимания, крепко спал.

Дождавшись от правителя лёгкого кивка, жрец, облачённый в длинный тёмный балахон, приступил к выполнению своих обязанностей:

– К четырём Богам взываю, – начал он негромко, но звук его голоса всё равно разносился по всему залу, – да будут они свидетелями ваших клятв. Перед лицом Бога Смерти, что сопровождает каждый наш выбор, и Богини Жизни, что осеняет каждый наш день теплом и светом, передаёте ли Вы, Ксайштар и Лиалин, право заботиться об этом младенце, кровь от крови вашей, Таену и Ириде?

– Если будет на то воля Высших, – хором откликнулись Лиалин и Ксайштар и снова замерли, ожидая продолжения обряда.

– Готовы ли вы, Таен и Ирида, принять на себя заботу об этом младенце, кровь от крови Ксайштара и Лиалин? – задал жрец положенный вопрос второй паре.

– Если будет на то воля Высших, – так же дружно отозвались и эти двое, а потом покорно подставили свои ладони, которые жрец уколол извлечённым откуда-то из складок одежды кинжалом. Проворно смешав их кровь, он пальцем начертил на лбу младенца какой-то символ. Что удивительно, тот от чужого прикосновения так и не проснулся, даже не забеспокоился, продолжая тихонечко сопеть во сне.

– Пусть Бог Мудрости направляет ваши поступки, во благо этого чада, а Богиня Любви покажет путь вашему сердцу. Да будет так, – закончил свою часть обряда служитель богов и кивнул свидетелям, призывая их присоединиться к действу.

– Свидетельствуем, – шагнули ближе Тайншар и Малика, – перед Богами и миром являемся свидетелями ваших клятв.

В этот момент Малике показалось, что запястье обожгло мгновенной вспышкой боли, которая тут же прошла бесследно. Но обряд на этом был завершён, все поспешно разошлись, и спросить об этом странном ощущении она не успела, а после – забыла.

Чуть позже состоялась первая встреча Ариадны с младшим братом, и вышла она достаточно забавной. Когда девочку впустили в комнату, где отдыхала Лиалин с сыном, она осторожно подкралась, а по-другому назвать её походку в этот момент было нельзя, к кровати.

– Это что ли мой братик? – спросила она громким шёпотом внимательно разглядывая снова дремлющего младенца.

– Да, милая, – улыбнулась ей Лиа и протянула руку, приглашая дочку забраться к ним на постель, что та успешно и проделала, смешно при этом пыхтя и отфыркиваясь.

– А почему он такой маленький? – всё так же шёпотом задала она новый вопрос, – как я с ним играть буду?

– Извини, дорогая, но поиграть не получится, – покачала головой Императрица на такую непосредственность дочери, – малыш только недавно родился, он пока ещё даже сидеть не умеет.