Задыхаясь, Джета потянулась талантом к клинку с перебитыми лодыжками и ловко свернула ей шею. Затем, пошатываясь, двинулась вперед, к двери. Кости вокруг нее рассыпались, как песок на ветру. Спрятать эти тела не удастся. «Ну и черт с ними», — подумала она.

И просто пройдя мимо них, открыла толстую дверь.

В помещении за ней было тихо. Из стены торчал кронштейн со слабо горящим факелом, едва освещавшим высокий сводчатый потолок и сложенные вдоль стены черепа. И еще два прислонившихся к стене трупа в красных одеждах со следами борьбы. В центре возвышался темный каменный колодец с воротом с намотанной на него цепью. Едва Джета осторожно ступила внутрь, как все черепа вдоль стены тихо повернулись к ней, словно следя за ней пустыми глазницами.

Из темноты в дальнем углу послышался шорох, мелькнула какая-то тень. Это был тот самый беспризорный мальчишка из Водопада, Майка, но почему-то в красной рясе с откинутым капюшоном и закатанными рукавами. Джета сначала даже не узнала его: он выглядел до странности искаженным и при этом почему-то размахивал рукой с окровавленным ножом, хотя рядом никого не было. Но потом Джета различила в воздухе перед мальчишкой красное туманное пятно, а затем ощутила и ясную тягу костей другого существа.

Таланта. Обращателя, ставшего невидимкой.

— Вот дерьмо, — выплюнул Майка. — Это еще кто пожаловал? А, та шавка из Лондона, что была на побегушках у Рут? Смотри, полегче там. Убирайся прочь, иначе я перережу еще одно горло. Как ты вообще выбралась из Водопада? Наверняка у тебя жизней как у кошки.

Джета почувствовала, как у нее слабеют колени, — уж слишком много здесь было костей, — но заставила себя держаться прямо.

— Где Чарли Овид? — спросила она строго.

— В твоей заднице, — ухмыльнулся Майка. — Ты не понимаешь, во что ввязалась. Думала, старик Клакер был опасен? Да Аббатиса дюжину таких, как он, съедает на воскресный завтрак.

Язвительно свистнув, он добавил:

— Правда, вот служанки ее подкачали. Но погоди, сейчас она вернется.

— Где… Чарли… Овид? — повторила вопрос Джета.

— Да в чертовом колодце! — раздался чей-то девчоночий голос.

Голос невидимки, угодившей в захват Майки.

— Они утопили его! Подними его быстрее! Пожалуйста!

Джета снова посмотрела на колодец с уходившей в темную воду цепью и все поняла. Чарли Овид был хаэланом. Он не мог утонуть. Майка и его хозяйка утопили его, чтобы он не смог воспользоваться пылью.

Мальчишка грубо потряс попытавшуюся вырваться невидимую девочку.

— Ах вы, чертовы таланты! Вечно думаете, что у вас все под контролем. — Он злобно оглянулся на Джету. — Ну, как тебе все эти кости? Нравятся? Не слишком утомляют?

Джета покачнулась. Тяга костей усилилась, они зашуршали, загрохотали вокруг нее, земля под ногами как будто дрогнула. Голова закружилась.

В это же мгновение Майка дважды резко ударил ножом невидимку, затем отбросил ее и с невероятной скоростью пронесся через все помещение, сильно ударив Джету в колени. Она упала на спину и попыталась отбиться от мальчишки, но тот замахал ножом, отражая ее удары. Скользкой кистью ей удалось схватить его за запястье и задержать клинок. Майка навалился на нее всем весом.

— Мне никогда не нравилась эта мерзкая Рут, — прошипел он. — И ты тоже.

Внезапно вся накопившаяся ярость и давно сдерживаемое разочарование вырвались наружу; время словно замедлилось. Джета вдруг ясно ощутила каждую косточку в жилистом теле Майки. Завопила изо всех сил.

И толкнула.

Надавила на его кости со страшной силой — и на долю секунды глаза Майки расширились от болевого шока, а потом во все стороны полетели брызги крови. Джета закрыла глаза. Обмякнув, мальчишка рухнул на нее, заляпав все платье. Джета, в ужасе от содеянного, откинула его, как мокрое одеяло, и, содрогаясь, неуверенно поднялась на ноги. Кровь на ее косах, на лице, на висящей на шее монете уже застывала.

