Я пожелал приблизиться к далёкому огоньку и даже не пошёл, а полетел к нему. По дороге увернулся в темноте от чего‑то невидимого и бесплотного, но крайне голодного и тянущего ко мне свои щупальца, более чёрные даже чем сама тьма, грозящие мне гораздо более жуткой участью, чем просто смерть. Затем успел уйти и от чего‑то иного, тоже мерзкого и вроде как склизкого, желающего высосать мою душу, эмоции и разум до последней капли. И наконец‑то выскочил в круг спасительного света вокруг небольшой свечи, которую держала в руке девушка в чёрных одеяниях, с чёрными волосами и чёрными огромными глазищами.

– Наконец‑то ты добрался, Альвар! А то я уже начала переживать.

Миг, и окружающая меня тьма развеялась, я находился в уже хорошо знакомом рабочем кабинете со стеллажами книг до самого потолка. Мелисента, а встретившей меня в опасном месте чёрной девушкой была именно она, задула витую свечу необычного изумрудно‑зелёного цвета, аккуратно убрала огарок в ящик рабочего стола и уселась в своё огромное кожаное кресло. Шумно выдохнула и объявила, что теперь можно расслабиться, поскольку всё самое страшное для меня уже закончилось.

– А что там было за место? – спросил я, всё ещё не отойдя от переживаний, причём голос мой при произнесении этого вопроса предательски дрогнул. – Я ничего не видел там, но чувствовал… что‑то… каких‑то очень странных созданий.

– Ты действительно желаешь это знать? – спросила дочь смерти, глядя мне прямо в глаза и наблюдая за моей реакцией. – Зачем тебе опасные знания, которые не положены простому смертному, даже призванному герою? Ничего полезного из моего рассказа ты не подчерпнёшь, зато у тебя появятся враги, совладать с которыми человеку не под силу, но которые будут стремиться стереть твою сущность из всех миров просто за то, что ты прикоснулся к запретному знанию.

Я не нашёлся, что ответить после такого предостережения, и Мелисента усмехнулась.

– Да, не все знания полезны. Просто знай, что даже мне небезопасно долго находиться в том месте, а моя мать, хоть и является одной из самых сильных богинь, не от всех обитающих там чудовищ способна отбиться. Но хватит о страшном. Вижу, ты наконец‑то принёс обещанные цветы!

Я запоздало протянул букет синих цветов девушке, причём обратил внимание на то, что и листья, и синие лепестки покрыты слоем инея. Впрочем, девушку это нисколько не смутило, и она поставила букет в непонятно когда появившуюся на столе хрустальную вазу.

– Красота! И аромат какой сильный! Вот сейчас ты меня действительно порадовал, Альвар! Эээ… – моя собеседница вдруг уставилась на что‑то за моей спиной и переменилась в лице. – Мама?

Я медленно‑медленно обернулся и обнаружил стоящую в шаге от меня богиню Морану в чёрной до пола мантии с капюшоном и с золотой маской на лице. Сама смерть молча стояла и смотрела на меня, внимательно изучая сквозь прорези металлической маски. Не знаю, как у меня сердце в этот момент не остановилось от волнения и страха.

– Призванный герой… – произнесла женщина холодным, не выражающим никаких эмоций голосом. – Тогда твоё присутствие в моём доме объяснимо. Непонятно только, чего дочь с тобой так долго возится.

– Я объясню, мама… – Мелисента явно растерялась, но мать и не собиралась, похоже, читать ей нотации.

– Угости гостя горячим чаем, раз уж привела к нам домой из ледяной пустоты вечности и тратила ради него свою свечу бессмертия. Помоги парню выбрать геройский навык и отправь обратно, а то там его уже вторую седьмицу добудиться не могут, и прибывшие к оркам посланники теряют терпение. Но чтобы впредь без такой самодеятельности, дочь! Есть определённые правила работы с призванными героями, и их необходимо соблюдать ради твоей же безопасности!

После этих слов богиня смерти развернулась, шелестя одеждами, и бесследно растворилась в воздухе, оставив меня с Мелисентой наедине.

