Я сделала ровно то, чего не хотела… привлекла внимание того, кого здесь называют Зверем.

ДЕСЯТЬ МЕСЯЦЕВ ДО ВЫПУСКА

Вайолет Айла.

Когда я встретил её впервые, не имел ни малейшего понятия, кто она такая, но после разговора с Пенни выяснилось, что девушка Адама учится на моём курсе.

Подружка моего сына — курсантка, которая бьет все рекорды.

Мы с Пенни все еще поддерживаем связь. Как ни крути, бывшая жена всегда будет частью моей жизни. Между нами присутствует взаимопонимание и уважение друг к другу, чтобы поддерживать цивильные отношения… достаточно цивильные, чтобы сосуществовать ради Адама. Она присылает мне новости по электронной почте, когда я на заданиях или в командировках, и иногда прикрепляет к ним фотографии.

Когда я проверил почту три дня назад, Пенни написала, что они уже скучают по Вайолет, и приложила фотографию всех их троих вместе с подписью: Утро, когда она уехала на базовую подготовку.

Её сержант-инструктор предупредил меня о первой женщине, зачисленной в мою группу. Он говорил о ней только хорошее — в основном о том, что её невозможно сломать. Перспективная курсантка, которая уже наводит шум… но посмотрим.

В конце концов, она всего лишь человек. Она совершит ошибку, и тогда поедет домой. Не все доходят до выпуска. Она будет не единственной, кто провалится — больше половины группы отсеется.

Конечно, наше знакомство произошло при более чем странных обстоятельствах, потому что мой сын максимально отдалился от меня, и до него практически невозможно достучаться, особенно когда дело касается его личной жизни. Мне почти не удается его видеть, но когда я дома, я прилагаю все возможные и невозможные усилия, чтобы узнать своего отчужденного сына получше.

А теперь я отвечаю за его девушку.

Я — её инструктор. Её наставник. Её командир.

Как же, блядь, тесен мир.

Она миниатюрная и худая, но ни разу не позволила этому стать помехой. Кажется, она использует свои размеры как дополнительную мотивацию для достижения успеха. Пока что Вайолет сдала все нормативы, но её характер уже дает о себе знать. Она упрямая. Никогда не принимает помощь и не просит о ней, и мне это не нравится. Мы призываем наших солдат проявлять инициативу, но когда приходит время делегировать, девчонка упирается.

— Ты что, не знаешь, кто она? Дочь Льва.

Лев. Джейсон Айла. Бывший «Зеленый берет», получивший свой позывной за то, что в одну ночь спас сотни жизней, когда их отряд попал в засаду. Хороший человек.

Но это не значит, что она получит от меня особое отношение. В моей группе я не играю в политику.

— Мне похер. Хоть бы она была дочерью самого президента! Она не получит поблажек из-за своего отца.

— О'Коннелл, она все нормативы сдает на отлично, — Букер, как всегда, защищает её. Мой близкий друг, с которым мы знакомы больше двадцати лет, питает к ней слабость, и это заметно. Шейн Букер — открытый, дружелюбный парень, и за пределами службы — моя правая рука.

— Она упрямая. С таким характером она угробит себя и всю свою команду, — спорю я с сослуживцем. Скрестив руки на груди, я наблюдаю за её испытанием.

Сегодня день работы в воде. Проверка пределов возможностей и силы во время водных операций.

Она замедляется.

Значит, у Неуязвимого Солдата все-таки есть слабое место.

— Или это спасет ей жизнь и всем, кто будет рядом, — парирует Букер. Свистки и крики инструкторов окружают нас, пока другие курсанты выполняют задания. Как только заканчивают, они сразу же переходят к следующему. На этом курсе нет передышек.

— Сомневаюсь. — Я сплевываю жвачку с табаком прямо у его ботинка и ухмыляюсь. — Глянь-ка, кто проваливается? Я же говорил, ей тут не место, — шепчу, наклоняясь к его уху с самодовольной ухмылкой.

Букер морщится и переводит взгляд на Вайолет. Его плечо задевает моё, когда он бросается к ней. Я же невозмутимо ухожу прочь.

