— Здравствуйте, ваше императорское величество. Вот наиболее подходящая книга. На сто восемьдесят пятой странице есть описание венчания на царство последнего царя Ассурина Агамемнона третьего.

Ларс внимательно посмотрел в грустные и необычайно серьезные глаза ребенка.

— Спасибо, ты очень мне помог. Как тебе удалось так быстро найти книгу?

— Я подумал, что информация вам нужна как можно быстрее, времени на чтение новых книг нет, и принес ту единственную, где я встречал описание коронации.

— Значит, ты уже читал это? Сколько тебе лет?

— Да. Мне девять лет.

— Это тебя отец заставляет читать такие сложные книги?

— Никто не заставляет, мне интересно. Хочу понять — как устроена жизнь.

Ларс пристально посмотрел на ребенка.

— Ты очень умный мальчик. Передавай отцу привет. Напомни ему, что вечером я жду его в своей резиденции.

Айрон поклонился и ушел. Не убежал, а ушел походкой солидного, взрослого мужчины. Ларс проводил его задумчивым взглядом. Теперь нужно было идти в храм. За это время он восстановится и сможет слетать в Триаполий, узнать, как там дела. Бенио почему-то ни разу за все время не прислала птицу. Может, с ней и правда что-то произошло?

Доставить письмо в Бинирунг сил у него уже не было. Да и едва ли в Бинирунге найдется маг, способный прилететь в Ненавию.

Триаполий когда-то был построен рядом с шахтами, в которых добывали серебро. Последние сто лет они иссякли, а город остался. Расположенный вдали от торговых путей, он оправдывал свое существование тем, что находился неподалеку от границы у самых Ритреанских гор, но финансировали его слабо, считая первейшим захолустьем провинции Ассурин.

Дем ехал по вонючим улицам и чувствовал на себе взгляды угрюмых людей. Они недобро косились на его великолепного скакуна и дорогущий ритреанский клинок. Маг сразу понял, что не стоит пытаться остановиться в местном кабаке, лучше сразу идти к наместнику. Впрочем даже если бы местные постоялые дворы и были бы лучшими в стране, он бы не задержался в них. Надо скорее узнать, что случилось с Бенио. Девушка не выходила у него из головы: как же произошло, что он позволил ей пуститься в столь опасное предприятие⁈ Впрочем Дем никогда не чувствовал себя руководителем даже собственной жизни, что уж говорить о чужой. С раннего детства каждый день его был расписан. Учителя, приставленные отцом, контролировали каждый шаг. Ему казалось, что это нормально и правильно. Но когда он вдруг покинул родной город, то долго чувствовал себя потерянным. Свобода казалось чем-то очень странным, он не всегда понимал, что же хочет на самом деле. Радовало только то, что наставники заложили в нем четкие принципы, коими он руководствовался при принятии решений. Он ни разу не пожалел, что помог Кораксу и оказался с Ларсом. Цебер был полнейшим мерзавцем, а руководить городом должен достойный человек.

Отец никогда не учил его чтить императора. В юности Дем пару раз спросил отца — почему их род служит захватчику? На что получил ответ, что они выбирают меньшее из зол. И попытка устроить бунт закончилась бы лишь кровопролитием.

Сейчас у ассуринцев появилась возможность вернуть их земли. Тут всё было правильно и понятно.

Но вот история с Бенио не укладывалась в его видение мира. Дем влюбился очень быстро. Девушка казалась его противоположностью. Она была независима, принимала все решения самостоятельно и презирала общественные правила. Тем не менее у неё были свои представления о том, что хорошо, а что плохо, и она старалась четко придерживаться их.

Отец Бенио сопровождал караваны и рано погиб, а мать скончалась спустя год от болезни. Они остались вдвоем со старшим братом, который прибился к местной банде. Воровать в Миджани было особым искусством, ведь стражи порядка там действовали на самом высшем уровне. Когда открылись таланты Бенио, она стала ценнейшим членом банды. Но однажды случилась облава, её брат и большинство бандитов погибли, она спаслась чудом и решила действовать в одиночку. Всё шло очень неплохо, пока она случайно не столкнулась с Кораксом.

