— Выше нос, шеф? — подмигнул мне Борис. — Зато теперь у местных будет легенда о «Великом землетрясении», ознаменовавшем возвращение Великого и ужасного… Как там его?

Прося подсказки, Борис толкнул локтём Иная, который за всё это время не проронил ни слова. Ни когда мы в спешке доедали сухпайки, ни когда собирали лагерь, ни вот сейчас.

— Инай, как ты тогда назвал Сумрака? «Батя Теней»?

— Пожиратель Солнца и Отец Теней Хевел-Шавар, — с изрядным акцентом буркнул в ответ Инай, кивнув на вулкан. — Сами увидите.

— Зря насмехаешься, — сложив пальцы крестиком в каком-то своём религиозном жесте, предупредил Борю Инай. — Это его земля, он всё слышит, и он отомстит за твой длинный язык.

— Перестань, — вступилась за аборигена Гагарина. — Ты же видишь, что это часть религиозных верований Иная!

— Вижу, — притворно пожал плечами Борис. — Ну что поделать, я — советский атеист! И моя религия — наука.

— Боря! Вот клянусь, — зло зыркнула на него Лиза. — Приземлимся — и я лично тебе втащу!

Солнце медленно опускалось за горизонт, окрашивая склоны вулкана в тёплые закатные тона. Вдалеке я видел качающиеся между кронами деревьев шеи диплодоков, а где-то на той стороне вулкана уже пускали в синеющее небо столбики дыма очаги деревни Иная. Аборигены Земли-12 готовились встретить ночь, даже не подозревая, насколько через несколько часов поменяется их жизнь.

Так стоп, я что, становлюсь сентиментальным?

— Куда летим? — не поворачиваясь, спросила Гагарина.

Как и всегда, сидя за штурвалом, «ночная ведьма» отрывалась, наслаждаясь полётом.

Не получив ответа, Лиза и Борис вопрошающе уставились на меня, ну а я перенаправил этот вопрос тому, кто разбирался в местной географии куда лучше меня.

— Что? — непонимающе напрягся Инай.

Было понятно, что он до сих пор чувствует себя среди нас не в своей тарелке.

— Пилот спросил направление к твоей деревне, — чтобы сгладить напряжение, подмигнул я Инаю. — Веди!

«Не хочу туда возвращаться…» — прочёл я в его взгляде.

Деревня и в самом деле обнаружилась у подножия противоположного склона вулкана. Один огромный, вытянутый метров на сорок дом-землянка, да еще с полтора десятка домиков по периметру. С правой стороны текущая со склона вулкана речушка, а по трём другим — частокол.

И… снова, блин, динозавры! Немного, штук шесть или восемь, мирно паслись прямо под стенами человеческого обиталища и совсем не боялись ни шума поселения, ни дыма, ни чего-либо из-за частокола.

— Лизонька, — окликнул я «ночную ведьму». — А можешь сделать что-нибудь эффектное, чтобы они нас точно заметили?

Услышав это, Лиза даже повернулась и сняла один наушник, будто пыталась проверить, не послышалось ли ей. А затем коварно улыбнулась, и через секунду по бокам и позади вингера вырвались два ослепительно белых снопа огня, озаривших маленькую деревушку.

— Ты что это творишь⁈ — сорвался со своего места Инай, будто хотел остановить или придушить Лизу.

— Спокуха, товарищ, — отмахнулась от него Лиза, точно от надоедливой мухи. — Это обычные тепловые ловушки. Да и потом, Сумрак запретил ставить на вингер боевое оружие.

— Сядь на место, — уже властно приказал я вспыльчивому Инаю. — Лучше подготовься. Будешь у нас переводчиком.

Услышав последнее, парень притих и вновь опустил глаза в пол. Видимо, предстоящая встреча и общение с теперь уже бывшими родственниками совсем не входили в его планы.

Пуская по траве волны, вингер плавно, чтобы не вызвать лишней агрессии у аборигенов, опустился в паре сотен метров от поселения.

— Так, ну что, пойдём с соседями знакомиться? — подмигнул я ребятам. — Подарки хоть приготовили?

Вот тут ребята сразу же приуныли.

— Ну вы что, серьёзно? — чтобы не оказаться крайним, начал катить я на них бочку. — Я же сказал: едем к аборигенам! А в гости принято приходить с подарками.

