— Син, — выдохнула она, качая головой. Затем она начала делать немыслимое. Она засмеялась, распаляясь и хватаясь за живот, по ее щекам бежали гребаные слезы.

Чтобы разозлить меня, требовалось многое, но когда я срывался, то срывался охуенно сильно. Я сдвинулся обратно в себя, побежал вперед и схватил ее за горло, отпихнув ее к водопаду и обнажив зубы перед ее лицом, когда она вскрикнула от удивления. Она вцепилась в мои руки, и я душил ее обеими руками, ярость бурлила во мне. Я презирал, когда надо мной смеялись. Я не был каким-то сраным клоуном. Я был убийцей, вселявшим страх в сердца всех фейри, которые слышали мое имя. Которые знали, что я сделал.

Она зарычала, вцепившись когтями в мою руку, и я оскалил зубы, прежде чем подтащить ее обратно и швырнуть на землю. Да ну нахуй. Хватит с меня попыток быть желанным для нее. Я никогда не узнаю, чего она хочет. Должно быть, ее сила Лунного Волка блокировала меня. А теперь моя гордость была уязвлена, и я не хотел, чтобы она больше смотрела на эту несовершенную версию меня. Я перепрыгнул через водопад, услышав, как она зовет меня по имени, как раз перед тем, как я упал в воду и погрузился в ее прохладные глубины. Мир стал приглушенным, когда я погрузился в темноту, из моих губ вырвался поток воздуха, и я закричал от ярости.

Еще одно тело пронеслось по воде слева от меня, когда я начал плыть к поверхности, отталкиваясь ногами, пока не достиг ее. Через секунду рядом со мной появилась Розали с яростным оскалом на лице.

— Не смей убегать от меня, Син Уайлдер, — огрызнулась она, подплывая ко мне.

Я попытался отвернуться, но она успела первой, обхватила меня ногами и зажала щеки ладонями.

— Ты гребаный idiota⁶⁶, — прорычала она, и я обхватил ее руками, не в силах устоять перед ее силой соблазна, в то время как я боролся с водой, чтобы удержать нас на плаву.

Она была моей собственной версией совершенства, и я хотел ее так, как никогда не хотел никого и ничего. Я просто хотел дать ей все, что она заслуживает. Я хотел, чтобы она позволила мне прочитать, что ей от меня нужно, потому что без своих даров я был никем.

Что-то близкое к тошноте наполнило мое нутро от того, что я сделал с ней, и я снова попытался отвернуться. Я всегда оставался темным существом, которое не могло функционировать как обычный фейри. Я жил и дышал насилием и сексом. И эти две вещи были всем, на что я был способен.

— Прости, Розали, — сказал я, перекрывая шум водопада, вздымавшего вокруг нас пенистые волны.

— Прости, за то, что ты меня душил, или прости за то, что мне это понравилось? — Она изогнула бровь, а на моих губах заиграла улыбка.

— Первое, — сказал я, ухмыляясь, не в силах сдержаться, когда она так на меня смотрела. Но потом я вспомнил, как она смеялась надо мной, и гнев вернулся, как раскаленный нож, пронзающий мою грудь. — Скажи мне, чего ты жаждешь, дикарка. Позволь мне стать твоим самым большим желанием. Это все, чего я хочу. Это моя природа. Я должен быть таким для тебя.

Между ее глазами появилась складка, пока она поглаживала мои щеки большими пальцами

— Я уже говорила тебе, что не существует идеальной версии того, чего я хочу. Но есть несколько, Син. И ты — один из них. Такой, какой ты есть, без крыльев, без чешуи, без огромного драконьего члена и без ебаных сисек. — Она опустила руку, чтобы сжать одну из моих грудных мышц, и я снова расплылся в улыбке, попав под ее чары. — Ничего, кроме тебя. Такой, какой ты есть. Именно такой. — Она провела той же рукой по моему плечу, затем по бицепсу, ее ногти слегка задевали мою плоть.

— Никаких изменений? — Я нахмурился, пытаясь осознать это.

— Ни одного, — поклялась она, ее глаза на мгновение сверкнули, как лунный свет. — Именно таким я тебя и хочу. — Она заглянула мне в глаза, и я увидел там правду, которую не ожидал увидеть ни от одного фейри. Она хотела меня. Таким, какой я есть. Таким, каким я был. Сейчас она была мистером Дарси, а я был Бриджит Джонс в бабушкиных трусиках, обнаженный для ее обозрения, и ей это нравилось. Ей это охуительно нравилось.

