Такой орк вскоре нашёлся. Горбун Яхер Бочкодел, бондарь племени Белой Рыбы. Он не питал ни малейшей любви ни к предыдущему вождю Адыну Непревзойдённому, ни к бойцам Белой Рыбы или старому шаману Жуже. Насколько я понял ситуацию, малолетнюю дочь бондаря шаман принёс в жертву духу‑защитнику, несмотря на отчаянные протесты родителей. Яхер серьёзно обиделся и собирался уходить из племени вместе со своей семьёй, чтобы попросить защиты в моём лагере Жёлтой Рыбы. Смена власти в племени помешала этим планам, и горбатый орк первым из всех жителей пришёл знакомиться с новым вождём.

И нужно сказать, произвёл на меня горбун весьма положительное впечатление. Бондарь оказался неплохим ремесленником, знал всё о происходящем в прибрежном посёлке и находился на хорошем счету у соседей. Горб помешал в своё время этому сильному орку с крупными мозолистыми ручищами стать воином, но он нашёл своё призвание и делал качественные бочки разных размеров, а также сундуки и даже разную мебель. Но что самое главное, Яхер Бочкодел оказался весьма сообразительным, а ещё был крайне благодарен мне за уничтожение личных врагов, так что в его верности, по крайней мере в первое время, можно было не сомневаться.

Остаток дня, а также весь следующий день, прошли за переездом и решением бесчисленного множества хозяйственных и административных вопросов. Споры насчёт мест для шатров и проходов к воде, решение вопроса «ничейных» женщин, знакомство с ремесленниками Белой Рыбы и выяснение их потребностей, составление графика патрулей для контроля нашей увеличившейся территории, выделение части взрослого населения и подростков для строительства дороги меж двумя посёлками и постройки тренировочного лагеря для бойцов племени. Оба мэра, верховный шаман и хранительница традиций мне активно помогали, переложив на свои плечи часть задач, но всё равно времени даже присесть на минуту или провести полноценное занятие с бойцами у меня не было. Да и воинам племени после традиционной вводной речи вождя для новичков и короткой пробежки с нагрузкой пришлось заниматься несвойственными делами, поскольку рабочих рук не хватало.

Также за эти полтора дня я выполнил свою часть сделки и в торжественной обстановке в присутствии великого множества орков выпустил четырёхметрового угря Хыра в реку. Дух‑защитник вёл себя удивительно спокойно, не спешил покидать прорытый меж рекой и бассейном канал, и даже, как мне показалось, уплывал нарочно медленно, поскольку купался в лучах обожания и славы своих орков‑приверженцев. Русалки по секрету сообщили мне потом, что рыба не стала возвращаться в Бездонное озеро, а поселилась в глубоком омуте неподалёку от лагеря Умной Совы, где проживало наибольшее количество поклоняющихся Хыру орков. Знакомые русалки Найла, Альвия и Селина согласились подкармливать духа‑защитника, ежедневно доставляя к его новому убежищу под древесными корягами протухшее мясо и уже начинающую попахивать подпорченную рыбу – любимое лакомство этого придонного падальщика. Таким образом, отношения с Хыром удалось не только восстановить после его пленения, но и вывести их на совершенно новый уровень, и магическая поддержка моему племени была обеспечена.

Следующей задачей, которую я поставил своим оркам, было налаживание контактов с соседями и определение чётких границ нашей территории. Сейчас лишь с эльфийским Родом Речной Крысы на юго‑западе имелись такие оговорённые границы по Стылому ручью, причём лесные эльфы эти договорённости с определённого момента даже начали соблюдать. На других же направлениях утверждённых границ не имелось, либо мне о таких договорённостях известно не было. Потому я провёл специальное собрание, на которое пригласил охотников и собирателей племени, а также воинов, ходящих в далёкие дозоры. Меня интересовало всё, что они знают о наших соседях, и орки завалили нового вождя полезной информацией.

