Прежде всего, я посетил Консульство США, чтобы поинтересоваться на предмет визы, для путешествия по стране, с задержаться там на какое-то время. Оказалось, что для меня, как гражданина Германии такая виза не требуется. Я могу свободно приехать в США, Канаду и практически любую страну Латинской Америки, и без каких-либо проблем, оставаться там, в течении девяноста дней. Паспорт гражданина Германии позволяет это делать без оглядки на получение визы. Если же я захочу получить вид на жительство, тогда должен буду обратиться в эмиграционную службу, которая находится на территории страны. На вопрос, могу ли отправить туда свой автомобиль, клерк пожал плечами, и ответил, что законы страны, не имеют ничего против этого, вот только стоит ли это делать? США, автомобильная страна, и может будет проще прибрести автомобиль на месте?

— Может оно и так, но у меня грузовик с жилым фургоном. Я на нем исколесил уже половину Китая, и теперь намерен тоже самое сделать на Американском континенте.

— Ваше право.

И это было хорошо. Все-таки во мне тлела надежда на то, что если уж китайские спецслужбы не добрались до моего тайника, то этого не смогут сделать и американские таможенники. А, следовательно, оружие и самое главное добытое мною золото я смогу сохранить. Следующим моим шагом, оказалось оформление аренды места на борту сухогруза и переправки моего грузовика на соседний континент. Поэтому, я решил отправиться в Сан-Франциско, постараться пересечь материк с запада на восток, а уж потом, отправиться в сторону Канады.

Мне твердо пообещали, что груз дойдет в целости и сохранности, и я смогу получить его в городском грузовом порту, Сан-Франциско в любое удобное для меня время. Правда все же предупредили, что слишком затягивать с этим не стоит. Страна хоть и богатая, но если потом вдруг окажется, что после недельной стоянки, чего-то будет недоставать, доказать свою правоту, будет достаточно сложно. Страховку разумеется выплатят, но вряд ли она покроет весь убыток. Сроком доставки выставили середину августа этого же года. То есть около месяца с момента отхода судна из порта Гонконга. Точная дата була указана в выданных мне документах.

В договор входила доставка моего грузовика до указанного места, разгрузка и недельная стоянка в грузовом порту. Если я за это время не заберу грузовик из порта, то оплата за стоянку будет взиматься по местным расценкам. И судя по словам суперкарго грузового корабля, хоть это не дорого, но, существует вероятнось ограбления. Впрочем, я не собирался задерживаться здесь надолго, поэтому согласился с этим. Изъяв из грузовика нужные мне вещи, вместе с представителем перевозчика проверили грузовик на наличие взрывчатых веществ, патроны к официальному оружию не в счет. Затем закрыв и опечатав грузовик, печатью суперкарго, тот погрузили на судно, а я остался в отеле Гонконга.

22

В тот же день, я попытался созвониться с родней в Иркутске. Увы, сколько бы я не пытался сделать это ничего не выходило, создавалось впечатление, что в Иркутске разом сменились все номера. И куда бы я не пытался попасть, нигде не поднимали трубку. Я уже расстроился из-за того, что мои надежды как-то передать купленные вещи, добавив к ним некоего дефицита, который наверняка сейчас востребован в союзе, как никогда, может обернуться провалом. Потому вспомнил, что у меня в блокноте записан рабочий телефон дяди Вани.

Тут же проконсультировавшись по поводу разницы в часовых поясах между Ташкентом и Гонконгом, подгадал время, когда Дядя Ваня должен появиться на своем рабочем месте, то есть у себя в кабинете, после обхода больных и набрал его номер. К моей радости, трубку сняли уже на третьем гудке. Разумеется, мне пришлось выслушать все нотации от родного дяди, касающиеся того, что со мной произошло, но все-таки, особенной обиды на то, что со мной приключилось, дядя похоже не испытывал.

