— Дело не в деньгах, — я отодвинула свиток. — Я... я многое переосмыслила, пока была без сознания.

— Переосмыслила? — он усмехнулся, и эта усмешка сделала его лицо пугающе красивым. — Ты думаешь, я поверю, что избалованная дочь чиновника Вэя вдруг обрела мудрость, наглотавшись прудовой воды? Не играй со мной, Сяо Нин. Моя мать хочет вышвырнуть тебя без гроша. Я предлагаю тебе выход.

Он подошел ближе. Я почувствовала запах его парфюма — холодный, резкий запах горного снега и горьких трав. Запах одиночества.

— Я остаюсь, — повторила я, глядя ему в подбородок, смотреть в глаза было физически трудно под напором его ауры. — Я твоя законная жена. И я не уйду, пока... пока не восстановлю свою репутацию. Я не хочу возвращаться в дом отца с позором брошенной жены.

— Репутацию? — он рассмеялся, сухо и коротко. — У тебя нет репутации, Сяо Нин. Весь город знает, что ты пустышка.

Эти слова должны были ранить, но они лишь разозлили меня. Линь Сяо Фэй никогда не сдавалась. Когда инвесторы говорили, что женщина не может управлять IT-компанией, я купила их акции. Когда конкуренты воровали коды, я писала лучшие.

Я подняла голову и встретила его взгляд.

— Дай мне месяц, — сказала я.

— Месяц?

— Тридцать дней. Если за это время я не докажу, что могу быть полезной клану Ли, я подпишу бумаги и уйду, не взяв ни монеты.

Ли Цзы Фан молчал. Он изучал меня, словно диковинное насекомое, которое вдруг заговорило на человеческом языке. Он искал подвох.

— Полезной? Ты? — в его голосе сквозило недоверие, но уже без прежнего презрения. — Ты не умеешь ничего, кроме как тратить деньги на шелка и закатывать истерики. Чем ты можешь быть полезна торговому клану?

— Чаем, — вырвалось у меня.

Его брови поползли вверх. Чай был основой благосостояния клана Ли. Это было их сердце, их гордость и их самая большая проблема в последнее время.

— Ты даже кипяток вскипятить не сможешь, не обварившись, — фыркнул он. — Но хорошо, я принимаю пари. Месяц. Но учти: никакой помощи, никаких дополнительных денег. Если ты опозоришь нас еще раз — я выкину тебя за ворота лично.

Он резко развернулся, взмахнув широким рукавом, и пошел к двери. У порога мужчина остановился, не оборачиваясь.

— И убери этот бардак. От тебя пахнет плесенью.

Дверь захлопнулась. Я осталась стоять посреди комнаты, чувствуя, как дрожат колени.

Системное окно снова всплыло перед глазами.

[Дополнительное задание принято: «Пари с мужем».] [Награда: Доступ к Северному Саду.] [Внимание! Отношение цели Ли Цзы Фан изменилось: Равнодушие - Подозрение.]

Я улыбнулась. Подозрение — это уже эмоция. С равнодушием работать невозможно, а подозрение можно превратить в интерес.

Я подошла к зеркалу. Из мутной бронзовой поверхности на меня смотрела красивая, но изможденная девушка с тусклыми глазами.

— Ну что, Вэй Сяо Нин, — прошептала я своему отражению. — Пора показать этому древнему миру, что такое настоящий антикризисный менеджмент. Но сначала... сначала мне нужен горячий душ и нормальная еда.

Тишина, наступившая после ухода Ли Цзы Фана, была звенящей. Казалось, даже пыль в лучах заходящего солнца замерла, не решаясь осесть. Я выдохнула, чувствуя, как адреналин, державший меня в тонусе во время разговора, схлынул, оставив после себя лишь дрожь в коленях и сосущую пустоту в желудке.

Я, Линь Сяо Фэй, только что заключила сделку с персонажем, которого сама же когда-то утвердила как «холодного и неприступного». Ирония судьбы: в дизайн-документе у него был параметр «Скрытая эмпатия», который открывался только на пятидесятом уровне отношений. У меня сейчас был минус сотый.

Дверь приоткрылась, и в комнату, стараясь не шуметь, скользнула Лю-эр. Вид у неё был напуганный. Визит хозяина — событие в этом крыле экстраординарное. Если уж сам Ли Цзы Фан снизошел до «Забытого Павильона», значит, дело серьезное.

