Быстро переодеваюсь, стираю остатки своего макияжа и спускаюсь по лестнице.

Папа с мамой о чём-то болтают на кухне, даже не вслушиваюсь в их разговор, сейчас я хочу только одного, ощутить эту жизнь сидя в машине.

— Пап, я покататься. — облокачиваюсь на стол и заглядываю в родные глаза. — телефон с собой, — кручу им перед носом у папы, — на улице светло, я тебя в известность ставлю. Вроде все пункты соблюдены. — улыбаюсь и жду хоть какой-то реакции.

— Нет.

— Почему?

— Я так сказал.

— Аргумент железобетонный просто.

— Я хочу отвезти ее на ТО.

— Так это будет завтра, на дворе вечер, какое — ТО?

— Поставлю её сегодня, завтра мне не до машины будет, есть желание поехали со мной.

— Я хотела покататься, посмотреть на закат, поймать вдохновение...

— Поехали со мной, так и быть сядешь за руль.

— Никого не смущает, что это моя машина?!

— Нет, совершенно не смущает, соглашайся пока я не передумал. Можем поехать на двух машинах.

— Ты дашь мне порулить своим чёрным кораблём.

— Хорошо.

— Правда?

— Правда.

Я с визгом налетаю на папу, целую его щёки и кажется готова задушить его от переполняющих меня эмоций.

Он мне разрешает сесть на свою неприкосновенную машину. Его новенький Range Rover Sport SV, это просто воплощение мужества и силы, не машина, а брутальный мужчина. Да простит меня папа, что я так говорю, но она просто потрясная 635 л.с. (лошадиных сил) под капотом, разгон 0-100 км/ч — 3,9 секунды, и это учитывая её не маленький вес 3250 кг. Мощь, зверь и я буду им управлять.

Моя «Фурия», конечно, не хуже, но сам факт, что папа разрешил сесть за руль его машины, я не знаю с чем это сравнить, наверное, как с полетом на луну, для меня так.

Я в восторге.

— Ну всё, слезь с меня, иначе мы никуда не поедим, ты меня задушишь. — с улыбкой говорит папа, и пытается меня отцепить от себя, а мама просто стоит и смотрит на нас счастливым взглядом.

Всё-таки у меня лучшие родители.

— На радостях не гони, я тебя прошу. — папа садится в мою «Фурию» и уже как-то не уверено протягивает мне свои ключи.

— походу кто-то боится лишиться своей машинки?! — с издёвкой и счастливой улыбкой на лице, забираю ключи.

— Нет, кто-то боится лишиться дочери. — папа смотрит прямо в глаза, и моя улыбка тут же блекнет.

— Пап, ты чего, я хорошо вожу, ты же знаешь и вообще-то я говорила про то, что возможно заберу себе, твой корабль. — улыбаюсь ему и прыгаю в машину.

По очереди выезжаем со двора, я догоняю его, и мы друг за другом выезжаем на трассу.

Машина радует приятным рычанием, и я испытываю кайф от этой мелодии движка.

Ровняюсь с папой, опускаю пассажирское окно и сигналю папе.

— Ну что прокатимся?

— Смотри за дорогой, ты и так уже катаешься.

— Ну нет пап, давай на перегонки?!

— Нет, даже не думай!!!

— Ну паааап, трасса пустая.

— Ты загонишь меня в могилу.

Не долго он сопротивлялся, улыбка не сходит с моего лица и у меня уже болят щёки, но я правда кайфую.

Закрываю окно и вижу, как моя «Фурия» вырывается вперёд. Вот значит как. Ждать меня никто не собирается. Хорошо. Посмотрим кто кого.

Вдавливаю педаль газа в пол, машина издает прелестный звук и срывается с места. Кровь бежит по моим венам, как смесь воздуха и бензина сгорает в специальных полостях двигателя.

Папа, наверное, не думает, что я настроена серьезно, поэтому достаточно быстро я его догоняю, сигналю и обгоняю.

Адреналин бегает по кровотоку. Хочется кричать и я не сдерживаю своих эмоций, кричу во всё горло и радуюсь, как маленькая девочка, своей первой победе.

Но и папа не сдаётся, считанные секунды, и мы на ровне.

Пока трасса позволяет, мы то и дело сменяем друг друга в первенстве.

Я кайфую в этот момент и кажется, что в жизни нет большего счастья, чем вот так ездить со своим родителем.

