Что я делаю?!

Нет не так…

Какого хрена я творю!!!

Что будет дальше, когда Дима наконец покончит с этим дурацким карнизом?

Я как будто навязываюсь ему…

Боже, Василиса, ты неизлечимая дура!!!

Хочется лязгнуть себя, но я не могу, звуки шуруповёрта затихли, а это значит, что сейчас Дима с пренебрежением оттолкнёт меня.

Я не переживу этого…

— Малышка, ты сейчас меня медленно отпустишь, я спущусь с этого стула и сниму тебя… — чуть слышно говорит Дима и аккуратно отстраняется от меня.

Мне хочется плакать…

Я идиотка…

Зачем я полезла на этот стул?!

Как я теперь буду смотреть Диме в глаза?

Чувствую, как начинает щипать в глазах…

— Иди ко мне. — на выдохе говорит Дима и тянет ко мне свои руки.

Отрицательно машу головой, я не боюсь высоты, но сейчас боюсь разбиться…

— Не бойся, я рядом и буду держать тебя крепко. — уговаривает Дима, а мне кажется… просто нужно отбросить все сомнения… и я отбрасываю и делаю этот шаг в неизвестность…

— Держу! — крепко прижимает к себе Дима, — Держу! — говорит куда-то в волосы у моей шеи и табун мурашек проносится по моему телу.

Не хочу размыкать эти объятия, но здравый смысл говорит что нужно.

Я и так неприлично «сижу» на Диме. Его руки у меня на ягодицах, но он не смеет даже пальцем пошевелить, а я своими ножками обхватываю его талию и держусь за крепкую шею, но не сдерживаюсь и еложу в его руках.

— Нам нельзя… — с сожалением произносит Дима.

— Папа запретил? — спрашиваю в его шею.

— И это тоже малышка. — прижимает к себе крепко-крепко, а я с ума схожу от его слов.

— Мне всё равно, — отстраняюсь от него и пытаюсь посмотреть в его глаза, — Я хочу попробовать. — говорю и замечаю, как расширяются зрачки у Димы.

— Ты достойна большего. — с грустной улыбкой говорит он и начинает медленно расслаблять свою хватку.

— Я сама решаю, чего я достойна! — кладу свои ладони на его скулы, ощущаю ту самую щетину, наклоняюсь и веду носом по его щеке в сторону уха, — И сейчас я хочу тебя в своё пользование! — шёпотом произношу и улыбаясь отстраняюсь.

Дима как будто пьяный стоит и не знает, что делать, смотрит на меня будто я мираж и вот-вот исчезну.

— Ты сводишь меня с ума… — произносит и накрывает мои губы своими.

Это блаженство ни с чем не сравнимое…

Его губы такие мягкие, но они подчиняют своей воле… Дима целует нежно, но телом я ощущаю его напряжение и сдержанность.

Он мягко проводит своим языком по моим губам, а я слегка прикусываю его и слышу гортанный рык… с испуга отстраняюсь и извиняющимся взглядом смотрю на него.

— Прости… — опускаю глаза и смотрю на его вздымающую грудь.

— За что ты просишь прощения? — медленно отпускает меня и ставит на пол, одной рукой обнимает за талию, а другой поднимает мой подбородок и выжидающе смотрит в глаза, — За что Лисёнок?

— За укус? — неуверенно задаю ему вопрос.

— Ха-ха-ха — глубоко смеётся Дима и снова накрывает мои губы своими, — Глупышка, — отстраняется и прижимается своим лбом к моему, — Можешь хоть всего меня съесть, я даже сопротивляться не буду. — улыбается и целует каждый миллиметр на моём лице.

— Будешь сопротивляться, я тебя уволю, — улыбаюсь и провожу пальчиками по накаченному прессу, который тут же отзывается напряжением, и я могу сквозь тонкую ткань рубашки посчитать его кубики.

Дима шумно втягивает носом воздух и его рука, которая находится на моей талии притягивает к себе ещё ближе.

— Лисёнок, нам нужно остановиться… — отрывается от моих губ и еле слышно говорит на ушко.

— Не уверенна, что хочу именно этого сейчас… — языком провожу по яремной венке, она бешено пульсирует под кожей, и я кладу свою ладонь на сердце Димы, синхронизирую пульс и получаю непередаваемые ощущения.

— Я безумно хочу зацеловать тебя всю, — всё так же шёпотом говорит Дима, как будто боится спугнуть момент, — Но всё должно быть не так, я не хочу, чтобы ты потом сожалела…

— Не буду… — утыкаюсь носом в его грудь.

