Несмотря на адреналин, я не мог всё время избегать попаданий. Вскоре один из шипов, словно назло, пронзил плечо, вырывая болезненный стон. Сразу минус десять единиц здоровья. Ярость вскипела внутри, заставив меня остановиться.

«Да какого хера я только и делаю, что бегаю? Навыки усиления же у меня не заблокированы! Нефиг думать, тут ничего не изменишь! Пора по старинке!»

В миллисекунду активировав «Ускорение» и «Усиление», я обежал сталагмит и бабахнул по ближайшему «ежу». Удар был быстрым. Несмотря на срезанные характеристики, лезвие моего кинжала с лёгкостью отсекло голову. Монстр забился в конвульсиях и рассыпался в светящуюся пыль!

«Так… а почему это мы сразу пропадаем?» — пронеслось в голове, но мобы не дали мне времени на передышку. Начали снова наседать, злобно шипя.

Адреналин бурлил в крови, разгоняя меня… я, словно обезумевший, метался по пещере, превратившейся в смертельную ловушку для меня. И, бегая, отметил одну важную вещь, закономерность.

Монстры были как будто бы запрограммированы. Пять секунд на движения, секунда на выстрел. Этим нужно было воспользоваться.

Сверкающие иглы вонзались в камень там, где я только что был, и я, лавируя между сталагмитами, старался уловить ритм, с которым двигались мои враги. Пять секунд движения, секунда на выстрел… это был их предел, их слабость. Я должен использовать её.

С каждым уклонением, с каждым ударом уверенность росла. Я вырвался из-под обстрела, перекатился за широкий сталагмит. Дождавшись, когда ближайший монстр нагнётся для выстрела шипами, выскочил и вонзил кинжал ему в шею. Ещё один рухнул, рассыпавшись искрами. Ярость и адреналин смешались в пьянящий коктейль, заставляя двигаться быстрее, бить сильнее.

Но монстры не сдавались. Они напирали, их ядовитая слюна прожигала камни, их шипы продолжали лететь в меня. Ещё один пронзил ногу, отнимая драгоценные единицы здоровья. Боль была сильной, но я лишь стиснул зубы и продолжил бой. Я должен выстоять. Я должен победить. Я просто обязан.

Продолжал метаться по пещере, нанося удар за ударом. Монстры падали один за другим, их светящиеся тела рассыпались в пыль. Закономерность, которую я заметил, стала моим оружием. Я знал, когда они начнут стрелять, и уклонялся в последний момент, контратакуя с удвоенной силой. Они были быстры, но я был быстрее. Они были сильны, но я был сильнее духом.

Постепенно волна монстров начала редеть. Их становилось всё меньше и меньше. И вот остался последний. Он стоял, мерцая своими шипами, как будто ожидал моей атаки. Я сделал шаг вперёд, кинжал сверкнул в свете пещеры, и одним точным ударом я лишил его головы. Монстр забился в конвульсиях и рассыпался в прах.

Тишина.

В пещере воцарилась звенящая тишина, нарушаемая лишь моим тяжёлым дыханием. Я стоял, опираясь на стену, осматривая поле боя. Ничего не осталось. Просто ничего!

— Чудо, блин… — я реально устал… как будто пробежал целый марафон.

В целом так оно и было…

— Ещё же и босс будет…

Открыв уведомления системы, отметил очень неприятную штуку. У меня осталось всего сорок единиц здоровья и пятьдесят выносливости. Как с этим мне двигаться дальше⁈

Сердце, кажется, решило отдохнуть от бешеной чечётки, но пульс всё ещё отдавался набатом в висках.

«Сорок единиц здоровья и пятьдесят выносливости… это даже не смешно».

Система, похоже, искренне наслаждалась моими страданиями.

По логике вещей после зачистки волны должна была открыться комната босса. Но, обведя взглядом пещеру, я осознал неприятную правду: она тупиковая. Огромный каменный мешок, у которого нет ни входа, ни выхода.

— Ну, зашибись, — пробормотал я, сплёвывая на каменный пол.

Мои слова эхом разнеслись по пещере, подчёркивая мою безысходность. Прислонившись спиной к холодной стене, я медленно сполз вниз, чувствуя, как ноют мышцы. Каждое движение отзывалось болью в пронзённых плече и ноге. Ядовитая слюна монстров, видимо, содержала какой-то нейротоксин, потому что даже после уничтожения врагов боль не утихала.