Мы доезжаем до оживленной трассы и игры заканчиваются, в пределах города никаких превышений скорости, условие, которое я никогда не нарушаю.

Доезжаем до любимого сервиса папы. Он начинал здесь когда-то и спустя годы до сих пор предан ему.

Частичка папиной души хранится здесь.

Только в этом автосервисе он чинит и проверяет наши машины. Чаще всего сам, удивительно правда. Ни то чтобы он никому не доверяет, просто как он сам говорит, чтобы не растерять навыки, нужно иногда практиковаться.

Я не раз была в этом сервисе и не хуже местных механиков знаю, что, где лежит, и часто наблюдала и чуть-чуть, иногда помогала папе, но сегодня я отчего-то не хочу заходить туда.

Ворота медленно открываются, и папа загоняет мою «Фурию», в проеме появляется высокий человек, но я не узнаю его, наверное, новенький.

Отворачиваюсь и смотрю на красивый закат. Недолго думая, достаю телефон и пытаюсь запечатлеть этот прекрасный момент. Готово фотка получилась огонь. Яркие краски оранжевого, красного, желтого переплетаются друг с другом, создавая необычный пейзаж, окрашивая небо по-волшебному красиво. С неба виднеется след от самолета, что добавляет деталей. Вот тебе и почва для вдохновения. Сама природа посылает мне знаки, что сегодня прекрасный вечер, чтобы завершить картину.

Я так задумалась, что испугалась, когда папа открыл водительскую дверь.

— На выход.

— Ну пап, можно я повезу нас домой.

— Нет.

— Ну пожалуйста.

— Василиса, на выход, ты приехала сюда и сейчас рискуешь больше никогда не сесть за руль этой машины.

Надуваю губы и нехотя выхожу из машины. Демонстративно медленно обхожу машину спереди, и папа сигналит мне, с улыбкой показывает мне кулак, я подпрыгиваю на месте, от неожиданного звука, останавливаюсь и показываю ему язык.

Нет, всё-таки я действительно маленькая девочка, но только с папой я могу позволить себе такие шалости.

От этой мысли становится грустно, я сажусь в машину и вспоминаю, как папа учил меня ездить за рулем.

Обычно детей учат кататься на велосипедах, мой учил меня водить, смешно, но это нечто особенное для меня.

Я любила ковыряться с ним в гараже, любила подавать ключи, когда он что-то ремонтировал... И с папой, я провела намного больше времени, чем в комнате с куклами.

Папа, видя мой интерес, стал рассказывать мне про внутренности машины, комментировал каждое свое действие, а я с открытым ртом смотрела на всё и запоминала.

— О чём задумалась Лисёнок? — ласковое папино обращение вырывает меня из воспоминаний, я его Лисёнок и мне это так нравится.

— Вспомнила как ты учил меня ездить на машине. — улыбаюсь папе, он улыбается в ответ и переводит своё внимание на дорогу.

— Ты не умела кататься на велосипеде, но водила машину. — папа говорит так, будто это его самое большое достижение в жизни.

— Потому что ты не покупал мне этот самый велосипед, что бы я сохранила свои коленки. — смеюсь до боли в животе, папа очень странный, как будто машина для ребенка безопаснее велосипеда.

— Сидя в машине я мог контролировать тебя, к тому же ты ехала по просёлочной дороге, где редко ездили машины. — с грустной улыбкой папа, наверное, погрузился в наши общие воспоминания. — И на велосипеде в конечном итоге ты научилась кататься. — хмыкает папа.

— Конечно, дед, когда узнал, что ты меня к десяти годам не научил кататься на велосипеде, в этот же день купил мне его и учил, бубня себя под нос, что ты балбес бестолковый. — я смеюсь, вытирая с уголков глаз слёзы, а папа хмурит брови.

— И часто он меня так называл при тебе? — с серьёзным выражением на лице смотрит папа.

— Не часто пап, успокойся. Ты же знаешь дедушку, он всегда на тебя бубнит. Ты же украл его Ириску. — почти одновременно произносим и смеёмся с папой.

Машина заезжает на территорию нашей дачи, и мама выходит на крыльцо.

— Ты чего скачешь как сайгак с улыбкой до ушей. — мама улыбается и смотрит мне за спину, папа вальяжной походкой движется в сторону крыльца.

— Мы с папой вспоминала как дедушка учил меня кататься на велосипеде.