— Да не особо, — пернатый как обычно приподнял плечи.

— Ты всегда был вороном? — не унимался я.

— Я был великим воином другого мира и сбежал из ловушки, что вы зовёте Оазисами, — буднично ответил ворон.

— Зачем ты тогда решил стать моим фамильяром? — я ущипнул себя за руку, пытаясь понять, не бред ли это всё.

— Я головой стукнулся, а тут ты со своими вопросами. Случайно!

— Значит, тебе не нравится?

— По началу я был в ужасе, — ворон по-человечески плюхнулся на хвост, вытянув лапки в разные стороны, — но посмотри на меня! Еда всегда есть, убить пытаются гораздо реже, почти никакой ответственности!

— То есть тебя всё устраивает? — удивился я.

— Больше не трогай себя при мне, — укоризненно покачал головой Райден.

— Я не… — я осёкся и рассмеялся. — Ну, шутник! Не было же такого!

— Я так и подумала, — хихикнула в руку Дана.

— При собственном фамильяре… — разочарованно произнёс Романов.

— Да не было ничего такого! — начал заводиться я. — Райден, скажи им!

Но коварная птица резко потеряла интерес к диалогу, поспешив притвориться обычным вороном, ничего не сведущим в светских беседах. Я задал ещё несколько вопросов, на которые тоже не получил ответа, и только моя рука потянулась к артефакту, чтобы убрать его, ворон всё же пару раз каркнул.

— Больше не используй эту штуку на мне без крайней нужды, Ян, — серьёзным тоном донеслось из артефакта. — Мне, правда, больше нравится быть вороном и дурачиться, когда вы нихрена не понимаете, что я вам говорю. В крайнем случае, я сам дам понять, что пора использовать твой артефакт.

— Ладно, малыш… эээ… как-то странно тебя теперь малышом называть…

— Кар! — артефакт продублировал обычный голос Райдена.

— Ты что, только что просто сказал «Кар»? — я недоверчиво прищурился.

— Кар! — раздалось в ответ.

Остаток дня, половину ночи и пару утренних часов мы с Даной потратили на то, чтобы сделать пять сотен артефактов и кое-как упаковать их для транспортировки. Романов какое-то время ошеломлённо таращился на ворона, но после всё же пришёл в себя и начал подписывать небольшие инструкции по использованию артефакта для каждой партии.

К слову, Райден всё-таки геройски согласился тестировать на себе каждый произведённый нами артефакт, но с условием, что к его пайку добавится клюква или любые другие сезонные ягоды.

— Вот и настало твоё время принести большую пользу этому миру… — философски заметил Романов, наблюдая за тем, как мы загружаем коробки с изготовленными артефактами в моё пространственное хранилище.

— Будем надеяться, это не единственное, чем я смогу ему помочь, — улыбнулся я в ответ. — Поехали, порадуем Горина!

— Как понять, бесплатно? — Горин отодвинул от себя коробку с артефактами перевода и посмотрел на меня так, будто пытался понять, где именно его хотят обмануть.

— Сырья у меня много, производство копеечное, — я подвинул коробку обратно. — Берите! Негоже на чужом горе наживаться!

— Удивил ты меня, Ян Борисович, — майор достал один из артефактов и рассмотрел поближе. — Я возьму. Но награду…

— Не надо ничего! — я не дал служивому договорить. — Вы за нас и так горой всегда.

— Спасибо, боец, — Горин поднялся с места и крепко пожал мне руку. — Если они ещё и работают…

— Должны, — я постучал по посылке с переводчиками. — Проверяли каждый, но всего на одном… подопытном.

— Будем надеяться, — служивый протянул мне руку. — Давай сюда своё письмо. И коробки с остальными артефактами оставь на проходной, дирижабль в столицу отбывает после обеда, отправлю своих ребят, доставят лично.

— Спасибо, Николай Александрович, — я передал письмо, наспех нацарапанное по дороге в отделение ГУЗНА.

Адресата я не указывал — отправлять на имя Романовых было бы глупо. Повезло, что Горин знал, кому следует доставить подобный груз, чтобы он не погряз в бюрократической рутине и начал приносить пользу.