Так, на юге и юго‑востоке территории объединённого племени Жёлтой Рыбы упирались в обширные болота, сейчас в середине весны из‑за растаявшего снега и разлившихся малых рек представляющие из себя сплошное грязевое месиво, преодолеть которое не имелось никакой возможности. Путь туда открывался лишь с наступлением летнего сухого сезона, или наоборот в середине зимы в самые холода, именно тогда можно было вести торговлю с племенами орков, входящими в род Водного Духа. Эта сезонная торговля являлась единственным источником соли, необходимой для длительного хранения добытой дичи или пойманного улова, и позволяла пережить суровую зиму, так что ссориться с родом Водного Духа никто из вождей «рыбьих» племён до меня не рисковал.

На западе и северо‑западе естественной границей служила широкая безымянная река, вытекающая из Бездонного озера. На противоположном её берегу иногда появлялись чужие орки из племён, входящих в род Мудрого Филина, но особых контактов с ними не было, кроме редкого общения издалека и ещё более редкого обмена новостями, так что сила соседей оставалась загадкой. Единственное, что про этих соседей было известно, состоял род Мудрого Филина из восьми племён. Но даже в каких меж собой эти племена находятся отношениях, и придут ли другие на помощь атакованному внешним врагом соседу, никто из моих орков не знал.

Я поручил выяснить этот вопрос своему верховному шаману Дерешу Угрюмому, которого отправлял за реку с дипломатической миссией в компании четвёрки сильных орков тяжёлой пехоты из группы Фадира Твердолобого, а также Гы Безжалостного Убийцы. Задачей последнего было оценить силу чужих воинов и предостеречь наиболее задиристых из них от нападения на моего посланника. Задачей же самого шамана было не только пообщаться с соседними племенами, выяснить расположение лагерей и численность орков в них, но также познакомиться с вождями и узнать об их взаимоотношениях меж собой. А ещё собрать максимум информации о духе‑хранителе тех территорий Мудром Филине. Насколько эта магическая птица сильна? Чем опасна? Активна ли днём или где‑то отсыпается? Способна ли покидать «свои» территории и перелетать через реку на берег, контролируемый Хыром? Кто как не шаман, умеющий общаться с духами, способен был найти ответы на эти интересующие меня вопросы. Ну а после получения полной картины о соседних племенах и их духе‑защитнике можно было уже определиться, как нам с такими соседями вести дела. Мирно сосуществовать и торговать? Закрыться от них, прекратив любые контакты? Или покорить слабые племена одно за другим, сделав их данниками или даже поглотив? Всё зависело от итогов дипломатической миссии.

Ещё одним интересующим меня направлением был север, обширные заболоченные территории за Бездонным озером. Насколько я понял, орки там постоянно не проживали, и наши охотники лишь изредка встречали в тех топких местах своих коллег из племён, входящих в род Белого Оленя. Но и для чужих орков те заболоченные территории не являлись основными охотничьими угодьями, и забредали они туда лишь изредка, когда не ладилась охота в северных покрытых лесом краях, за которые орки постоянно конфликтовали с неизвестными нам пока что эльфийскими племенами. По всему выходило, что топкие земли севернее Бездонного озера являются ничейными, и никто из орков или эльфов на них не претендует. Если так, то стоило первыми заявить о своих правах на эти территории и отодвинуть границу на север настолько, насколько это вообще было возможно.

Зачем? Ну хотя бы ради проживающих на болотах магических тварей, являющихся грозой тех мест и мешающих охоте. Бьющие магией и ядом крупные змеи, ядовитые и способные становиться невидимыми тритоны, хищные болотные птицы высотою с крупного огра. Если хотя бы часть из этих описанных охотниками монстров содержала внутри демонические ядра, то меня как призванного героя такие твари особо интересовали. Да и болота – излюбленные места обитания всевозможной нечисти, начиная от леших и кикимор, и заканчивая водяными и каргами. Для всех остальных эти твари были невидимыми и потому смертельно опасными, но меня они весьма интересовали в плане возможности налаживания с ними взаимовыгодного сотрудничества.