— Я на этой неделе буду появляться меньше, чем обычно, — сказал он, и я покачала головой, удивляясь, почему он решил, что меня это волнует. — Начальница тюрьмы устанавливает новое био-детекторное силовое поле вокруг тюрьмы, и мне придется контролировать рабочих, когда они придут его устанавливать, так что…

— Когда? — спросила я, сладко, как патока, и крепко держала эту маску на лице, потому что, святые сраные угодники, нам пиздец, если эта штука заработает. Я не учла этого. Кто знал, на что способна эта штука? У меня не было возможности изучить ее или придумать, как ее обойти. Мой пульс внезапно заколотился в ушах, а паника заплясала в груди под веселую мелодию. Но я не подала виду.

— Я точно не знаю. Они надеются закончить установку и начать работу к воскресенью, но такие вещи никогда не укладываются в график. Дело в том, что если люди Густарда снова нападут на тебя, меня может не оказаться рядом…

Я мрачно рассмеялась, отбрасывая волосы.

— Пожалуйста, скажи, что ты не беспокоишься обо мне, босс? — поддразнила я. — Думаешь, я не смогу справиться здесь без тебя? Или ты больше беспокоишься о том, что в ближайшее время не сможешь найти момент, чтобы снова погрузить в меня свой член? Потому что тебе не стоит делать предположения обо мне или о том, чего я хочу от тебя.

Кейн нахмурился, и я почувствовала себя на один процент виноватой за этот подлый удар, но на хер его. Несколько оргазмов не заставят меня забыть о том, что он бросил меня в яму на несколько месяцев. И кого волновало, что он спас мне жизнь? Я спасла его не так давно и не получила за это никакой благодарности.

— Я просто подумал, что ты должна знать, — пробурчал он, и я закатила глаза.

— Принято к сведению.

Не говоря ни слова, я повернулась к нему спиной и пошла прочь, заставляя себя идти медленным шагом, пока искала Роари среди огромной толпы заключенных.

Словно почувствовав мою потребность в нем, мой прекрасный перевертыш Льва выскользнул из толпы и подошел ко мне. Его брови слегка нахмурились, и я сомневаюсь, что кто-нибудь, кроме меня, заметил бы это. Но я всегда замечала все в Роари Найте. Это мое проклятие. Но я не могла заставить себя пожелать избавиться от него.

— Как дела, щеноч… Роза? — спросил он, едва успев отмахнуться от подколки про щенка и заработав себе очко.

Я натянула вокруг нас заглушающий пузырь, взяла его за руку и повела вокруг стены, разделяющей центр Магического Комплекса, я прислонилась к ней, притянув к себе, чтобы он стоял передо мной.

Меня трясло, адреналин бесполезно бурлил в жилах, я жаждала сделать что-нибудь, чтобы исправить это дерьмо, но была вынуждена оставаться здесь, как ни в чем не бывало, и вести себя прилично. Кейн все еще наблюдал за мной, хотя я выиграла немного времени, обогнув стену, так что ему пришлось бы обойти внешний край комплекса, чтобы снова попасться мне на глаза. И поскольку я готова была поспорить, что он не станет нестись на полной скорости прямо вокруг стены и рисковать привлечь внимание, мне нужно было убедиться, что этого достаточно.

— Поцелуй меня, Рори, — приказала я, и мое сердце забилось, хотя это было всего лишь прикрытием, но мысль о том, что рот Роари Найта будет на моем, всегда приводила меня в восторг.

Он не стал расспрашивать меня, поняв, что что-то не так, и шагнул ко мне, обхватив мою щеку ладонью и наклонив мою челюсть к своей.

Я не прикоснулась к нему. Вместо этого я сплетала пальцы в сложные узоры по обе стороны от нас и побуждала высокую траву прорастать сквозь бетон у наших ног, чтобы создать барьер, за которым мы могли бы спрятаться.

Роари приблизился к моему рту так близко, что я не смогла сдержать тихий стон, умоляя его перестать играть со мной, и просто поцеловать меня и сделать так, чтобы все в мире снова стало хорошо.

Трава росла и росла, пока я вливала в нее свою силу, и через несколько мгновений мы оказались скрыты в ней.

Губы Роари по-прежнему не находили мои, и теперь, когда в этом не было необходимости, он перестал приближаться.

Блядь, ну почему, когда он это делал, было так больно? Честное слово, я бы предпочла сотни раз получить тот удар в живот, чем чувствовать, как эта трещина разрывается внутри моего сердца.