– Так я всё‑таки умер? – слова богини смерти и недомолвки её дочери не давали мне покоя, так что я решил прояснить этот принципиальный вопрос.

– Технически твоё тело живо, и за ним осуществляется должный уход, – начала отвечать Мелисента, осторожно подбирая слова, однако увидела, что я настроен максимально серьёзно, так что объяснила и остальное. – Но вот твоё сознание сильным потоком вырвавшейся из ядра демонической энергии унесло очень‑очень далеко, даже за дальние демонические планы. Камень оказался уж слишком неподходящим для первого усиления и содержал в разы больше энергии, чем твоё тело способно было удержать и переварить. Я поискала твою сущность, но не нашла ни в одном из обитаемых миров, не нашла даже у демонов, так что отправилась искать. Ведь именно из‑за моего совета ты поступил настолько безрассудно, и я чувствовала свою ответственность за твою судьбу.

– Мы в ответе за тех, кого приручили, – пошутил я, и дочь богини улыбнулась.

– Хорошо, что ты сохранил способность шутить после всех пережитых потрясений.

Мелисента поставила на мозаичный пол возле стола взявшуюся словно ниоткуда бронзовую треногу, щелчком пальцев разожгла под ней горящий без всяких дров огонь и разместила сверху тяжеленный бронзовый чайник, выглядящий так, словно его создавали ещё в античные времена или даже более ранние. А потом, хоть я и не спрашивал это вслух, ответила на крутящийся у меня в голове вопрос.

– Тебя интересует, смогло бы твоё сознание выбраться из первозданной пустоты самостоятельно? Теоретически да, такие случаи действительно бывали, но вот сколько времени по меркам Элаты занял бы обратный путь, предсказать сложно. Возможно, всего сезон‑другой в пределах одного года, а может и пяток‑другой тысячелетий. Не исключено, что ты и не выбрался бы никогда, застряв в ледяной пустоте навечно. Или тебя сожрали бы обитающие там твари, более древние, чем звёзды и сама Вселенная. Я решила не проверять это и вытащила тебя, указав дорогу.

Я поблагодарил дочь смерти за спасение и даже обдумал вариант поцеловать красивую девушку в знак признательности, но Мелисента нахмурилась и отрицательно помотала головой, показав своё негативное отношение к такому развитию событий.

– Не забывайся, Альвар! Ты здесь исключительно по делу, и мать тебя моментально убьёт, если попробуешь нарушить границы дозволенного. Морана никогда не опустится до подглядывания, так что не наблюдает сейчас за нами. Но богиня непременно сразу же узнает, если вздумаешь полезть с поцелуями, а в гневе моя мать страшна!

В случае богини смерти угроза «моментально убить» выглядела вовсе не фигуральной игрой слов, так что я поспешил выкинуть из головы посторонние мысли. Вместе этого запоздало спохватился и спросил, а сколько времени уже прошло в мире Элаты, пока мы тут спокойно беседуем и кипятим чайник.

– Ты невнимательно слушал могущественную богиню, – укорила меня Мелисента. – Морана ведь остановила ход времени, сообщив, что тебя не могут добудиться вторую седьмицу. Лично я так не умею, но матери такое под силу, и сколько бы времени ты ни гостил у меня, в мире Элаты пройдёт всего восемь дней.

– О как! Так я волен находиться рядом с тобой сколько угодно? – решил уточнить я этот вопрос, на что Мелисента отрицательно помотала головой.

– А моё мнение ты не учитываешь? Если мне станет неприятно или неинтересно твоё общество, ты исчезнешь отсюда быстрее, чем успеешь моргнуть. Да и мать явится узнать, что происходит, если ты излишне засидишься в гостях. Так что давай, пока вода кипятится, не будем терять времени и займёмся твоими геройскими навыками.

Девушка взмахнула рукой, и вокруг меня в воздухе понеслись вереницы игральных карт, по крайней мере, именно такая ассоциация у меня возникла при виде этих летающих прямоугольников. Карточек было много, несколько сотен как минимум. Некоторые с рисунками, другие с какими‑то непонятными рунами или иероглифами. Какие‑то из этих карт ярко светились, привлекая внимание, другие же наоборот были тусклыми и похоже неактивными.