«Что связывает его с той историей?» — задаюсь я вопросом, перелистывая древние свитки в поисках ответов. В них нахожу упоминания о легенде, что первые пульгасари появились из боли отвергнутой любви.

Может ли быть, что история Дехо схожа с историей Жрицы? Дехо реагирует на определенные моменты в Петле Забвения. Его глаза… В них такая боль, такая глубокая личная связь с происходящим. Он словно проживал те события заново.

Просматриваю архивы более внимательно. Нахожу упоминание о том, что пульгасари обладают способностью впитывать чужую боль, делая ее своей. Но случай с Дехо кажется особенным.

«Возможно, он сам когда-то потерял близкого человека из-за недоверия или предательства», — приходит мне в голову.

Продолжая наблюдая за ним, вижу как он бродит по коридорам, словно призрак собственного прошлого. Его движения стали более резкими, а взгляд — более задумчивым.

«Что же произошло с тобой, Дехо?» — шепчу я, понимая, что за маской цинизма скрывается глубокая рана.

Он говорил о доверии. Его слова были пропитаны горечью личного опыта. История Сладкой Жрицы… он видит в ней свои собственные ошибки, свои потери.

На рабочем компьютере добавил запись в «Журнале наблюдений»: «Реакция Дехо на события в Петле Забвения указывает на наличие схожей травмы в прошлом. Необходимо провести дополнительное расследование его происхождения и истории».

Закрываю файл, но мысли о Дехо не покидают меня. Теперь я понимаю, почему он так настойчиво ведет наших путников по этому пути — он пытается искупить собственные ошибки через их историю.

Только бы его личная драма не повлияла на исход судьбы наших новых обитателей, хоть и временных. Вглядываюсь, пытаясь разглядеть то, что скрыто в глубинах души пульгасари. То, что делает его таким, какой он есть сейчас.

Вижу, как Сомин и Хванмин обсуждают увиденное. Их эмоции искренни, боль от увиденной трагедии реальна. Но не слишком ли рано им знать такие тайны?

Петля Забвения — место опасное. Она показывает не просто прошлое, она вскрывает души, заставляет столкнуться с самыми темными сторонами реальности.

Может, Дехо прав? Может, им действительно нужно было увидеть эту историю? Увидеть, к чему приводит слепая вера и необдуманные поступки?

Вспоминаю проклятия Сладкой Жрицы и то, как она чувствовала боль своих демонов. Сомин тоже способна чувствовать чужую боль — это я заметил, когда она играла на скрипке. Может быть, именно поэтому Дехо выбрал ее?

Наблюдаю, как Хванмин пытается собрать воедино все кусочки головоломки. Его холодный рассудок сейчас работает на пределе, анализируя каждую деталь увиденного.

«Дехо знает, что делает», — убеждаю я себя. — «Но почему у меня такое чувство, будто он торопит события?»

Вспоминаю еще легенду о том, что пульгасари — хранители баланса. Возможно, показав им Петлю Забвения, он просто пытается уравновесить чаши весов?

Допечатываю запись в «Журнале наблюдений»:

«Дехо показал Сомин и Хванмину Петлю Забвения. Причины его поступка неясны. Последствия могут быть как положительными, так и разрушительными. Необходимо усилить наблюдение за развитием событий».

Жму «сохранить» и закрываю файл. Но мысли продолжают кружиться в голове. Дехо никогда не делает случайных шагов. Вопрос только в том, к чему приведет этот его ход.

Вспоминаю сцену с Аленом-лен Лотосом. Этот хитрый кот, превратившись в свое кошачье воплощение, спал на груди у Сомин. Такое проявление доверия не может быть случайным. Ален всегда был осторожен, особенно с чужаками. Отчего этот драгнил попытался предостеречь Сомин?

[Лисица Сухо]

Дехо, этот здоровяк с вечно мрачным видом, вдруг начинает откровенничать о своей мечте — жить как человек. Представляете? Пульгасари мечтает о человеческой жизни!

— Жить как человек? Серьезно? — мурлычу я, не в силах сдержать ехидство. — А как же твоя вечная мудрость и все эти пафосные речи о предназначении?

