Из учений хранителей Инуры.

Утром я приняла настойку под скептическим взглядом Джессики. Вопросы прекратились, подруга устала получать уклончивые ответы. После короткой и странной тренировки, меня отправили отдыхать, но я устремилась к пирсу.

Качка лодки и тепло солнца успокаивали меня. Здесь я чувствовала себя отдохнувшей.

— Джо сказал, что на той гавани туристы вечно теряют свои побрякушки. Недавно здесь был лайнер. Может, нам повезет? — энтузиазм Кевина заразителен. — Папаша Джо возил им выпивку из ресторана, так что пока об этом месте знаем только мы. У нас есть пару часов.

— Мелкий Джо? — спрашиваю я, не открывая глаз, подставляя лицо под лучи.

— Нормальный Джо, Тей. Он единственный, кто поставляет нам первым информацию.

— Он надеется, что, когда подрастет, мы возьмем его к себе.

— И что в этом плохого? — спросил меня Кевин.

Воцарилась тишина, нарушаемая лишь шумом волн.

Джо — мелкий паршивец, но хорошо плавал и был быстр. Для ищейки это лучшие качества. Но у нас уже есть ищейка. Я. Но…

Ведь скоро я уйду. И могу не вернуться.

Сквозь ком в горле я сказала:

— Да, на самом деле, Кев, идея хорошая.

Вновь тишина. На друзей я не смотрела, не хотела, чтобы они увидели боль в моих глазах.

— Думаю, — я прикусила щеку, — можно как-нибудь взять его с собой. Я… я могу, — я выдохнула через зубы, — поучить его.

— Что? — спросил Дилан и даже бросился ко мне, трогая лоб. Я невольно вздрогнула. — Ты кто такая и где моя любимая мегера?!

— Да иди ты!

Я оттолкнула его руку, но улыбнулась, поворачиваясь к парням.

— Я серьезно. Две ищейки лучше, чем одна!

Чем никакая.

Они переглянулись и неуверенно кивнули. Не могли понять, куда делась та стерва, что кидалась на них, стоило упомянуть чужака. Я и сама задавалась тем же вопросом. Я заглядывала в себя, пытаясь найти озлобленность на весь мир и недоверие, но… Не находила. Может быть, связь с братьями исцелила меня, ведь эта магия нерушима, и они просто не смогут бросить меня. Как и я их.

Но головой я понимала, чем ты выше — тем больнее падать.

Я надевала экипировку, стараясь не тревожить ушибы. Каждая тренировка закачивалась новым синяком. Без этого не обойтись, но никто не отменял боль. Даже сегодняшний легкий удар отдавал острой болью.

Сегодня Игнар взял и себе парные клинки. Под моим вопросительным взглядом он объяснил, что владеет всеми видами оружия, как хороший Хранитель.

— Я проверю, что ты успела усвоить, и можешь быть свободна.

Я закатила глаза и встала в стойку. Ну раз он так просит! Одновременно занесла оба клинка с правого бока, но Игнар отбивал так легко, будто я только что не налетела на него всем своим весом.

— Неплохо. Еще раз!

Неожиданная похвала отвлекла меня, и Игнар сразу же сделал подсечку, отчего я упала на землю. Я поднялась, но Игнар сделал то же самое, и я вновь на земле.

— Ты вообще учишься на своих ошибках? — Игнар едва сдерживал улыбку, его глаза задорно блестели.

— Учусь! — мои губы расплылись в широкой ухмылке, когда я ударила ногой в колено Игнара. Он потерял равновесие и упал рядом со мной, не сдерживая смеха. На его щеке появилась ямочка.

Только я расслабилась, как Игнар резко вскочил, поднял меня одной рукой и сразу же напал. Мне недоставало реакции увернуться, и я схватилась за ушибленное плечо. Он не дал мне времени на жалость, продолжая атаку. Я успела отскочить. Не переставая махать оружием, мы кружили по полю. Злость копилась, мне захотелось закончить все здесь и сейчас. Начав уставать, я резко пробила ногой его грудь, и он отлетел, явно не ожидая. Пока Игнар дезориентирован, я направила сразу два клинка под углом, скрестив мечи. Но Игнар успел встретить мой меч, мы скрестились. Игнар подмигнул, и решил использовать грязный прием. Подняв ботинком гору песка, со всей силы швырнул его мне в лицо.

Мои мечи сразу упали на землю.