Между тем ворот колодца уже вращался, толкаемый невидимыми руками. Вот над его бортиком показалась голова, затем плечи, потом грудь мокрого и задыхающегося молодого человека. Наконец невидимые руки вытащили Чарли Овида и опустили его на землю.

Некоторое время он только бешено вращал глазами, а потом, когда цепь ослабла, нащупал руку невидимки.

— Рибс? Рибс… Аббатиса… она… она… с самого начала не хотела нам помогать…

— Я знаю, Чарли, — с отчаянием в голосе отозвалась невидимая девушка. — Я же все время была здесь. Следила за тобой и видела, что произошло.

Факел едва светил. Джета тихо стояла с колотящимся в груди сердцем. Это был он. Тот самый парень, за которым все эти недели охотилась другр.

Из удерживаемых Чарли невидимых запястий на пол капала кровь. Джета затаила дыхание.

— Ты как? — взволнованно спросил Чарли. — Тебя ранили?

— Ну, обычно кровь просто так не течет, — ответил голос. — Хотя все в порядке. В обморок падать я еще не собираюсь. Просто этот чертов мальчишка с ножом…

— Майка… который был в Водопаде… Где он?

Поднявшись с колен и стискивая зубы от боли, Чарли осмотрелся. На его коже, словно живые, шевелились слабо светящиеся татуировки. И тут он обратил внимание на месиво, бывшее некогда убийцей-беспризорником. На полу валялись кости, а Джета была вся в крови.

— Ты! — прошептал Чарли, пошатываясь и выпрямляясь.

Джета увидела его по-настоящему — не так, как видит другр: не сосудом для испорченной пыли, не как нечто, от чего можно получить пользу. Перед ней стоял юноша, желавший во что бы то ни стало спасти своего друга, несмотря на страх, не останавливаясь даже перед огромной болью. Ничто не смогло сбить его с пути. И ее вдруг снова захлестнуло одиночество, которое она ощущала всю свою жизнь, но на этот раз без злости, без ненависти к другим талантам, которых отвезли в безопасный Карндейл, к другим таким же детям, без ненависти, которую всячески взращивали в ней Рут, Клакер Джек и, как она поняла, даже другр в своей ненавязчивой манере. С ее глаз как будто сорвали повязку. Всю жизнь она мечтала о друзьях, но никогда не находила их. И теперь она не встанет на пути этих друзей.

Морщась от боли, она вытянула руки, черные и липкие от крови.

— Я здесь не для того, чтобы сражаться с тобой, — сказала она, осторожно шагая назад и с явно различимой мольбой в голосе. — Просто пойдем со мной. Пожалуйста. Поговори с ней. Ты поймешь, правда?

Юноша потряс мокрой головой. Его била дрожь, и он настороженно осмотрелся по сторонам.

— Рибс? О чем она?

— Черт меня побери, если знаю, — произнесла невидимая девушка. — Но она помогла тебе выбраться. Думаю, ей можно доверять.

— Черта с два. Она костяная ведьма из Лондона, — Чарли окинул Джету недовольным взглядом. — Ты как здесь оказалась?

— Пришла с другром. С женщиной-другром, — неуверенно ответила Джета. — Это ее пыль в тебе. Она ей нужна.

В подземном помещении наступила тишина, но в ушах Джеты громко шумела кровь. В свете факелов мерцали известняковые стены.

— О боже. Она же как Джейкоб Марбер, — прошептал юноша. — Она под чарами другра, Рибс.

— Не похожа она на Джейкоба. Иначе я здесь не стояла бы.

Джета шагнула назад и прижалась к холодной стене, оставляя на ней красные пятна. Не сводя глаз с Чарли, она не знала, что еще сказать.

— Пыль внутри меня, она… она не может выйти наружу, — мрачно сказал тот. — Я отправляюсь в орсин, чтобы спасти Мара. Моего друга. Я думаю… Думаю, именно поэтому она во мне, поэтому привязалась ко мне. Я тебе ее не отдам, как и ей.

— Она ей нужна для того же.

— Нельзя доверять друграм, — сказала девушка-невидимка. — Откуда тебе знать, что она хочет на самом деле?

Джета замялась:

— Она… не такая. Она очень грустная.

Они долго смотрели друг на друга и на лежащие в мерцающем свете факела тела послушниц с раздробленными костями в лужах густой, темной крови.

— Чарли? — наконец подала голос Рибс. — Нам надо идти. Скоро сюда придут другие. Нужно найти Элис.