Удовольствие ослепляет. Он сосет и покусывает клитор зубами. То, как легко этот мужчина доводит меня до вершины, должно быть незаконно. Его язык пронзает меня, и он стонет.

— Никогда не пробовал ничего слаще. Я могу кончить прямо в штаны, просто вылизывая твою киску.

Он трахает меня языком. Глаза закатываются, живот сжимается в тугой узел, и я задыхаюсь, пока жар разливается по моим венам. Я так близко, что перед глазами вспыхивают искры. Ногтями царапаю его спину. Его зубы зажимают клитор, и я кричу.

Еще одно движение, и я кончу.

— Вайолет? — вдалеке зовет Букер.

Мои глаза широко открываются, когда рай вырывают из наших рук.

— Черт, — выдыхает Кейд, разочарованный.

Я толкаю его, он мгновенно реагирует: ставит меня на ноги, помогает поправить платье и спрятать грудь. Он проводит рукой по щетине, его сердитый взгляд направлен в сторону, откуда доносится голос. Затем делает шаг вперед, заслоняя меня собой.

— Вайолет, ты где? — снова кричит Букер.

Я оборачиваюсь, осторожно выглядываю из-за бетонной опоры и щурюсь. Букер уходит дальше от нас, держа в руке пиво.

— Не надо. Не ходи с ним.

Он просит меня закончить то, что мы начали?

— Что? — шепчу, одергивая платье до конца. Мои пальцы дрожат. Внутренняя сторона бедер болезненно ноет. Господи, я всё еще чувствую форму его языка внутри себя. Моё тело умоляет о продолжении, а клитор пульсирует от жгучей потребности. Я не успела кончить, но реальность накрывает, и как бы я ни хотела продолжить, на пляж выходит всё больше людей.

— Ты слышала меня. — выдыхает Кейд, проводя рукой по темным волосам. Он переворачивает мой крестик, возвращая его на место, но в этот момент высокая волна накатывает и хлещет по моим икрам, сбивая с ног. Я оступаюсь, и Кейд хватает меня за бедра, прижимая к той самой опоре, у которой минуту назад трахал меня языком. Он кладет руки по обе стороны от моей головы, возвышаясь надо мной.

— Господи, Вайолет, почему ты такая неуклюжая, когда дело касается воды?

Мои брови сдвигаются.

— Подожди, что ты имеешь в виду?

— Водное испытание, которое ты провалила, ни о чем не говорит?

Я открываю рот в шоке.

Ублюдок.

— Как ты смеешь вспоминать это. Я не неуклюжая! — Я толкаю его в грудь ладонями, но он не сдвигается. Накатывает еще одна мощная волна; на этот раз Кейд теряет равновесие, и прежде чем упасть, хватает меня за запястье и увлекает за собой.

Высокая волна накрывает нас мгновенно, вода доходит до груди и промачивает концы моих черных волос. Я визжу, пока холодная вода продолжает атаковать мою кожу, мурашки бегут по всему телу, а я дрожу и ловлю каждый вдох.

Смотрю направо: Кейд тоже весь мокрый, но он не издает ни звука. Наши взгляды наконец встречаются, луна отражается в его волчьих глазах. Мы смотрим друг на друга, но моё внимание привлекают капли, стекающие по его губам.

— Ну и кто теперь неуклюжий? — сердито бормочу я.

На секунду мы замираем, а потом оба взрываемся смехом.

Его низкий хохот заставляет меня смеяться еще сильнее.

— Кажется, я никогда не слышала, как ты смеешься. — Я смотрю на звезды, пока мы оба лежим на холодном песке. Мне нравится его смех; я хочу слышать его чаще.

— Я и сам не припомню, когда в последний раз так сильно смеялся.

Я смотрю на него, пока он встает, наслаждаясь видом расслабленного Кейда. Он протягивает мне руку, и как только я её беру, мягко подтягивает меня вверх. Его одежда вся промокла, как и моё платье. Ветер напоминает, что на дворе зима.

— У Букера мой телефон и кошелек, — шепчу.

— Иди спать. Отпразднуешь хорошо выполненную работу завтра, когда вернешься домой. Тебе пора. Ты вся… мокрая. — Его глаза полны бесконечной похоти.

Я прикусываю губу, чувствуя, как жар приливает к моим щекам. Подобрав туфли, оставленные неподалеку, качаю головой.

