— Мне нравится это чувствовать. — наверное с алыми щеками произношу мини комплимент.

— А мне нравится, когда он в тебе, съезжай на обочину Лисёнок, ты доигралась. — его взгляд почти плывёт и я не знаю кто из нас в конечном итоге обезоружен.

Дима кладёт свою руку на руль и начинает управлять машиной, а я почти полностью перевожу весь фокус на него, и когда машина полностью останавливается, не теряя и секунды, быстро отстёгиваюсь и перепрыгиваю к Диме на колени.

— Признайся, ты знала, что так будет и специально это сделала. — полушёпотом в мои губы произносит Дима.

— Нет, ты предложил, а я не смогла тебе отказать. — провожу языком по его приоткрытым губам.

— Моя маленькая лиса. — и все предохранители летят к чертям...

Дима пьёт мои губы, сжимает мои волосы в кулаке, а я не успеваю за его темпом, не впопад отвечаю держась за его плечи, но мне нравится это состояние, наше состояние.

Я знаю, как он скучал, потому что истосковалась не меньше.

Дима сжимает мои ягодицы и поднимает руки к резинке штанов, стягивая их вниз, без единого слова я просто приподнимаюсь и позволяю спустить свои штаны.

Его горячие ладони сжимают мои бедра поднимаясь по телу, он как лава, горячий, тягучий и завораживающий, я плавлюсь сидя на нём.

Отпускаю его плечи и ладонями спускаюсь по телу Димы, ощущая напряжение в кончиках пальцев, нахожу края футболки, тяну её вверх снимая и провожу онемевшими пальчиками по его торсу. Мышцы реагируют на мои касания, и я чувствую, как они напрягаются.

Дима целует мою шею, сминает мою грудь своими пальцами и вжимает меня в себя, а я уже просто еложу на его бедрах в нетерпении, опускаю руку к резинке его штанов и просовываю, внутрь касаясь члена, который давно упирается в мою промежность.

Дима издаёт стон и откидывает голову на подголовник, а я смотрю на него, чтобы запечатлеть в свой памяти, он только мой, мой.

Провожу рукой по всей длине члена и возвращаюсь к головке, едва прикасаюсь к и вновь спускаюсь к основанию, сжимаю ладонь сильней и веду вверх и снова вниз, расслабляю руку и вверх к головке и еле ощутимое касание...

— Солнце я сейчас кончу... — Дима затуманенным взглядом смотрит на меня.

Продолжаю свои движения в хаотичном порядке чередуя движения и через несколько секунд чувствую, как Дима напрягается всем телом и его семя стекает по пальцам. Замедляюсь, но не убираю руку, во мне просыпается интерес, и я делаю то что хочу, пробую его на вкус...

— Блять солнце... — Дима за шею притягивает меня к себе и впивается в мои губы, с силой сжимая ягодицы, — Привстань... — командует, а я просто подчиняюсь и ощущаю, как головка упирается в мои влажные губы, погружаясь в них и заполняет меня.

— Дааа... — протяжно, глаза в глаза, чувствуя пульсацию во всём теле, стенки влагалища сжимаются, ощущая каждый выступ и вену...

Дима ждёт несколько секунд, а затем начинает двигаться...

Резко...

Жестко...

На грани...

Каждое движение, как клеймо на моём теле...

Я только его и это неоспоримый факт.

— Мне всегда тебя будет мало. — неожиданно произносит Дима с таской в глазах, но я не хочу ни о чем думать, сейчас меня волнуют только его движения.

— Ещё... — всё что мне сейчас надо это чувствовать его каждой клеточкой, и я чувствую.

Дима то ускоряется, то замедляется, издеваясь над моим, и так, обезоруженном телом. Я на грани, но он не даёт мне кончить. Моё желание отражается в его зрачках, и я не могу оторвать взгляда...

— Сейчас.

Одно слово и я на вершине, растворяюсь на атомы и проникая в организм Димы, превращаясь в одно целое... его движения становятся рваными, таким же как дыхание у нас обоих, и через мгновение, я ощущаю пульсацию внутри себя, но уже не свою, его.

Я не жива в этот момент, мне кажется это что-то запредельное и нереальное, настолько прекрасное, что страшно...