Она отпустила меня, нырнув под воду, и ее губы внезапно обхватили головку моего члена. Я громко застонал, когда ее язык щелкнул по моим пирсингам, и она, как гребаный профи, лизнула мой член, вбирая его до конца, сжимая губы и посасывая его, словно это был источник воздуха.

Трахни. Меня. Мне никогда не отсасывали так, как это делала она. Обычно я был тем, кто дарил удовольствие, а не тем, кто получал его взамен. Большинство людей были настолько захвачены фантазиями, которые я им представлял, что были сосредоточены исключительно на получении удовольствия. Я редко получал удовольствие — вот так, словно я был центром ее желания, а не наоборот. Но Розали, блядь, моя прекрасная дикарка неоднократно била мое либидо по яйцам.

Она выпустила мой ствол из своего горячего рта, прежде чем набрать воздуха, и я едва дал ей перевести дух, прежде чем вогнал свой язык в ее рот, направляя ее назад по воде к краю пенного бассейна. Мои ноги наткнулись на гравий, и я уперся в него пальцами, таща ее за собой, пока мы не достигли берега, а затем поднял ее за бедра и посадил на него попой вниз. Я стянул с ее ног трусики, бросил их на траву у воды и положил руки на внутреннюю сторону ее бедер. Я широко раздвинул ее, и она поддалась бедрами, требовательно потянув пальцами мои волосы.

Я пировал на ней, как на лучшем пудинге в моей жизни, погружая язык в ее горячую, сливочную середину, а затем вылизывая ее до самой вишенки, которую я медленно пожирал зубами и губами. Она выкрикивала мое имя, и, клянусь, я был тверже, чем скалистый утес водопада, пока я медленно поедал ее, а мой язык, щелкая, извиваясь и проникая в ее тугую дырочку, пожирал ее. Я раздвинул ее бедра еще шире, мой язык скользил по ее заднице, а затем вернулся к ее киске, заставляя ее дрожать, пыхтеть и царапать меня. Я был грязным ублюдком, а она была так увлечена этим, что не понимала, насколько грязной она стала для меня в ответ.

— Ты на вкус как клубничное желе, кока-кола и ебаный экстаз на моем языке.

— Син, — прорычала она, когда я снова зарылся в нее лицом.

— Прости, секс-бомбочка, но я должен был это сказать, — прорычал я в ее влажный жар. Она уже готова была рухнуть, и я вогнал в нее свой язык, чтобы почувствовать, как она разрывается на части.

Ее тело напряглось вокруг меня, когда она кончила, и я продлил ее оргазм, трахая ее ртом лучше, чем большинство мужчин могли бы справиться своим членом.

Ее тело обмякло, она отпустила мои волосы и застонала от удовлетворения, привалившись спиной к берегу, чтобы перевести дыхание. Я вылез из воды, встал над ней и приблизил свой член к ее только что съеденной киске. Она поймала мою челюсть в свой захват, прежде чем я вошел в нее, и сильно сжала, чтобы заставить меня посмотреть на нее.

— Возьми меня для своего удовольствия, Син, — приказала она. — Используй меня так, как использовали тебя все фейри, с которыми ты трахался.

— Нет, сладкая булочка. Твое удовольствие — это мое удовольствие. — Я улыбнулся, а затем резко двинул бедрами и полностью вошел в нее, заставив все ее тело выгнуться под моим напором. Я вцепился когтями в грязь рядом с ее головой, крутя бедрами и трахая ее изо всех сил.

Я перекинул одну из ее ног себе на талию, а затем обхватил рукой ее горло и сжимал его, пока она не застонала, а ее напряженное тело снова обхватило мой член, когда она кончила. Моей дикарке нравилось, когда я был груб, и так получилось, что это был мой любимый стиль траха. Возможно, наша встреча была предначертана звездами.

Я был на грани того, чтобы кончить, мое удовольствие сдерживалось плотиной, готовой вот-вот прорваться в моем теле, когда она заставила меня перевернуться так, что она оказалась на мне. Розали оседлала меня, как настоящая Альфа, и я сцепил руки за затылком, наслаждаясь видом ее подпрыгивающих сисек и срывая с нее лифчик, чтобы посмотреть шоу в HD. Она положила одну руку мне на грудь, удерживая меня, пока ее киска творила чудеса с моим членом. Она опустилась надо мной настолько, что мой пирсинг на лобке уперся в ее клитор, и когда она снова кончила с волчьим воем, я обхватил ее бедра, чтобы удержать на месте, кончил глубоко в нее и откинул голову назад, чтобы завыть вместе с ней.