— Вингер! — бодро отрапортовала Лиза.

— Я вижу, что вингер! Чё он тут делает⁈

— Ты сам разрешил!

— Я⁈

— Ты!

— Что-то не припоминаю, чтобы разрешал брать на поиски студента целый штурмовик!

— Ты сказал: «Провизии на пару дней и какой-нибудь транспорт»!

— Я имел в виду нормальный транспорт! Ховер-байк или какой-нибудь болотоход, а не летающий арсенал для ковровых бомбардировок! У вас что, в «Ночных Ведьмах» стандартный протокол — чуть что тяжелее велосипеда, сразу авианосец вызывать⁈

— Я больше не «Ведьма»! Я Часовая!

— Часовая, блин… Надеюсь, хотя бы нуль-боеголовок не прихватила?

— Прихватила… — ухмыльнулся Борис, указав пальцем на подвесные ракеты.

— Да ты, Гагарина, ходячая Нобелевская для любого психиатра! Тебе не с нами в поисковый отряд надо, а в медблок — лечить патологическую тягу ко всему, что летает, стреляет и убивает! Причём обычная медкапсула тут не поможет!

— Это твоё мнение! — надула губы Лиза.

— Сумрак… — окликнули меня со спины.

— Что? — всё так же с менторской агрессией развернулся я.

Это был Каннибал.

— А, привет, Серёга, — тут же сбавил я обороты.

Каннибал махнул рукой, мол, всё понимаю, и хотел было продолжить, но вдруг замялся.

— Ты вчера говорил, что утром надо будет поговорить… — судя по его потухшим глазам, он ждал разноса в свой адрес. — Так вот… Я…

— А… Точно! — вспомнил я и раскрыл свой чёрный блокнот, в который записывал всё: от планов на день до хороших цитат, которые стоило использовать в будущих романах.

При виде блокнота Каннибал почему-то ещё более посмурнел, будто ждал, что сейчас я зачитаю ему официальный приговор. Вот откуда такие скверные мысли?

— Каннибал… — ведя пальцем по тетрадному листку, искал я нужную запись. — А, вот! Прогуляемся?

Я повернулся к ребятам отдал последний приказ:

— Оружие снять. Мы едем на поиски Иная, а не жечь гуков.

— Каких еще гуков⁈ — задала вопрос Лиза, который я, впрочем, оставил без ответа.

Некоторое время мы шли в тишине. Удивительное дело, но при нашем появлении студенты начинали изображать работу с утроенной силой, что у меня вызывало лишь улыбку. Однако Сергей все равно был чернее тучи. И дело тут не в цвете его кожи.

— Я всё понимаю, Сумрак, — начал он первым. — И готов понести наказание…

— Наказание⁈ — удивился я такому повороту событий. — Серёжа, ты о чём вообще?

— Ну как же! — даже растерялся мой подчинённый, который был на две головы выше. — Инай… Драка… Эта Апраксина еще…

— Это не твоя вина, — покачал головой я. — Это мой просчёт. И у меня для тебя есть задание.

— Какое? — не ожидая такого ответа, оживился Каннибал.

— Не радуйся раньше времени, — охладил я его пыл. — Мне нужно, чтобы ты изолировал Апраксину и штрафников.

— Что ты предлагаешь? — услышав фамилию племянницы мятежного министра обороны, вновь погрустнел Каннибал.

— Ты ведь у нас за Землю 9 отвечаешь, так?

— Ну да, — слегка недоумённо подтвердил он.

— Ну вот и отправляйся в подконтрольный тебе Т-мир, а заодно и штрафников прихвати. В качестве наказания. После того, что они натворили в лагере, боюсь, их убьют в наше отсутствие.

Тут нам пришлось прервать разговор,ведь прямо по лагерю прошёл боевой, мать его, шагоход! Шестиметровый монстр, увешанный бронёй и орудиями. И, кажется, только я один пялился на него как на восьмое чудо света!

Интерфейс отреагировал на моё любопытство и предоставил справку.

Объект: *Тяжелый боевой робот «Беркут-54» (серия «Щит Отечества»)*

Назначение: Автономный боевой комплекс поддержки правоохранительных операций (снят с эксплуатации). Статус: Устаревшая модель — списан после Второй Холодной войны (~1989 г.). Конструкция: Бронированный корпус с титановым каркасом. Кабина на базе шасси КАМАЗ-Т "Ураган". Вооружение: Правая рука: 30-мм ЭМП "Гроза-2". Левая рука: Дробомет "Шквал-М".

