Помимо бронированной кожанки, в комплект входили накладки на ноги в том же стиле. Да, в снаряжении всё ещё оставались неприкрытые участки, но тут уж ничего не поделаешь — в полном латном доспехе боевому магу сражаться будет не с руки. Да и главное правило брони соблюдалось — жизненно-важные органы были ею надёжно прикрыты, а уязвимые точки нужно было учиться беречь.

После примерки попрыгал по двору, размялся — удивительно, но броня практически не ощущалась. Движения ничто не сковывало, будто на мне и не было ничего сверху. Остальные члены команды просто светились от счастья. Броня такого класса — штука крайне редкая, а ещё крайне дорогая. Считай, первые две вылазки для ребят окупились многократно, ещё до получения гонорара. Мой же интерес заключался в том, что бойцов своих надо беречь, — лучшая экипировка спасёт их жизни, а значит, и мою.

Вдоволь размявшись, снова было потянулся к руке, чтобы посмотреть время на командирских часах, которых не было в этой жизни. Сокрушённо покачал головой, доставая карманные — почти двенадцать. Надо бы прикупить наручные, в самом деле. А ещё пора выдвигаться — в городе нас уже ждут.

Особняк под Петроградом, за день до этого.

Комендант сидел в кресле, устроившись перед любимым камином. В этом мире его привлекал огонь, чем-то схожий с его родной стихией. Стихией, которую он давно позабыл, путешествуя между мирами, ассимилируясь в каждом из них и каждый раз теряя там частичку себя.

Что потерял он при переходе в этот загадочный мир? Неясно. Но приобрёл он возможность просто смотреть на огонь. Здесь не было бесконечного апокалипсиса или затяжной ядерной войны — тихо, мирно, спокойно. Разве что всякие идиоты мешали жить совсем уж без приключений… Что с них взять. Комендант скривился в недовольной гримасе, со вздохом поднялся на ноги и подошёл к мини-бару. Раздался гулкий звук открывшейся бутылки горячительного.

От дальней стены тем временем отделилась едва различимая тень, скользнула за спину хозяина кабинета и хищно затаилась, выжидая удобный момент.

— Воняешь метров за тридцать, — невозмутимо буркнул Комендант, разворачиваясь к незваному гостю лицом. В его руках было два стакана с виски — знак того, что все старания нарушителя были напрасны. Его заметили довольно давно.

— И смысл от этого спектакля? — разочарованный гость забрал протянутый ему стакан, обошёл хозяина особняка и, прихватив с собой открытую бутылку, вразвалочку пошёл к дивану напротив камина.

— Ты мне скажи, брат, — слегка раздражённо ответил Комендант. — Не я вламываюсь в твой дом без приглашения.

— А то ты так не делал? — ухмыльнулся гость, снимая с лица заклинание иллюзии.

— Не со своими же… Впрочем, какая разница? Что хотел?

— Агента моего ты убрал? Того, что с Залесовыми вопросы мутил?

— Мутил… Роланд, что за манеры…

— Простите, господин, простолюдина эдакого, — наигранно льстивым голосом ответил гость, — не все мы, знаешь ли, высокие чины заняли. Кому-то, как мне, приходится с челядью разной общаться!

— Поменяешься со мной? — усмехнулся Комендант.

— Отнюдь, сударь! — с улыбкой отмахнулся Роланд. — Мне и в своём болоте неплохо живётся. Без этой напускной фальши…

— Напомни, зачем нас сюда послал отец?

— Затем, чтобы потешить его эго, вырастив новую карманную цивилизацию в бессмысленной надежде на то, что в этот раз у них получится что-то противопоставить династии? — Роланд скривился, залпом осушив свой стакан.

— Можно и так сказать, — по-доброму согласился Комендант. — А что касается твоего агента — можешь забирать. Он внизу гостит. Слабо помнит события последней недели, но это мелочи, правда?

— Ты не ответил на вопрос. Зачем?

— Затем, дорогой братец, что ты поставил не на ту лошадку. Залесов амбициозен, но уже на грани безумия. Хочешь сделать регион сильнее — не мешайся под ногами и дай Бронину вернуть своё по праву.