— Осторожнее, мастер-сержант. Я могу поверить, что у тебя есть душа.

Он хватает меня за волосы, оттягивает голову, обнажая шею, и уводит глубже в тень.

— У меня её нет. Поэтому держись от меня подальше. Момент, когда мы были просто парнем и девушкой на пляже, закончился. — Его горячее дыхание обжигает мою шею, пока он крепко держит меня за волосы, и я стону.

Прежнее похотливое выражение лица смягчается, и он встречает мой любопытный взгляд.

— Я не буду спрашивать, как он умер или приносить соболезнования. Эти слова не способны унять твою боль от потери такого особенного человека, как отец. Но я могу сказать, что горжусь тобой, и уверен, он тоже гордился бы.

Тело наполняется теплом, а дыхание сбивается.

— Вайолет! — снова зовет Букер. Он совсем рядом.

Кейд отпускает меня и делает шаг назад. Он смотрит через моё плечо с хмурым выражением.

Если Букер поймает нас, моя карьера закончится, даже не начавшись. Я не могу позволить мужчине разрушить всё. Каким бы фантастическим ни был способ, которым он только что меня поглощал. Каким бы ошеломляющим ни было его присутствие. Я не хочу, чтобы моя карьера оборвалась вот быстро.

Я смотрю на него, но холодный, отстраненный инструктор, которого я наблюдала весь прошлый год, возвращается.

Похоже, это прощание.

Хотя он прав насчет того, что момент, который мы разделили, закончился. Завтра у меня ранний выезд, и я с нетерпением жду встречи с бабушкой и дедушкой. Мне еще предстоит упаковать вещи, и мысли о невыполненных делах снова давят на меня.

Я оборачиваюсь и замечаю Букера. Не знаю, когда к нему присоединился Слейтер, но они оба ищут меня.

— Полагаю, на этом всё? — спрашиваю, не сводя глаз с Букера.

Поворачиваясь обратно, и бабочки в груди умирают, когда я понимаю, что одна.

Кейд уже на полпути к своей машине.

Поездка до Гринвилла, что в Южной Каролине, недалеко от моей базы, занимает около четырех часов. Я уже скучаю по городку, расположенному у подножия Голубых гор. Всю дорогу слушаю подкаст о реальных преступлениях и не даю себе уснуть с помощью большого стакана айс-кофе. Кейд всплывает в мыслях каждые пару минут — будто разряд молнии бьет прямо в грудь. У нас нет номеров друг друга. У меня нет аккаунта в соцсетях, и я отказываюсь создавать его, только чтобы следить за отцом моего бывшего парня.

Но выкинуть его из головы не получается. Я не могу ни с кем обсудить то, что произошло, и, честно говоря, мне нравится, что момент, который мы разделили — это секрет. Тем не менее, мне нужно сосредоточиться на карьере. Я только в начале пути.

Мы с Кейдом похожи в этом. Работа важнее чувств.

Перед отъездом я подготовилась, чтобы устроить сюрприз бабушке с дедушкой в больнице. Не сомневаюсь: если бы здоровье бабушки не ухудшалось, она бы обязательно посетила церемонию моего выпуска. Единственное знакомое лицо, которое проявило поддержку, было... лицо Кейда.

Он даже не знает, как много это для меня значило. Во мне присутствует тяга заслужить его одобрение, и я ненавижу, что он так на меня влияет. Думаю, на всех на курсе Зверь влиял так же. Он умеет давить на людей, ломать их и снова собирать по частям. После курса я стала другой, моя уверенность в себе выросла.

До Гринвилла остается примерно час, когда мне приходится остановиться на заправке. Я подъезжаю к свободной колонке, достаю телефон и только потом выхожу из машины.

Дедуля:

С днем рождения, Вайолет! С нетерпением жду встречи с тобой.

Пенни:

С днем рождения! Адам сказал, что ты выпустилась! Я уже упаковала твой подарок. Пожалуйста, позвони, когда будет время поговорить. И еще раз поздравляю с тем, что ты попала в Спецназ.

Адам:

С днем рождения! Ты приедешь в Гринвилл? Пожалуйста, ответь мне. Я так сильно по тебе скучаю.

Неизвестный:

Это Букер. С днем рождения от всех нас, инструкторов.