— Она перестала двигаться. — Его слова заставляют меня обернуться; сердце делает лишний скачок, и я почти улыбаюсь. Похоже, она покинет академию раньше, чем я думал. Прекрасное начало дня — еще одна выбыла.

Я мудак. Это барьер, за которым я прячусь, чтобы сохранять в себе жестокость. Он не дает мне чувствовать.

— О-она тонет! — Букер нервно свистит в свисток, а я закатываю глаза.

Какого хрена он беспокоиться за неё? Он должен радоваться вместе со мной.

— Кто-нибудь, вытащите её оттуда! О'Коннелл! Это твоя работа. Вытащи её!

Я задираю подбородок и снова скрещиваю руки на гладкой армейской футболке. Темные очки скрывают моё фирменное безразличное выражение лица.

Следующее, что я вижу, — Букер прыгает в воду за ней. Я провожу рукой по бороде, а затем с раздражением упираю руки в бедра. В мгновение ока он хватает её безжизненное тело и с помощью другого инструктора вытаскивает на берег.

Она в отключке. Букер кладет её на спину и начинает откачивать. Я достаю сигарету, прикуриваю и наблюдаю. И, как и ожидалось, через несколько секунд мисс Айла возвращается в адский мир, в котором я продолжаю испытывать её и остальных курсантов. Она откашливает всю воду, которую наглоталась, а моя челюсть сжимается от разочарования.

Жива.

— Какая жалость, — бормочу сержанту Слейтеру рядом. Его карие глаза светятся мрачным удовлетворением. Он хлопает меня по плечу и разражается громким смехом. Наш юмор черный и больной, что является нормой в армии, и, думаю, именно он помогает не осознавать полностью ту тьму, через которую мы проходим на тренировках или заданиях. Лучше смеяться над ситуациями, чем чувствовать их.

Я выхожу из сектора водной подготовки и направляюсь дальше — к следующему этапу, где мне предстоит работать с остальными курсантами. Слейтер идет рядом и хлопает меня по плечу, на его губах появляется хищная ухмылка — он знает, что я прав. Ей, блядь, не место здесь.

Перехожу к следующему испытанию, а Букера оставляю нянчиться со слабачкой.

Мне насрать, выживет она или нет. Моя работа — отсеивать хилых, бесхребетных кандидатов.

Я ломаю их всех.

И каждый раз радуюсь, когда слышу: «Я сдаюсь».

Она сломается для меня.

Они всегда ломаются.

ВОСЕМЬ МЕСЯЦЕВ ДО ВЫПУСКА

Тонуть… не весело. Я провалила первое водное испытание и очнулась с полной уверенностью, что для меня всё кончено. Но сержант Букер ясно дал понять, что у меня есть еще один шанс, после того, как вытащил меня с того света. К счастью, со второго раза я прошла водную часть без обмороков и ступора. Никогда еще я не была так счастлива закончить какой-то этап обучения.

Я в разгаре наземной навигации, когда внезапно падаю лицом в грязь. Винтовка вылетает из рук. Я кашляю, втягивая землю в нос. Фыркаю и тянусь за флягой, но её тут же выбивают ногой в кучу листьев.

Клянусь, это Уиллис.

Оборачиваюсь, чтобы послать придурка, но оказываюсь нос к носу с завораживающими, но жестокими зелено-голубыми глазами.

Мастер-сержант О'Коннелл.

Зверь.

Я ему не нравлюсь. Он дает понять это при каждой возможности своим оглушительным молчанием и злобными взглядами. Но это меня не останавливает. Лишь подстегивает моё честолюбие.

— Вставай, черт возьми! — рычит он, и моё сердце проваливается в пятки. Господи, он пугающий. Кажется, кто-то сегодня встал не с той ноги.

Конечно, я делаю всё, что в моих силах, чтобы оставаться спокойной и собранной. Глубоко втянув воздух в легкие, отворачиваюсь от него. Каждая мышца ноет, горит и умоляет об отдыхе, но желание доказать всем, что они ошибаются, толкает меня вперед.

Прикуси язык, Вайолет. Отгрызи его, если нужно. Только не дай им того, чего они хотят.

— Сдайся или умри. В любом случае, ты не дотянешь.