— С какого это перепуга? — Роланд вскочил на ноги и едва сдержался, чтобы не запустить стаканом в стену. Немного успокоившись, он продолжил, — Зачем… ты влезаешь в МОЮ операцию?

— Затем, дорогой братец, — Комендант плавно поднялся и встал прямо напротив гостя, — что тот, кого ты чуть не скинул по неосторожности с шахматной доски, может быть гораздо более полезным, чем ты предполагал…

Едва слышный гул арендованного седана внушал умиротворение. До Печоры ехали молча — всё, что нужно, обсудили в самом начале пути, и теперь оставалось лишь наблюдать за заснеженной природой Урала, отлично смотрящейся на фоне этого солнечного дня.

В городке народу было валом — вовсю готовились к декабрьской ярмарке. Паша сказал, что приедут торгаши со всех краёв, будут продавать продукты, снаряжение и разные вещи сомнительной и не очень полезности. Я даже приоткрыл окно, впуская в салон воздух с запахом мороза и звуки старинного русского города. До сих пор не верится, что я в реальном мире, иногда кажется, что всё это — одна большая реконструкция. Вот-вот из-за угла выйдет гейм-мастер и скажет: «Ребята, на сегодня хватит, возвращаю ваши мобильники». Но нет. Это взаправду. Впрочем, так даже лучше…

— Дом Алёхина проезжаем, — как бы невзначай сказал Зорин, поворачивая на соседнюю улицу.

— Точно же! — я еле удержался, чтобы влепить себе ладонью по лбу. — Совсем из головы вылетело. Надо поблагодарить мужика — разыскал-таки наших. И насчёт гвардейцев с их семьями надо пообщаться.

— Верно мыслишь, — довольно оскалился Паша. — Глядишь, скоро без моей помощи шнурки завязывать сможешь!

— Иди ты, Павел Сергеевич!

Угрюмый фасад Печорского отделения ГУЗНА встретил нас как всегда — приветливо, но сухо. Впрочем, главное, что внутри…

— Господин барон! — едва я появился в дверях, Светлана, та дежурная, что была пополнее, поднялась с места и пулей подскочила к нам. — Товарищ майор просил сопроводить вас к нему по прибытии, если не возражаете!

— С удовольствием, Светлана, — кивнул я в сторону кабинета Горина. — Ведите.

Тройной стук, громкое «Да!», скрип одной из створок дверей, и вот перед нами всё тот же по-спартански обставленный кабинет. Глава отделения нас заметил не сразу — доделывал свои бумажные дела, так что мы втроём с Пашей и Светланой стояли, пока тот не закончил. Он стукнул кромкой стопки бумаг о стол, подбивая их поровнее, убрал всё в папку и отложил её в выдвижной ящик, после чего наконец-то перевёл взгляд на нашу компашку.

— Ян! — воскликнул он и, ловко поднявшись со стула, пошёл ко мне навстречу, протягивая руку. — Всё я тебя ждать заставляю, уж прости старика, снова весь в делах.

— Порядок, Николай Александрович, — ответил я, принимая крепкое рукопожатие. — Мы пришли, чтобы отчитаться по операции…

— Формальности, — кивнул Горин. — Понимаю. Мне ещё вчера доложили о том, что группа Реброва вернулась с зачистки. Частично вернулась, конечно… Но если бы не ты со своими ребятами, кто знает…

Майор глянул на часы и махнул рукой, будто решаясь на что-то безрассудное. Затем он продолжил:

— А давайте-ка, ребята, это дело обсудим в как её там… кухмистерской! Открылась тут напротив, вроде сносные харчи подают, и денег не то чтобы много… Впрочем, сегодня я угощаю!

Несмотря на поздний завтрак, на такое предложение желудок отреагировал положительным урчанием. Паша от еды тоже никогда не отказывался, так что подождали минут десять, пока Ребров с сыном не явятся, и дружной пятёркой отправились покорять новое заведение на улице Шувалова.

Когда все уже расселись и сделали заказ у приветливого официанта, Горин сложил руки в замок на столе и начал расспросы. Первым под раздачу попал Ребров — мужику пришлось память чуть ли не наизнанку вывернуть, чтоб в точности пересказать события, произошедшие с его группой в злополучной аномалии. А он, судя по едва заметным мешкам под глазами, тщательно пытался эти события забыть.