Да, согласен, мой просчёт, что не уточнил про дары. Ну что поделать, даже Сумрак может совершать ошибки. Но пока с нами Инай, реноме нужно всё-таки соблюдать.

— Ладно, давайте пошарим по карманам, — перестал я давить на ребят. — Что мы можем подарить им без серьёзного ущерба для себя? Бросайте на пол, что найдёте.

Через минуту авральной инвентаризации на брезентовой куртке, оставшейся от предыдущего пилота вингера, накопился ворох мало подходящих для подарка вещей. А именно: советский перочинный нож Бориса, остатки принесённых с нашей Земли сладостей, початый флакон духов «Ландыш серебристый», ещё шесть сухих пайков с логотипом Часовых, отвёртка-тестер и… Подозрительно слипшийся журнал «Пентхаус» за восемьдесят второй год — как и пропахшая машинным маслом куртка, наследство предыдущего пилота вингера.

— М-м-м, да… — улыбаясь тому, как Борис и Инай демонстративно отводят взгляд от сисек «Мисс Июль 1982», резюмировал я. — Ладно… Мне всё равно они не особо дороги.

С этими словами я снял с руки ещё одни часы Сумрака. Как оказалось, помимо домашней коллекции у моего предшественника была ещё одна прелюбопытная подборка в личном кабинете. Ну ничего, для дела сгодится.

— Выходят, кажется, — не отводя взгляда от деревянного частокола, сообщила Лиза.

Мне показалось, или в её дрожащем от нетерпения голосе я почувствовал нотки страха?

— Значит, нам пора, — как и положено командиру, подбодрил её я. — Лиза, ты на всякий случай оставайся в кабине. Борис, собирай всё, что наковыряли, а Инай — за мной. Будешь переводчиком.

— А мне гант? — увидев на наших руках нуль-технологические девайсы, протянул Инай.

Ребята переглянулись. Что поделать, после его эффектного появления Лиза и Борис относились к Инаю настороженно.

— Во-первых, запасного ганта у нас с собой нет, — я демонстративно начал загибать пальцы. — Во-вторых, ты не умеешь им пользоваться. Ну а в-третьих, Лиза и Борис уже Часовые, а тебе он ещё по сроку службы не положено. И это…

Повернулся я уже к Лизе, которая, к слову, даже не пикнула, что хочет пойти с нами.

— Лизонька, золотце, дай-ка мне, пожалуйста, твой «Суворов».

И чудо произошло дважды! Немного повозившись с кобурой, разомлевшая Гагарина без слов отстегнула портупею и протянула её мне.

«Удивительно, как здесь быстро заходит солнце», — подумал я, втягивая вечерний воздух полной грудью. Это тебе не извечный смог «нерезиновой». Тут он первобытно чистый, а благодаря повышенному содержанию кислорода ещё и слегка пьянящий.

Что-то опять меня на сантименты потянуло… Видимо, действительно старею. Но продолжить дыхательную гимнастику не получилось. Едва я, сцепив руки за спиной, попытался насладиться красотой Земли-12, а особенно её двумя взошедшими лунами, как у моих ног в землю вонзилось… копьё.

— Хм-м-м…

Не выказывая страха — а его во мне бы сейчас хватило на Йотуна с Артемидой и еще какого-нибудь Бориса — я подошёл к не очень аккуратно обструганной палке с обсидиантовым наконечником.

— И что это значит⁈

Инай, которого я назначил переводчиком, попытался было открыть рот, но движением руки я заставил его замолчать.

— Вопрос был риторический. Нам, видимо, здесь не рады, — я включил Капитана Очевидность и расстегнул кобуру Лизиного «Суворова».

— Видимо так, — согласился со мной Борис.

А ещё я заметил, как он попятился к трапу вингера.

Конечно, ему тоже было страшно. Но долг есть долг, а нашему неожиданно изолированному от связи с домом лагерю очень нужны были рабочие руки, на вербовку которых я сюда и прибыл.

— Инай… — подозвал я нашего потеряшку, которому предстояло выступить в роли переводчика. — Сообщи, что мы пришли с миром…

Да, знаю, неважная речь для первого знакомства, но чего-то получше придумать я не успел. К чести Иная, он коротко и чётко перевёл мои слова. Ну, я надеюсь, что перевёл…

У частокола деревни собралось уже человек двадцать. Покрутив копьё в руках, я понял: попади оно в меня — пробило бы насквозь. Это меня изрядно разозлило.