— То есть это реально? — я заинтересованно приподнял бровь.

— Если одобрит куратор, а потом и ректор, — пожал плечами Саня, — один фиг у тебя особая учебная программа, а ты мой единственный ученик. Разве что факультативы твои придётся прогулять…

— Факультативы? — я чуть струхнул, на мгновенье подумав, что Сянь в курсе, чем мы занимаемся с Романовой на индивидуальных приёмах.

— Ну, артефакторика там, рукопашный бой… Ты чего так побледнел, малой? Рукопашным боем можем и вдвоём позаниматься…

— Дед покойный привиделся, — отшутился я, пытаясь взять себя в руки. Внутри всё горело в предвкушении нового приключения. — То есть серьёзно? Ты да я, по миражам пойдём?

— Если отпустят! — покачал головой наставник. — А пока дуй к снаряду! Над щитом тебе ещё работать и работать.

Тренировка прошла неплохо: стало получше, хоть пока и далековато от идеала. Но ничего, терпение и труд…

На обеде в столовой я нашёл Зорина и сообщил ему, что предстоит серьёзный разговор, для которого он позвал меня в свой кабинет, находящийся рядом с тренировочным залом. На удивление, не было в нём спортивного инвентаря и прочих привычных глазу вещей — кабинет учителя. Обставленный немного по-спартански и без вкуса, но крайне функционально.

Я в деталях пересказал Паше диалоги с Залесовым и Сянем. Признаться, ожидал более бурной реакции, но напарник новости воспринял спокойно.

— Ну даёшь… — Зорин закурил сигарету, в сторону окна полетело облачко табачного дыма. — Удивлён, что вы с ним нашли общий язык, — после того, что случилось с твоим отцом.

— Это был честный поединок, — пожал я плечами. — Отец хотя бы умер достойно. Илья Залесов не ощущается как угроза. Он пришёл за помощью.

— Дело твоё, — Паша выдохнул, стряхивая пепел куда-то под стол. — Меня больше интересует, куда тебя Сянь потащит, чтобы за месяц полтора ранга поднять…

— Не доверяешь ему? — прищурился я.

— Не настолько, чтобы доверить ему твою жизнь, — Зорин скривился. — Не очень он ответственный… Впрочем, силы у него хоть отбавляй, — вряд ли есть хоть один Оазис, который Сянь не сможет закрыть самостоятельно.

— Справимся, — кивнул я. — Значит, осталось отпроситься у Распутиной и дело в шляпе!

— Посмотрел бы я, как она отпустит своё юное дарование шляться по смертельно опасной глухомани в компании человека с самой мутной биографией в Империи, — рассмеялся Паша.

— Ну, пойду попробую, — ответил я, вставая из-за стола.

— Ты, главное, это…

— А?

— В глаза ей долго не смотри, она как удав!

— К чёрту тебя, Паша! — отмахнулся я, закрывая за собой дверь.

— Ни пуха, студент! — приглушённо донеслось изнутри кабинета.

— Это вы, господин Бронин, послушайте! — впервые за всё это время я увидел Распутину действительно недовольной. — Мы даём вам крышу над головой, возможность развиваться, а вы…

— А я и хочу развития, Венера Викторовна! — я поднялся с места, поравнявшись глазами с ректором. — Учиться я не брошу, наоборот, стану сильнее, будет проще. Что мне делать в Искре с третьим рангом?

— Зубы мне не заговаривайте, Бронин, — устало отмахнулась Распутина, — тягу к знаниям видно сразу, и в вас наличествует минимальное её количество.

— Но есть ведь!

— Есть… — кивнула женщина. На её лице я разглядел сомнение.

— К первому марта я приеду обратно, — я решил дожимать, пока есть возможность. — Обновлённый, усиленный и, скорее всего, без личных проблем за плечами. Готовый полностью погрузиться в учебный процесс.

— Не знаю, Ян Борисович. Отпускать первокурсника носиться по аномалиям, пусть даже в обществе такого сильного наставника, как мастер Сянь…

— За моими плечами уже есть два закрытых Оазиса, непосредственное участие в Печорской Бойне, ведение Рокового Патруля в окрестностях…

— И тонна других неприятностей, свалившихся на вашу юную голову, — раздосадованно кивая, продолжила Распутина. — Хорошо.

— Согласны?

— Но с условиями, Бронин!