— Госпожа... — она замялась на пороге, комкая в руках тряпку. — Я принесла воду. И велела на кухне разогреть остатки обеда старших слуг. Свежего вам не положено, но там есть курица...

— Заходи, — я махнула рукой, стараясь, чтобы жест вышел царственным, а не усталым. — Начинай уборку. Сначала протри стол и кровать. Я не намерена спать в пыли.

Пока она суетилась, я подошла к окну. Оно было затянуто мутной рисовой бумагой, местами порванной. Я толкнула раму, и та со скрипом поддалась. В лицо ударил свежий, влажный воздух.

Мой «Забытый Павильон» оправдывал свое название. Он находился на самой окраине поместья клана Ли, примыкая к высокой каменной стене, за которой шумел город. Двор зарос сорняками по пояс, дорожки из растрескавшегося камня едва угадывались в траве. Но сквозь запустение проглядывала былая красота: старая вишня, изогнутый мостик над пересохшим ручьем.

«Идеальное место для стартапа», — хмыкнула я про себя. Никто не мешает, никто не видит.

— Госпожа, вода готова, — пискнула Лю-эр.

В углу комнаты, за ширмой, стояла деревянная бочка. Вода в ней была теплой, но не горячей. О шампунях и гелях для душа можно было забыть. Вместо них — кусок грубого мыла, которое пахло золой, и жесткая мочалка.

Окунувшись в воду, я закрыла глаза. Мне нужно было подумать.

Итак, что мы имеем? Актив: тело молодой аристократки — слабое, но потенциально красивое, статус законной жены, доступ к ресурсам поместья — ограниченный. Пассив: репутация истерички, враждебный клан, муж, который меня презирает, и задание Системы, от которого зависит моя жизнь.

Я вызвала интерфейс. Голубое окошко послушно всплыло перед глазами.

[Статус персонажа: Вэй Сяо Нин]

Здоровье: 35/100 (Истощение, последствия утопления).

Навыки:

Калиграфия: Уровень 3 (Средний).

Этикет: Уровень 2 (Низкий, заблокирован характером).

Чайное искусство: Уровень 0.

Особый навык (Душа Линь Сяо Фэй): «Глаз Аналитика». Позволяет видеть скрытые свойства предметов и ингредиентов. Расход энергии: 5 ед. за применение.

«Глаз Аналитика»… Это уже кое-что. Я посмотрела на мыло в своей руке и мысленно активировала навык.

[Предмет: Мыло для слуг] [Качество: Низкое] [Состав: Животный жир, зола, дешевая отдушка.] [Эффект: Очищает, но сушит кожу на -2% за применение.]

Я поморщилась. Придется самой делать косметику. С такой кожей ни один чай не поможет мне выглядеть достойно на приеме, если до него дойдет дело.

Вымывшись и переодевшись в чистое, пусть и не новое, нижнее платье, я почувствовала себя человеком. Лю-эр к этому времени успела вымести основную грязь и даже принесла еду. Рис был теплым, а в миске действительно плавали кусочки курицы и тушеные овощи. Я ела медленно, заставляя себя тщательно пережевывать каждый кусок. Желудок, привыкший к голодовкам прежней хозяйки, мог взбунтоваться.

— Лю-эр, — спросила я, когда тарелка опустела. — Расскажи мне, что происходит в поместье. Только честно. Если соврешь — узнаю.

Служанка вздрогнула. Она все еще не могла привыкнуть к моему новому тону.

— В поместье... все готовятся к Празднику Полной Луны, госпожа. Говорят, приедут важные гости из столицы, купцы из Гильдии Шелка. Матушка Чжао очень нервничает. Она хочет, чтобы Второй Молодой Господин (сводный брат мужа) представил свой новый сорт чая.

— А Ли Цзы Фан?

— Первый Молодой Господин... — Лю-эр понизила голос. — Его дела плохи. Чайные плантации на юге пострадали от засухи. Прибыль упала. Старейшины клана недовольны. Говорят, если он не исправит ситуацию к зиме, управление передадут Второму Господину.

Вот оно. Классическая схема корпоративного захвата. Мачеха продвигает своего сына, пользуясь кризисом, чтобы сместить законного наследника. И я, как жена наследника, — идеальная мишень для удара по нему. «Смотрите, он даже женой управлять не может, как ему доверить клан?»