— Как раз утром из столицы весточку прислали, — майор снова сел в кресло и закурил. — Десятки, сотни рапортов о том, что чистильщики встречают разумных существ внутри аномалий. И такое не только у нас и в Петрограде! По всей империи, Янчик!

— Мы предполагали такой исход, — вздохнул я. — Ничего. Когда появились обычные Оазисы, наш народ сдюжил, значит, и сейчас выстоит.

— Куда он денется, — майор горько усмехнулся, стряхивая пепел. — Ладно, дружище. Забирай у Люськи карту да беги на свои зачистки! Звиняй, что чаем не напоил, мы тут с раннего утра на ушах стоим.

— Порядок, Николай Александрович. Разрешите идти?

— И послушай старого чистильщика, — Горин нахмурился. — Если Оазисы меняются, значит, в мире происходит что-то глобальное. Хорошее ли, плохое… хрен его знает… Ладно, ступай.

— Спасибо за подсказку, командир, — кивнул я на прощание и закрыл за собой дверь.

Да… Час от часу не легче. А ведь прав Горин — во всех учебниках по истории магии сообщалось, что изменения в поведении Оазисов — зеркало чего-то большего. С появлением первых аномалий на планете стали рождаться маги, а в воздухе начала витать та самая мана.

Со временем мутанты в Оазисах становились сильнее пропорционально тому, как подрастало поколение могучих воинов… Было ещё несколько метаморфоз, влекущих за собой глобальные и не очень изменения.

Вот и сейчас: то огромные прорывы монстров, то разумные существа внутри Оазисов. Чем это было вызвано, оставалось только гадать.

— Чего смурной такой? — Романов закончил расправу над стейком, который заказал в ресторане Реброва и теперь сидел напротив меня, пристально наблюдая за тем, как я вяло колупаю свою порцию.

— Устал, — пожал я плечами. — Навалилось всё как-то… Не знаю, за что хвататься.

— Усталость придумали те, — наставник жадно отхлебнул пива из красивого стеклянного графина, игнорируя наличие двух бокалов на столе, — кто ни хрена не хочет работать, Янчик. Хватайся за то, что тебе дороже, а остальное как-нибудь само решится.

— Быть может, — вздохнул я.

— Точно тебе говорю, — на стол опустилась пятирублёвая купюра. — Хорош сиськи мять. Нам ещё в машине часов шесть трястись, дай бог до заката успеем!

Сложно описать чувства, которые беспокоили меня этим утром. Тревога была оттого, что я снабдил Империю артефактами с пометкой «возможно, работает»? А может, оттого, что через каких-то две-три недели мне придётся поставить точку в родовом конфликте, с которого всё начиналось? Успею ли я стать сильнее? Нужно ли это, чтобы победить дряхлого, выжившего из ума старика, усыхающего от неизвестной хвори?

Странные вопросы, которые не посещают твою голову, когда ты без раздумий выполняешь приказы. Здесь же у меня не выйдет переложить на кого-то ответственность, может быть, оттого и весь мандраж? Значит, пора перестать сомневаться в своих решениях. Сомнения здесь излишни, да и времени на них нет.

— Представь, какой провал будет, если артефакты, что мы в столицу передали, не сработают? — я привычно сидел за рулём, ведя машину на поиски очередного Оазиса.

— А если наоборот? — усмехнулся Сашка. — Уж поверь мне, Романовы бывают щедрыми! Глядишь, дирижабль сможешь себе позволить!

— Да мне он как-то… — я прервался, принимая сигнал от Райдена. — Нашёлся, родимый! К югу, прям в горе, представляешь?

— Это как он внутрь пролез? — наставник нахмурился. — А что будет с породой, когда он исчезнет? Обвал?

— Проверим?

— Спрашиваешь? Конечно!

Перед нами предстал небольшой Оазис. Всё же мыслеобразы иногда шалят и показывают чуть искажённую картинку. В гору он зашёл не так уж сильно, примерно на четверть. Сам купол в диаметре был метров пятьдесят, так что переживать было не о чем. Впрочем, мы не расстроились: чем меньше странностей вокруг, тем проще живётся.