— Ты что творишь?! — закричала я.

Я растирала глаза, пытаясь убрать песок. На щеки легли чужие ладони. Аромат дикого апельсина окружил меня, когда Игнар наклонился ближе и аккуратно провёл по ресницам, а затем сдул песчинки.

— На поле боя никто не будет играть честно, — сказал Игнар виновато. — Не будет щадить тебя, Теодора. Я должен показать все, чтобы ты знала. Чтобы могла защитить себя.

Я разлепила покрасневшие глаза, сталкиваясь с ним взглядом. Зелень и ночь. Притяжение усилилось. Он или я — кто первый сделает шаг? Но Игнар только вздохнул и отступил. В который раз.

— Еще раз! — скомандовал он.

И мне осталось лишь подчиниться.

— Что это за херня?

Возмущенный голос выдернул меня из воспоминания.

— Что?

Кевин был уже рядом со мной. Ладони потянулись к верхней части гидрокостюма и одернули его в сторону. На плече, грудной клетке россыпь мелких ссадин, ниже груди большой набухающий синяк.

— Что это? — срывающимся голосом спросил он. — Кто это сделал?

Мягкие черты лица исказились. Челюсть сжалась, а на лбу вылезла пульсирующая венка.

Я быстро встала, застегивая костюм и ругая себя за беспечность.

— Я говорила, что хожу на занятия, — голос звучал нервно, руки не слушались.

— Не ври. Не ври, Теодора! — он уже стоял рядом со мной и пытался поймать взгляд. — Все изменилось, да? С того чертова дня, как мы откачивали тебя здесь. Тео, скажи, что происходит! Ты всегда можешь положиться на нас!

— Кевин, все хорошо! Клянусь, просто эти тренировки…

— Какие к черту тренировки? Ты вся избита, похудела, теряешь сознание! Ты считаешь, это нормально?

Кевин отошел от меня, ходя взад-вперед по палубе словно раненый зверь.

— Я клянусь, Кевин!

— Это все из-за того парня? Джесс рассказала. Он бьет тебя? Принуждает к чему-то?

— Кевин, пожалуйста!

— Я понял. Это не мое дело, верно? Конечно, кто я такой? Парень, с которым ты охотишься за сокровищами. Сколько? Восемь? Девять лет? Кто я?

Кевин обошел меня, наспех надел акваланг и, не дожидаясь меня, спрыгнул с бортика.

Каждый день приносил новую разруху. Старая жизнь ускользала, ширя пропасть между мной и моей семьей.

Я работала в своем квадрате, поглядывая в сторону друга, который ни разу не повернулся. Мешок за час наполнялся несколько раз, и мне приходилось дважды подниматься, чтобы высыпать содержимое. Дилан спросил, не пора ли домой. Я ответила, что еще раз обшарю дно и можно будет уходить. Солнце опустилось, и под водой потемнело.

Я включила налобный фонарь. Кевин сделал то же самое.

Скрытность убивала меня. Но, что будет, если я скажу им? Как поведут себя? Скорее всего, определят меня в психотическое отделение. Уже подумали, что я наркоманка.

Ком подкатил к горлу.

Обо мне всегда думают только худшее? Почему?

На расстоянии пары метров раскинулся коралловый лес. Остаточные солнечные лучи, с трудом просачивающиеся сквозь толщу воды, играли с морскими цветами, делая их еще необычней. Самый большой рыже-желтый коралл, похожий на рог, привлекал много мелких рыбешек. Белоснежные актинии плавно покачивались, убаюкивая своих оранжевых жильцов. Мимо меня проплыла мурена, совершенно не боясь чужака, вторгавшегося в ее подводное царство. Стайка голубых рыбок с желтыми плавниками проплыла рядом со мной, я потянулась к ним, и они испуганно бросились в сторону. Каждый раз это вызывало во мне детский восторг. Я обернулась поискать Кевина и показать свою находку.

Его силуэт маячил в шести метрах. Я посветила фонарем в его сторону.

Что-то не так.

Руки Кевина энергично двигались, что-то таща. Вода вокруг него пузырилась оттого, как много он прилагал усилий. В груди похолодело. Я рывком оттолкнулась и поплыла к нему.

Шланг респиратора, который крепился к баллону с воздухом, оторвался. Он застрял между двумя высокими, извивающимися кораллами светло-серого цвета, что сливались с каменным массивом рядом. Скорее всего, Кевин его не заметил.