— Всё, что в моих силах!

— Практические занятия вашего потока начнутся в апреле. К ним вы должны быть готовы более чем. Со своей командой студентов объяснитесь до отъезда.

— Не вопрос, Венера Викторовна!

— И самое главное, — руки ректора сцепились в замок, а в глазах блеснул огонёк. Тут-то я и понял: всё это были лишь торги. — Тринадцатого марта будет большой турнир Петрограда среди первокурсников. Магические дуэли, ликвидации аномальных порождений и… фехтование, господин Бронин. Побеждает тот, кто наберёт наибольшее количество баллов во всех дисциплинах. Отпускаю вас только в случае, если займёте для меня первое место на этом турнире. От лица нашей академии.

— А если не справлюсь? — прищурился я.

— Значит, я в вас ошиблась, — пожала плечами ректор. Не дожидаясь ответа, она продолжила. — Подведём итоги: перед отъездом вы договариваетесь с командой, а по прибытии феерично выигрываете турнир, прославляя нашу академию и демонстрируя её высокий уровень. Подчёркиваю, Бронин, высокий уровень! Вы-со-кий! — повторила она медленно, будто пыталась вкрутить эту мысль мне в голову.

— Условия я понял, — кивнул я, — мне требуется оформить какие-либо бумаги?

— Вам? — тоскливо улыбнулась Распутина. — Нет. Вы глава рода и формально можете делать, что захотите. А мне как ректору данного заведения придётся руки в кровь исписать, чтобы придать вашей авантюре законные основания.

— За что я вам бесконечно признателен, — я отвесил очередной глубокий поклон.

— Избавьте, Бронин! — брезгливо махнула рукой ректор. — По возвращении учитесь достойно и принесите мне победу. Большего не требуется. Свободны.

— Хорошего вам вечера, Венера Викторовна!

Распутина была явно не в духе после моего напоминания о документах, так что я поспешил ретироваться, пока она чего ещё на меня не повесила, а то и вовсе не передумала. Хотя мы оба были в заложниках друг у друга: мне нельзя было портить отношения с ректором, а ей до одури хотелось похвастаться новым талантом на турнире.

До ужина оставался всего час, так что почти все ребята из моей команды нашлись в башне Искры. Лизу я застал, сидящей на подоконнике с книгой, Антон сидел напротив, возле камина, и тоже что-то читал, рядом с ним Бочаров в очередной раз одерживал разгромную победу в армрестлинге против Рогова.

— И что, просто так бросишь нас на полтора месяца? — грустно захлопала глазами Лиза.

— Непорядок, дружище, — поддержал её Ложкин. — Бери нас с собой!

— Увы, — пожал я плечами, — дела рода. Обещаю, по приезде мы с вами наверстаем упущенное. Постараюсь захватить сувениры!

— Ну, раз сувениры, — откликнулся Бочаров, — то я не против!

— Много же тебе для счастья надо… — обиженно фыркнула Громова.

— Не расстраивайтесь, Елизавета Григорьевна, — улыбнулся я в ответ, — успеем ещё поработать над сплочением нашей дружной команды. Всем покажем! Состав-то — огонь!

— Ничего вы не понимаете, Ян Борисович, — девушка отмахнулась и демонстративно-печально уставилась в окно.

— А где Арина, кстати? — спросил я.

— Факультатив какой-то, задерживается, — ответил Рогов.

Да уж… Слово «факультатив» за время общения с Романовой приобрело для меня какое-то неправильное значение…

— Ладно, мне надо ещё к куратору заскочить, — я поднялся с дивана, отряхивая штаны от крошек печенья, которыми меня щедро посыпал Бочаров во время нашего совещания. — Не скучайте, братья и сёстры!

По пути к Романовой поймал себя на мысли, что не хочется уезжать из академии: приятно здесь было. Спокойно. Каждый раз, когда я выходил за её пределы, случалась какая-нибудь неприятность. С другой стороны, без приключений мне бы жилось не так весело.

Я даже рад тому, что все эти оказии сыпались на мою голову. Правда, хотелось бы, чтоб они появлялись более организованно, системно, а не хаотично… но как есть. После каждого подобного «приключения» я становился сильнее. Вот и сейчас меня ждал очередной стремительный рывок. Или случайная смерть в одном из мёртвых миров параллельных вселенных, или откуда они там берутся?..