Страшно потерять то, что сейчас в твоих руках.

Дима приживает меня к себе и утыкается в грудь, я чувствую влажный лоб, а он, уверена чувствует, как бешено бьётся моё — его сердце.

Я окончательно и бесповоротно полюбила Диму всем своим сердцем.

И отныне она принадлежит только ему.

— Люблю тебя. — поднимаю его голову и смотрю, глядя в глаза, — Бесконечно сильно люблю.

— Я люблю тебя солнце, — улыбаясь смотрит на меня Дима, — Но мне больше нравится, когда частица «НЕ», всё же присутствует. — всё с той же улыбкой признаётся Дима, притягивает меня к себе и целуют безумно нежно, почти едва касаясь, покрывая поцелуями каждый сантиметр моего лица, — По-другому уже не привычно и не про нас. — говорит он куда-то в шею и я чувствую как он улыбается.

Да стандартные признания — это не про нас, у нас всё по другому.

— Моя маленькая Лисичка... — едва слышно произношу и целую любимую макушку.

Василиса мирно спит у меня на плече, а я проснулся ни свет ни заря и лежу непонятно о чём думаю.

Слишком много драйва и адреналина в нашей жизни последние несколько месяцев. Отец Василисы так и не даёт своё согласие на наши отношения, и я день через день выкрадываю её из дома, или она говорит всем что остаётся с ночёвкой у своей беременной подруге. Короче подставляются все, а батю не берут никакие разговоры.

— Ты недостоин моей дочери, мне больше нечего тебе сказать. Уходи.

Так закончился наш последний разговор, который так и кружится в моей памяти.

Не достоин...

Василиса ворочается во сне и прижимается ещё крепче, будто даже сквозь сон чувствует и не согласна с моими мыслями.

Бунтарка.

Безбашенная.

Я и не думал, что она может быть такой авантюристкой.

Василиса настояла на совместном заезде, а я не смог ей отказать.

Она визжала и хлопала в ладоши так громко, что я думал мои перепонки не выдержат такого больше никогда. Озвучив это, Василиса пробила мне пятиминутку, но я решил, что больше не буду подвергать её опасности и не беру на гонки.

Лисёнок злится, капризничает, но всё равно сдаётся, чему я очень рад, ибо отказывать ей очень тяжело.

Моя малышка со мной везде, словно тень, держит мою руку какой бы пиздец не происходил рядом.

Тренировки.

Прогулки.

Постель.

Гонки.

Она везде.

В голове.

В сердце.

Под кожей.

Василиса неотъемлемая часть меня и всё чаще в голову влезает один и тот же план, что нужно её украсть или сделать так, чтобы она забеременела, но оба варианта, травмируют её.

Я вижу, как она мучается от разговоров с отцом, молчит, улыбается, но я уверен, что эти разговоры есть и она один на один борется с родным папой.

Беременность... Думаю мы не готовы оба. Это очень ответственный шаг, а у меня ничего нет. У Лисенка планы, она хочет открыть свою студию и выкладывается по полной, чтобы добиться этого.

Скоро чемпионат и дальше у меня есть план, но он не сработает если я опять облажаюсь.

В этот раз мне нельзя лежать, на кону слишком много всего, я не могу подвести её.

Василиса мило сопит, а я поглаживаю её плечико, моя маленькая, я сделаю всё чтобы ты ни в чём не нуждалась.

Аккуратно перекладываю её голову на подушку, встаю с кровати и выхожу из спальни, надеваю спортивный костюм и выхожу из квартиры.

На улице свежо и утренние лучи только появляются из-за горизонта, я делаю легкую разминку и начинаю бежать.

Куда не важно, это уже привычка, доверять своему телу и наблюдать куда я прибегу на этот раз.

В этот момент голова отключается, работают только легкие, сердце и мышцы, всё остальное отходит на второй план. Ты бежишь и не замечаешь, как становится светлее, как город просыпается и что люди всё чаще встречаются на твоём пути.

Всё это не важно.

Легкие горят, мышцы покалывает, а сердце отбивает чечётку. Сбавляю скорость и медленно перехожу на шаг.

Иду по набережной и вдыхаю влажный воздух, вокруг все спешат на работу, а я не спеша восстанавливаю дыхание.