— Тогда у нас ещё много времени впереди, чтобы завершить то, на что мы сегодня решились. — обнимает меня крепко за плечи и выравнивает своё дыхание.

А я наконец понимаю, что смелая глупость, на которую я сегодня решилась, сделает меня в ближайшее время самой счастливой!

Держусь из последних сил, ну вот что Василиса со мной делает?! Она такая податливая, такая отзывчивая, её тело реагирует на каждое моё прикосновение, и я хочу, но не могу себе позволить большего.

Я не хочу, чтобы, проснувшись завтра утром Василиса рыдала в подушку от чувства сожаления.

— Хочу, чтобы этот шаг ты сделала, будучи полностью во мне уверенной. — крепче прижимаю её хрупкое тело к себе, чувствуя, как моё собственное отзывается потоком силы и энергии.

Рядом с ней хочется развиваться, хочется расти и стремиться стать лучшей версией себя, Василиса достойна лучшего, и я готов пойти на многое, если не на всё, чтобы она стала самой счастливой.

— Готова познакомится со мной поближе?! — играю своими бровями и целую её носик, — Что скажете Василиса Александровна?

— Готова! — отвечает уверено и прижимается к моему торсу, кайф неимоверный, ощущать её в своих руках.

— Тогда поехали знакомиться с родными? — смеюсь над ней, а она смотрит на меня слишком серьёзно. — Это была неудачная шутка… — поднимаю руки вверх…

— Поехали! — слишком решительно, для той, которая буквально час назад боялась даже смотреть в мою сторону, сейчас в глазах нет и доли сомнения.

— Ты правда готова?! — удивленно смотрю на неё, — Просто хотел пошутить, что с твоими уже знаком и мы должны сравнять счёт, но, если ты правда хочешь не вопрос. — беру её меленькие ручки в свои ладони.

— Хочу! — она каким-то зачарованным взглядом смотрит на меня, на лице эмоции почти отсутствуют, и я не понимаю как на неё реагировать.

— Тогда поехали. — целую и тяну её в сторону выхода.

В машину Василиса садится, как всегда, сзади, я трогаюсь, но в какой-то момент она кладёт мне руку на плечо, и я честно скажу не ожидал этого, поэтому даже слегка шарахнулся.

— Дим, можно я рядом сяду? — вся сжалась, похожа на маленького птенчика.

Включаю поворотник и прижимаюсь к обочине, жму на аварийку и щелкаю кнопкой блокировки дверей.

Выхожу из машины, огибаю её и открываю дверь Василисы, она смотрит на меня удивлёнными глазами не понимая, что я делаю.

— Прошу. — улыбаюсь и протягиваю ей руку, ну джентльмен прям, ржу мысленно, но я хожу быть для неё таким.

Василиса неуверенно вкладывает свою ладошку в мою и аккуратно выходит из машины. Закрываю заднюю дверь и открываю переднюю, усаживаю её в кресло, наклоняюсь и целую в нос. Блять, как я хотел этого момента, с первого дня, как только она открыла дверь машины. Сажусь за руль, выезжаю на дорогу и продолжаю движение в сторону дома.

Интересно, Вика уже дома, мысленно задаюсь вопросом.

— Я должна извиниться за вчерашний вечер… — робко начинает Василиса, теребя свои пальцы, — Просто…

— Ты ничего мне не должна. — перебиваю её, — Это твои эмоции и твои чувства, ты можешь вести так, как считаешь нужным рядом со мной, хочешь кричать — кричи, хочешь плакать — плач, решишь меня ударить, если посчитаешь нужным — бей, но не держи всё в себе, поделись своими проблемами, может я и не смогу их решить, но очень постараюсь. — беру её холодную ладонь и целую тыльную сторону, Василиса заливается краской и мне так нравится смотреть на неё такую простую и неискушённую.

— Я хочу высказаться, мне очень не легко тебе доверится, но я не могу сопротивляться этому порыву. — хмурит брови и отворачивается в окно, — Я не идеальная, — начинает Василиса задумчиво, — Мало, наверное тех кто считает себя эталоном красоты и морального поведения, но я могу подстроиться под наверное любого человека и быть рядом с ним такой какой он сам. — грустно произносит Василиса тихим голосом, — Именно по этому я наверное стала такой неуверенной в себе рядом с Владом, — поворачивает ко мне голову и смотрит на меня виновато, — Прости… Папа всегда говорил, что я сама решаю как мне жить, что делать, и когда, я решила, что Влад будет моим. Папа был против и открыто осуждал мой выбор, но не мешал мне, оберегал, но не лез… — трясет волосами и опускает голову, мысли её как будто не здесь, — Я жила иллюзией идеальности и закрывала глаза на его поведение и отношение.