— Расскажи мне, что случилось, — пробормотал он, прижимаясь лбом к моему, его руки по-прежнему обвивали мою талию.

Я должна была оттолкнуть его. Я должна была сказать ему, чтобы он от меня отцепился. Я должна была вырваться. Но я попалась в его чары, в ловушку бесконечной потребности в нем, от которой не могла избавиться, как бы ни старалась.

— Кейн только что сказал мне, что на следующей неделе вокруг тюрьмы установят новое био-детекторное силовое поле. Мы не можем этому по препятствовать, Рори. У меня нет ни планов на этот счет, ни способов сделать что-либо. Если мы не выберемся отсюда до того, как они его установят…

— Что ты обещала мне, когда пришла сюда, Роза? — прорычал Роари, пригвоздив меня к месту своим золотистым взглядом и не позволяя отмахнуться от намерений в его глазах.

— Что я собираюсь освободить тебя, — выдохнула я.

— И я верю в тебя, — твердо сказал он, не оставляя места для обсуждений. — Мы выберемся отсюда, найдем необитаемый остров и будем жить на нем…

Я начала смеяться, и он сделал паузу, его рот сжался в уголках, когда он крепко стиснул мою талию между своими большими руками.

— А я тебе не надоем к тому времени? — спросила я. — Тебе не захочется сидеть где-то наедине со мной, как сейчас.

— Ты единственный человек, с которым я могу представить, что буду сидеть вот так в одиночестве и наслаждаться каждой секундой.

Мои губы разошлись, и я нахмурилась, потому что не понимала этого. Он не хотел меня. Он не хотел иметь меня во всех смыслах.

Так с какой стати он хочет остаться со мной наедине до конца наших дней? Я пренебрежительно покачала головой и постаралась не вздрогнуть, выдавливая из себя следующие слова.

— Ты отправишься туда и найдешь себе гарем из прекрасных Львиц, — поддразнила я. — Ты забудешь о надоедливом щенке Волка, из-за которого ты попал в тюрьму, а потом пришедший, чтобы вытащить твою задницу обратно.

— Не говори глупости, — рыкнул он.

— Как бы ни привлекала меня идея доживать свои дни в твоих гостевых покоях, думаю, для меня будет разумнее просто вернуться к своей семье, — продолжила я.

— Я думал, мы семья? — потребовал он, и я испустила долгий вздох.

— Так и есть, Рори. Найты и Оскура — не разлей вода. Всегда. — Я опустила взгляд на его грудь, и в его голосе прозвучало разочарование, когда он зарычал на меня.

Он не ответил, но переместил руки под край моей майки так, что его плоть оказалась прижата к моей, а его магия натолкнулась на мои барьеры в явном требовании. Я была недостаточно сильна, чтобы отказать ему, поэтому отбросила собственные барьеры и позволила его силе ворваться в меня со стоном восторга.

Я чувствовала себя как сосуд, наполняемый мощью шторма, когда грубая и бурная энергия его магии воды проникала в мое тело, а сердце прыгало и колотилось так, что мне хотелось большего. Земля нуждалась в воде, и моя магия жаждала его прикосновений, словно стремилась использовать ее для созидания.

Роари застонал, когда я переместила руки ему на живот и скользнула под его майку, магия становилась все мощнее, находя все больше мест для прохождения между нами.

Он внезапно отстранился, и на нас обрушился дождь, капли которого были такими жирными и теплыми, как в том идеальном весеннем ливне, когда каждая капля, целуя кожу, кажется живительной и чистой. Он выпутал руки из комбинезона и стянул через голову майку, бросив ее на землю рядом с нами, и движением руки стянул комбинезон с моих рук.

Я была так потрясена, обнаружив, что Роари Найт стягивает с меня одежду, что какое-то время только и могла, что пялиться на совершенство его золотистой кожи на упругом прессе и широких плечах.

Как только мои руки освободились, Роари снова придвинулся ко мне, его руки проникли под майку, а я обхватила его шею и провела пальцами по его коже. Его лоб снова прижался к моему, и с таким количеством точек соприкосновения между нами наша совместная магия пульсировала и гудела в этом пьянящем, счастливом ритме, пока, казалось, не нашла идеальный баланс, и вместо того, чтобы лапать друг друга, мы застыли, купаясь в ощущении того, как она течет по нашим телам.