Бабка отшатнулась, словно я её ударил. Лицо её перекосилось от возмущения.

— Да ты что такое говоришь⁈ Максим? Пьяный? Да не может быть! Мой внук — золото! Он спортом занимается, учится хорошо, вообще не пьёт! Ты, наверное, что-то путаешь!

Я усмехнулся про себя. Конечно, не может быть. Всегда так говорят.

— Нет, Марфа Евгеньевна, не путаю. Узнал бы его из тысячи. Молодой, наглый, в спортивном костюме… и от него за версту разило перегаром. Он ещё пытался мне что-то доказать. Но я его быстро успокоил. Вы бы видели его лицо, когда он услышал, что я охотник.

Старушка побледнела. Видно было, что она предельно удивлена тому, кто я такой… но она всё же попыталась выпутаться из ситуации.

— Врёшь ты все! — прошипела она, глядя в сторону. — Не мог мой Максим такого сделать! И никакой ты не охотник!

— Марфа Евгеньевна, ну что вы как маленькая? — вздохнул я. — Я же не слепой. Да и зачем мне врать? Мне от этого какая выгода? Сами посудите: просыпаюсь я утром, а у меня в доме — пьяный пацан, который утверждает, что это его дом и я тут никто. Ну, и как мне реагировать? Конечно, я его выставил за дверь. Но осадочек, как говорится, остался.

Бабка молчала, сверля меня взглядом. Я чувствовал, как она пытается меня пронзить им насквозь, разгадать, что я задумал, чего хочу добиться. Но я лишь спокойно смотрел в ответ, не выдавая никаких эмоций. Я потянулся за карточкой в карман штанов, и она, даже не всматриваясь в неё, сама прекрасно поняла, кто я такой.

— Ладно, — наконец, произнесла она, сдаваясь. — Допустим, был Максим. Допустим, выпил лишнего. Но это же ничего не меняет! Витя всё равно ни при чём!

— Да я уже понял, что Витя ни при чём, — усмехнулся я. — А где он сейчас, не знаете?

Марфа Евгеньевна покачала головой.

— Не знаю. Сказал, дела какие-то, и ушёл ещё ночью. Куда — не говорил. Он у меня такой: сам себе на уме.

Я задумался. Получалось, что Витя тот ещё трус… был он здесь, был! А мать его прикрывает!

— Ладно, Марфа Евгеньевна, — сказал я, вставая со скамейки. — Не буду вас больше мучить. Полицию вызову, и пусть они сами разбираются с вашими родственниками.

Старушка вздохнула.

— Не надо полицию, пожалуйста, — попросила она. — Не хочу я, чтобы Максим в неприятности вляпался. Он же у меня… один остался. А Витя… а его я давно уже потеряла…

В её голосе прозвучали такие тоскливые нотки, что мне даже стало её жалко. Все-таки старая женщина переживает за внука и сына. Хм, кстати, а Макс — сын Вити? Или… ой, а на кой хер мне это, вообще, знать?

— Ладно, — сдался я. — Не буду вызывать. Но с вас компенсация морального вреда.

Марфа Евгеньевна с опаской посмотрела на меня.

— Какая компенсация? Деньги, что ли? Так у меня нет денег! Я же пенсионерка!

Я улыбнулся.

— Нет, деньги мне не нужны. Просто за два месяца я за аренду не плачу. Идёт?

Бабка облегчённо вздохнула.

— Идёт, — согласилась она. — Лишь бы Максим не пострадал. И вас прошу, не обижайте его. Он хоть и дурак, выпивши, но в душе — хороший парень.

— Постараюсь, — пообещал я. — Но если он будет нарываться… пеняйте на себя.

С этими словами я развернулся и направился к выходу. Калитка скрипнула, пропуская меня на улицу. Я потянулся, чувствуя, как настроение немного улучшилось. Ну что ж, минус одна проблема. Осталось выяснить, куда подевался Витя. Найти его, поговорить, наказать.

Я-то понимал, что Витя вечером, видимо, увидел, что я сделал с его друзьями, а затем, вполне вероятно, и полюбовался на то, как я разносил монстров у фермы тут поблизости. Смекнул, что я охотник, и спинным мозгом почуял, что рано или поздно сам сдохнет от моей руки. Поэтому и дал дёру, ища спасения в бегах. Инстинкт самосохранения — штука мощная, особенно когда на хвосте у тебя такой цербер, как я.