Бенио ничуть не стыдилась прошлых подвигов. Она гордилась тем, что в понятии Дема было позором, особенно для женщины. Но слушая её рассказы, он восхищался смелостью девушки, оправдывал каждый поступок и вскоре начал мечтать быть столь же независимым в своих суждениях. Но когда встал вопрос о том, как остановить Бенио от поездки в Триаполий, и Дему пришла идея сделать ей предложение, перед глазами встало суровое лицо отца, и полный осуждения голос вещал: «Из поколения в поколение Регасы выбирали в жены достойных женщин, как же ты мог жениться на воровке!»

Чем ближе оказывался Дем к дворцу наместника, тем больше погружался в гнетущие размышления. Наконец, он остановился перед воротами дворцового парка. К его огромному удивлению, охранники подозрительно на него уставились, пошептались, а затем вежливо поклонились и пропустили.

Он проехал по заросшему саду и остановился у потрескавшихся мраморных ступеней.

И тут, откуда ни возьмись, со всех сторон выбежало с десяток охранников. Дем не успел даже обнажить меч, как его схватили, скрутили, нацепили наручники из небирулла, поволокли вниз по лестнице и бросили на сырой каменный пол. Тяжелая дверь захлопнулась, и Дем очутился в кромешной тьме.

Дем сел на пол, чувствуя, как покрывается холодным, липким потом. Камеры тут были ровно такие же, как и в подвалах Цебера, но по вони, пожалуй. превосходили даже их. Смердело так, что пришлось прикрыть нос плащом. Но как же с ним могло такое произойти⁈ Он впервые в этом городе, никто его не знает! При аресте благородного господина охранники обязаны дать объяснения!

«Видимо, Бенио рассекретили, считали память, и когда я прибыл, сразу поняли, с кем имеют дело. Другого ответа нет. Я ценный заложник, — сказал он себе. — Меня не могут просто взять и казнить. Значит. надо дождаться, когда кто-нибудь соизволит со мной поговорить. Но вот с Бенио, скорее всего, церемониться не станут». При мыслях о том, что могла случиться с девушкой, он до боли сжал кулаки. «Я пока ничего не знаю, поэтому не буду рвать на себе волосы. Может, все не так плохо. Сейчас нужно просто подождать».

Время в темноте тянулось бесконечно долго. Дему казалось, что прошло не менее суток, когда дверь открылась и послышалось: «Выходи, маг. Наместник хочет с тобой поговорить».

Дема провели по скудно освещенным коридорам. За дубовой дверью оказался большой кабинет. За массивным столом сидел пожилой мужчина. Несмотря на седые волосы и глубокие морщины, он выглядел бодрым и крепким. По широким плечам, сильным рукам и строгой осанке можно было понять, что большую часть жизни этот человек посвятил военной службе.

— Оставьте нас, — сказал он охранникам.

Когда двери закрылись, он указал Дему на кресло.

— Меня зовут Авдей Аределионисос, я наместник императора в этом города, а ты Аристодемос Регас. Как же так⁈ Ваш отец честно служит империи, а вы выступаете на стороне каких-то бандитов!

Дем тяжело вздохнул. Всё время он думал только о Бенио и был совсем не готов себя защищать. Он хотел было открыто рассказать всё, что думает про императора, но вовремя вспомнил, что перед ним верный слуга Феликса, и глупо полагать, что тот поймет его.

Магов в кабинете не наблюдалось, может, попробовать соврать? Но стоит ли рассчитывать, что в целом городе не сыщется хоть одного, чтоб проверить его слова?

— Господин наместник решил допрашивать меня без магов? — спросил он первое, что пришло в голову.

Авдей гаденько улыбнулся.

— Ну ты ведь благородный, Регас, не станешь врать старому легату.

Мысли лихорадочно крутились в голове Дема. Что бы он не сказал, все выйдет против него. Просить отправить весточку отцу, чтоб тот прислал за него выкуп? Пожалуй, он спасет своего единственного одаренного магией сына. Но почему-то Дема стало противно от такого решения.