Исследуя стены в ожидании чего-то — чуда?– ощупав каждый выступ и трещину, я не нашел ничего, что хотя бы отдалённо напоминало бы секретный проход или потайную кнопку. Лишь холодный гладкий камень, поблёскивающий в тусклом свете мана-кристаллов. Сел… опечалился…

— Может, я что-то пропустил?

Эта догадка заставила меня снова подняться на ноги. Превозмогая боль, я начал методично осматривать каждый сантиметр пещеры, водя рукой по стенам и заглядывая за сталактиты. Безрезультатно.

Когда надежда почти угасла, мой взгляд зацепился за один из сталагмитов. Он отличался от остальных. Не цветом или формой, а какой-то неуловимой деталью, которую я не мог сразу определить.

Подойдя ближе, я заметил едва заметную трещину, проходящую по всей его длине. Инстинкт подсказал мне, что это не просто случайность. А может, не инстинкт, а восприятие, хоть оно теперь было меньше прежнего…

Собрав последние силы, я упёрся плечом в сталагмит и попытался сдвинуть его. Камень не поддавался. Сжав зубы от боли, я повторил попытку. Снова безрезультатно. Тогда я закричал… нет, не от отчаяния, а от злости!

Вложив в этот рывок всю свою скопившуюся ярость и отборный мат, почувствовал, как камень дрогнул. Ещё одно усилие, и сталагмит с глухим скрежетом сдвинулся с места, открывая узкий проход в стене. Сердце на мгновение замерло, а затем бешено заколотилось вновь. Неужели это выход? Или вход в ещё более кошмарное место? Что мне там приготовила система? Я понимал, что нужно отдохнуть… но также чётко видел, что система не оставит меня в покое…

Пошатываясь, я вошёл в узкий проход, надеясь, что это не западня. Каменные стены стиснули меня со всех сторон, заставляя продвигаться боком. В нос ударил затхлый запах сырости и чего-то гнилостного.

Фонаря у меня не было, поэтому приходилось полагаться на тусклый свет, пробивающийся сквозь трещины в стенах. Проход вился, словно змея, то опускаясь вниз, то поднимаясь вверх. Камни под ногами были скользкими от влаги, и я несколько раз едва не упал, но чудом удержался на ногах. Раны ныли, напоминая о себе каждую секунду. Выносливость таяла, как снег на солнце, и я понимал, что долго так не протяну. Но отступать было некуда.

За мной — тупик, впереди — неизвестность.

Наконец, проход вывел меня в просторную пещеру. Свет мана-кристаллов здесь был ярче, чем в предыдущей, освещая все вокруг. И первое, что я увидел…

— Да какого чёрта⁈

Посреди пещеры на груде костей и черепов неизвестных мне существ восседало нечто, что с трудом поддавалось описанию. Огромная пульсирующая масса плоти, напоминающая гориллу-переростка, испещрённая венами и наростами, из которых торчали обломки костей и куски кожи.

Несколько пар мутных жёлтых глаз смотрели на меня, а из пасти, усеянной зубами, сочилась слюна. Запах гнили и разложения, исходивший от этого создания, был настолько сильным, что меня чуть не вырвало. Это был не монстр, это была квинтэссенция дерьма, воплощённая в плоти. Босс. Не иначе. И судя по его виду, он был крайне недоволен моим вторжением.

Не успел я толком оценить обстановку, как босс издал рык, сотрясший пещеру. Земля под ногами задрожала, а со сталактитов посыпались камни. Тварь спрыгнула со своего «костяного трона» и, невзирая на свои внушительные размеры, с невероятной скоростью бросилась ко мне.

Я едва успел увернуться от первой атаки: огромная обезьянья лапа, усеянная когтями, просвистела в миллиметре от моего лица. Босс развернулся и повторил атаку, на этот раз попытавшись раздавить меня всем своим весом. Снова увернулся, но на этот раз не обошлось без последствий: край лапы зацепил меня по касательной, отбросив к стене пещеры. Минус двадцать единиц здоровья. Чёрт! У меня и так оставалось всего сорок!

«Нельзя отступать! — мысленно прокричал я сам себе. — Нужно использовать его слабости!»

Но какие у такого чудовища могут быть уязвимости? Единственное, что приходило в голову — это уклоняться от его атак и надеяться на чудо. Активировав откатившееся «Ускорение», я начал кружить вокруг босса, пытаясь зайти ему в спину.