Вдруг воздух вокруг нас становится густым, словно кисель. И тут стены начинают искриться, как будто мы оказались внутри микроволновки. Тени удлиняются, превращаются в… О, Вееро! Мой главный кошмар — гигантские пауки! Они размером с дом, с горящими глазами и длинными лапами. Я, храбрая лисица, которая тысячи лет обманывала целые армии, сейчас дрожу как щенок, пытаясь забраться на какую-нибудь возвышенность.

А Дехо… он вдруг превращается в маленького мальчика, который в ужасе убегает от огромной книги! Книга с адским ртом преследует его, щелкая зубами и пытаясь схватить за пятки.

— А-а-а! — вопит Дехо, пытаясь спрятаться под кустом. — Только не эта книга!

— Что, боишься книжек? — нахожу в себе силы хихикнуть. — Кто бы мог подумать!

Мои пауки становятся все больше и больше, их многоглазые морды вызывают у меня настоящий паралич страха.

— Мы нарушили Кодекс Вееро! — наконец осознаю я, когда тени становятся все более материальными. — Наше вмешательство. Оно было слишком…

— Слишком наглым? — подсказывает Дехо, пытаясь увернуться от книжных зубов.

— Слишком самоуверенным! — рычу я. — Мы думали, что знаем лучше!

Собственные ужасы вокруг нас кружатся, как на безумной вечеринке. Дехо весь уже в поту от своей детской травмы, а я — от своих арахнофобических кошмаров!

— Нужно исправлять! — кричит мне Дехо, наконец найдя укрытие от книги в большом дупле дерева, на ствол которого я тоже взобралась.

— Но как? — спрашиваю, пытаясь отмахнуться от пауков своими восемью хвостами.

— Может, просто извинимся перед Вееро? — предлагает он с надеждой.

— И что ты ему скажешь? «Простите, мы тут немного поиграли в богов»? — фыркаю я.

Тени вокруг нас постепенно тускнеют, но урок остается. Даже нам, древним существам, не дано право вмешиваться в чужое искупление.

— Знаешь, — говорит Дехо, вылезая из дупла, отряхиваясь от остатков своих страхов, — может, нам стоит просто… перестать быть такими самоуверенными?

— Ха! Как будто это так просто! — отвечаю я, но в глубине души понимаю, что он прав.

[Сонни]

Должен сказать, это представление стоит того, чтобы его увидеть! Дехо и Сухо в ловушке собственных страхов — зрелище, которое я не забуду никогда…

«Ха! — не могу удержаться от смеха. — Кто бы мог подумать, что у вас, великих существ, есть такие детские страхи?»

Сухо металась как угорелая, пытаясь применить свои фирменные трюки против паука. Притворилась мертвой — паук только потыкал ее лапой. Закружилась в танце обмана, создала иллюзию двойника — паук смотрел как на цирк и указал на обе версии, спросил: «Которая настоящая?» Да, они в этом мире разговорчивы. Сухо включила режим «бедной лисички», расплакалась — паук иронично хмыкнул. Вконец сама решилась обратиться в паука — ее хвост сразу выдал подделку.

Все ее многовековые навыки хитрости и обмана — что называется «в трубу». В итоге Сухо забралась на самую высокую ветку, пыхтя от досады: «Ну и кто тут теперь хитрая лисица?»

А Дехо… этот мускулистый верзила сейчас прячется, как ребенок! Изображает из себя первоклассника, который впервые увидел учебник по математике.

Интересно, что скажет Вееро, когда узнает о таком нарушении Кодекса?

В личном дневнике забавностей отмечаю:

«Дехо боится книг, особенно тех, что умеют кусаться. Сухо страдает арахнофобией. Оба нарушили Кодекс, вмешавшись в процесс искупления. Последствия: материализовавшиеся страхи».

Возвращаюсь к наблюдению за лисицей и пульгасари.

Восьмихвостая все еще дрожит после встречи со своими страхами, наклоняется к компаньону и произносит шепотом:

— Знаешь, Дехо, пока мы тут разбираемся со своими ошибками, я все чаще думаю… Кто на самом деле этот Вееро? Почему его все так боятся и уважают?

Ухмыляюсь про себя. Наконец-то они дошли до главного вопроса.

Дехо: (загадочно) Говорят, Вееро научился страшной магии у темной королевы, некогда обитающей в Нави, а ее могущество превосходило понимание всех сверхсуществ…

Сухо: (удивленно) Королевой? О чем ты говоришь?