Надо было, наверное, сразу сюда прийти, когда ещё грабителей разносил. А то чего это я им на слово поверил? А может, оно и к лучшему, что сразу не пришёл ему руки-ноги ломать?

Вернувшись домой, я вновь открыл интерфейс своих навыков. Вчера, в целом, я со всем разобрался. У меня в загашнике были предметы, которые пригодятся мне в будущем, типа той же короны. И куча всякой мелочевки для зелий и снадобий.

Зелья и снадобья я отыскал в магазине, но они будут доступны только после достижения двадцать пятого уровня. Пока просто буду копить, а затем уже разберёмся. Если так подумать, то для создания чего-то подобного нужны рецепты — их я тоже нашёл во вкладке магазина. Но ограничение всё то же: двадцать пятый уровень.

— Ладно, пока просто копим, — принял решение. — А вот новый навык…

Вопрос о Чоготе прям зудел в голове! Призывать его сейчас здесь, во внешнем мире, с моим девятнадцатым уровнем было рискованно. С одной стороны, идея ждать нового разлома и пробовать там казалось мне излишне осторожной. С другой — последствия могли быть катастрофическими. Чогот, судя по описанию, существо далеко не карманное.

Его сила, которая должна была быть меньше моей, настораживала. Что, если этот монстр окажется сильнее моих представлений? Что, если я не смогу его контролировать?

Мысль о невинных жертвах, которые могли бы быть при вызове во внешнем мире, заставила меня поёжиться. Гибель людей из-за моей глупости или самонадеянности была неприемлема. Разлом в этом смысле казался более безопасным вариантом. Там больше пространства для манёвра, меньше риска задеть случайных прохожих. К тому же в Разломе я смогу лучше оценить возможности Чогота, понять, как с ним бороться, если что-то пойдет не так.

В крайнем случае я всегда смогу попытаться отправить его обратно, откуда он явился. Типа отозвать навык, если это, конечно, возможно. Либо, в худшем случае, сам же его и убью.

Я решил отложить призыв Чогота. Пока я не войду в разлом.

Ближе к полудню во двор заехала бригада установщиков. На этот раз я лично контролировал каждый их шаг, каждый закрученный болт. Хватит с меня халтуры. Да и опыт с «окнами» дал ясно понять: бригады лучше контролировать!

Ворота ставили новые, стальные, с электроприводом и кодовым замком. Уж если охотники решат наведаться, пусть хоть немного повозятся. Металл есть металл, а лишние минуты могут стоить им жизни за вторжение.

Ребята работали споро, видно было, что опыт есть. Я же стоял рядом, скрестив руки на груди, и пристально наблюдал. Никаких перекуров и разговоров по телефону. Только работа.

Когда ворота были установлены и протестированы, я расплатился с бригадой и, убедившись, что все функционирует идеально, проводил их до калитки. С облегчением закрыв за ними ворота, я вернулся в дом.

День клонился к вечеру, и нужно было чем-то себя занять. Решил полистать приложение «Гидры». Любопытство заедало изнутри. Хотелось увидеть, куда забросит меня судьба в ближайшее время, да и навык…

Блин…

Открыв приложение, я увидел карту с отмеченными разломами. Сегодня, как назло, все они находились только в «зонах» «огошников». Ни одного разлома поблизости.

«А до реализации моего навыка по призыву разлома ещё одиннадцать часов…» — мелькнула в голове мысль.

Идея с призывом Чогота отошла на второй план.

Вздохнув, я отложил телефон в сторону. Чем бы заняться?

— А, да… — хотелось хлопнуть себя по лбу. — База знаний… чёрт бы её побрал вместе с разницей миров!

Снова взяв телефон, я углубился в изучение информации о Белых Разломах. Оказалось, что да, они действительно существуют в этом мире и открываться начали всего год назад.

Это первый тип разломов, который не дожидается двадцати четырёх часов, чтобы схлопнуться! Он сразу выпускает из себя тварей, словно этот мир — и есть разлом, а эта белая херня — врата сюда для рейд-группы монстров и боссов.

Статьи пестрели жуткими подробностями: мгновенное появление, непредсказуемость маршрутов передвижения мобов. Белые Разломы стали настоящим бичом для небольших городов и посёлков, расположенных вблизи мест их возникновения. «Огошники» и частники не всегда успевали среагировать вовремя, и населённые пункты оказывались во власти чудовищных тварей. Наиболее опасным считался тот факт, что из такого разлома мог вывалиться сразу босс, да не один. Это фактически означало гарантированную гибель.