Примечание:

Эксплуатация запрещена (указ №447-РФ). Сохранившиеся единицы — музейные экспонаты или переоборудованы под гражданские задачи.

— Как на Землю 9⁈ — вновь, после краткой паузы, вызванный появлением советской вундервафли, повеселел Каннибал. — А как же…

Свой не до конца озвученный вопрос он проиллюстрировал взглядом на Башню Часовых, а я не переставал внутренне изумляться эмоциональной болтанке простого советского негра Сережи.

— А что тебе непонятно? — Удивился я. — Стартовый стол у нас есть, нуль-элемент, чтобы отправить всех вас, тоже — Клавдия Леонтьевна это подтвердила. Да и у тебя на Солярисе наверняка дел невпроворот. Вот и развеешься немного, а заодно научишь штрафников Родину любить.

— А как же Маяк…

— А что не так с Маяком? Это мы на Землю 1 сейчас попасть не можем, потому как вместе с башней перенесли сюда и Маяк Часовых. А на Земле 9, думаю, всё стабильно.

— А, ну это да… — чуть растерянно улыбнулся Каннибал. — Прости, я что-то не подумал. Блин, за эти несколько дней столько всего произошло, что я, кажется, начинаю путаться.

— Это нормально, Серёга.

— А как же Академия? Кто в твоё отсутствие будет присматривать за студентами?

— Клавдия Леонтьевна!

— Тогда да, — просиял он лицом и уже гораздо увереннее добавил: — Тогда я согласен!

— Вот и здорово! — еле дотянувшись, хлопнул я его по плечу.

И уже в который раз удивился, насколько здоровый всё-таки Каннибал. А Йотун ведь ещё здоровее! Но, несмотря на разницу в габаритах, и Савелий, и Сергей всегда смотрели на меня как на старшего.

— Ты это… — опустив глаза, вновь замямлил Каннибал. — Спасибо, что ли. Ну что понял и что не стал…

— Выброси и забудь! — отмахнулся я.

Тем более и мысль о том, как преподать эту новость остальным студентам, чтобы она не вызвала общественного возмущения, я уже оформил. И, отправив через нейроинтерфейс сообщение Клавдии Леонтьевне о том, чтобы собрала студентов, я открыл блокнот, чтобы сделать мне пару пометок.

— Сумрак! Слушай, что ты там всё время пишешь? — обратил Каннибал внимание на мою чёрную тетрадку и даже попытался в неё заглянуть.

— Список моих врагов, — отшутился я, захлопнув тетрадь перед самым его носом.

Я поднялся на верхние ступени Башни, ощущая, что всё ещё мандражирую выступать перед большой публикой. Даже после всех этих раз — что здесь, что перед Кремлём — комок в горле не исчез, а лишь притаился, ожидая момента для предательского прыжка.

Толпа собралась неожиданно быстро. Я машинально потянулся к кажется уже становящееся знаменитой чёрной тетради. Зачем захлопнул её и вновь окинул взглядом свою нынешнюю аудиторию.

Чёрт возьми, они даже штрафников привели. Всех четверых приволокли из зиндана, и теперь они все такие гордые и не сломленные молча сжимали кулаки и пытались прожечь меня взглядом.

А по бокам от каждого — двое крепких надзирателей из числа студентов покрупнее. И все явно с талантом на физическое усиление.

«Фанаты Йотуна и Каннибала», — мелькнуло в голове.

— Прошу слова! — мой голос неожиданно громыхнул на всю площадь, заставив даже меня вздрогнуть.

Между мной и толпой материализовалась Клавдия Леонтьевна — её голограмма как всегда собралась из вибрирующих вокселей. Сегодня Клавдия Леонтьевна вновь помолодела и теперь выглядела на сорок с хвостиком, будто наш завуч из моей 110-й школы — в строгом костюме-двойке с голографическими бликами на лацканах.

— После произошедших событий, — я намеренно понизил тон, чтобы голос не дрогнул, — студенты Апраксина, Пеньковский, Думгадзе и Хохлов признаны неблагонадёжными.

Их подбородки дёрнулись вверх. В глазах читалось: «Мученики перед тираном».

— Коллегиальным решением Часовых они переводятся в штрафной отряд. На Землю 9 «Солярис» — держать оборону против силикоидных форм жизни.