Мой залет его не слишком задел, конечно представители КГБ, появлялись и у него, но предъявленные документы, о том, что все принадлежащие мне, и моему деду вещи, были отправлены в Иркутск сняли большую часть вопросов. Тем не менее обвинение меня в Государственной измене, до сих пор в силе, и поэтому мне желательно не появляться в союзе. Хотя все идет к тому, что вскоре, Узбекистан станет отдельной республикой, но тем не менее, мое появление здесь не желательно, для меня самого. Узбеки выдадут меня России по первому запросу, в этом можно не сомневаться.

— А, на вас не отразятся эти советы, данные мне, как изменнику Родины.

— Ничуть. Во-первых, ты относишься к моей семье. А по закону, я имею право не доносить на родственников, и скрывать их текущее положение от стражей порядка. Подобные советы, вполне вписываются в этот закон. Во-вторых, я просто не верю в то, что ты добровольно передал эти документы китайскому правительству. Да и по большому счету, считать эти черновики, и рабочие тетради, секретными документами просто глупо. Ничего особо секретного в них не было и нет. Отец прекрасно знал где заканчивается свободный доступ и начинается секретность. Иначе его просто бы не выпустили за рубеж. Вспомни, он ведь ездил и в Антарктику, однако ни единой бумажки о той командировке в доме никогда не было. Просто в угоду политике дело вывернули наизнанку, и поэтому обвинили тебя в несуществующем преступлении. Кроме того, раз Китай тебя поощрил, то Советская сторона, должна наказать. Вот и обвинили в измене.

— И еще, я бы не советовал тебе надолго задерживаться в Китае. Китай всегда был ненадежным союзником, и поэтому если СССР, потребует твоей выдачи, китайцы не будут сомневаться ни минуты.

— Я все это понимаю, и скорее всего довольно скоро отправлюсь в США или Канаду. — Я не стал, рассказывать о всех моих планах, тем более, что рано или поздно все равно хотел отправиться именно туда. — Виза сейчас на оформлении, так что надолго я здесь не задержусь. К тому же сейчас я, не совсем в Китае. Я нахожусь в Гонконге, а это пока еще не Китай. Просто этот год выдался очень удачным в плане заработка, и потому мне хотелось бы раздать некоторые долги, а после я отправлюсь за океан.

— О каких долгах ты говоришь?

— Перед отъездом дядя Степа давал мне денег на покупку верхней одежды, для своей семьи. Я купил три дубленки, на большее тогда не хватило денег. Сейчас я нашел способ переправить их дяде в Иркутск, но для этого нужно, чтобы он появился в Манчжурии. Это такой китайский город на границе с СССР, напротив советского Забайкальска. Я точно знаю, что сейчас открыт свободный переход между СССР и Китаем в этом районе. То есть китайцы могут свободно заезжать в СССР, добираясь до Читы, а советские люди отправляться в этот город, приобретая китайские товары.

— Теоретически, это возможно. К тому же, как я слышал Аня уже ездила в Манчжурию, для покупки некоторых товаров. И мне кажется сможет это сделать еще раз. Проблема в тебе. Я боюсь, как бы твое появление там, не спровоцировало твоей выдачи. Особенно после встречи со Степаном или его дочерью.

— Я продумал этот вопрос, и думаю поступить следующим образом. В Манчжурии, городе на границе с СССР, есть большой вокзал, там имеются автоматические камеры хранения, в отличии от Союза их можно оплатить на десять дней. Я заранее появлюсь там, положу купленные вещи в камеру хранения, а затем, просто по телефону, свяжусь с вами и сообщу номер камеры и пароль. Возможно камер будет две. Разумеется, очень жаль, что не смогу повидать родных, но сейчас это действительно опасно. И не только для меня. Эта встреча, может отразиться и на них. Поэтому лучше не рисковать.

— Тыправ, на счет встречи. Бо.сь только, если этот разговор услышат, то обойдутся и без Степана и его дочери.

— Ну я же не на столько глуп. Пароль можно привязать к памятным датам нашей семьи, которые не знают посторонние люди. Конечно будет жаль, что я не смогу встретиться с кем-то из родных, но думаю когда-нибудь все это изменится. Кстати, а что случилось с телефонами? Я так и не смог дозвониться в Иркутск.