— Да уберите же, наконец эти ваши щиты. Всё равно от них никакого толку! — С раздражением воскликнул Цебер.

Наконец он смог её рассмотреть. У девушки были темные волосы и зеленые глаза, но через мгновение образ полыл и Цебер увидел Зель, она смотрела ему в глаза и улыбалась своей чарующей улыбкой.

Наместнику показалось, что он разучился дышать. Не может быть! Его любимая вернулась и стояла перед ним во плоти.

« Ну здравствуй, мой правитель», — прозвучал её голос в его голове', — прозвучал её голос в его

Пять дней эскадра под всеми парусами двигалась на север, к берегам орков. Сначала дул попутный ветер, но в последний день наступил штиль. Хауг до темноты поддерживал такую скорость эскадры, что Ларс только диву давался. Он удивленно смотрел, как блестят глаза молодого орка, пытаясь понять — что же произошло.

— Ты стал намного сильнее, как тебе это удалось?

И тут Хауг покраснел, хотя казалось бы, с его кирпичной кожей это практически невозможно.

— Да ничего, просто рад, что мы в море.

Ларс шутливо нахмурил брови и покивал.

— Так я тебе и поверил. Впрочем, не хочешь — не говори.

Стихийник держался почти до заката, а потом ушел спать. Паруса провисли, движение эскадры практически прекратилось.

Ларс пялился в темноту, стоя на капитанском мостике, ему было тревожно. Совсем недалеко простирались берега Ритреи. Сколько он не пытался себя убедить, что их флот разгромлен, но подозрительно знакомый голос в его голове возражал: «Ты слишком самонадеян, Ларс», а другой вторил ему: «Не стоит недооценивать врага»…

Вскоре начало казаться, что энергетический фон изменился.

— Что происходит? — услышал он голос поднявшейся на мостик Ариселлы.

— А хор его знает! Ты почему не спишь?

— Полдня спала. К нам приближается нечто…

Ларс кивнул и закрыл эскадру пологом. «Надо было ограничиться пятью кораблями», — мелькнуло у него в голове.

— Ла-арс, — голос Ариселлы дрожал. — Это похоже на твой смешанный поток…

Раздался крик марсового: «Огни с юга! Нас нагоняет эскадра!»

— Свистать всех наверх! — крикнул Ларс.

Подул невесть откуда взявшийся ветер, и вдали показались навигационные огни, их догоняла неизвестная эскадра.

На мостик взлетел Гелий, а за ним Хауг.

— Что происходит⁈ Ритреанцы⁈

Огненный шар, вспорхнувший с рук Ариселлы, поднялся в воздух, расширился, полетел в сторону неизвестной угрозы и вскоре осветил мачты кораблей, несущихся на них под всеми парусами.

Сейчас Ларс четко ощущал, что абсолютный щит был над каждым из них. Он шел нисходящим потоком, его источник находился на мачтах.

— Нет, капитан, это хананьцы. Они вставили в свои приборы кристаллы, наполненные абсолютной энергией, и идут на нас. Хауг, ты хоть немного восстановился?

— Да, на пару часов хватит. Будем уходить?

— Не трать силы, быть может, они понадобятся для защиты. Гелий, подай сигнал — поднять все паруса. Будем ловить ветер, — спокойно произнес Ларс.

Гелий без единого вопроса ринулся отдавать приказы.

— Смотри, Ариселла, сейчас они подошли на оптимальное расстояние для магического удара,— голосе Ларса слышалась печальная ирония. — Ты хотела быть боевым магом, вот у тебя появился шанс проявить себя.

Словно в подтверждение его слов, перед ними начала подниматься огромная стена из поблескивающей в свете магического огня воды.

— Твой щит сдержит их? — едва дыша, спросила Ариселла.

— Должен.

И тут же их накрыло гигантской волной. Раздался оглушительный шум, вокруг корабля стало еще темнее, хотя казалось бы, это было невозможно. Ларс почувствовал, как от стоявших рядом с ним людей брызнуло страхом. Но волна схлынула, а они остались целы.

— А ты можешь пробить их щиты?— спросил Хауг.

— Скоро узнаем.

— Надо ударить в самое слабое место…

И тут Ларса осенило. «Ну конечно! Энергия расходится от устройства вниз, глубоко до дна, но макушка мачты остается незащищенной». Темная, неразличимая в ночи молния сверкнула над одним из хананьских кораблей, мачта мгновенно загорелась.

И тут же один за другим, загремело еще над двумя хананьскими кораблями. Когда враг опомнился и создал светлую защиту над уязвимой точкой, четыре прибора было уничтожено. Два корабля пылали, еще два успел потушить стихийник.

В полог, созданный Ларсом, неслись сгустки тьмы.

Ариселла выпустила огромный огненный шар навстречу одному из лишившихся защиты кораблей противника. Но тут же его погасил поднявшийся водный поток, он устремился к ним и яростно хлестнул в полог совсем рядом со стоявшими магами.

Тонкий светящийся сиреневый луч из ладони Ларса прошил тьму и достиг полога одного из кораблей. Маг почувствовал, как его сердце забилось быстрее. Ну же! Ничего не происходило, тогда он рискнул увеличить поток. Мачта рухнула, на палубе началась паника. Он пробил чужой щит! У него получилось! Но и ясно стало одно — на пробитие всех щитов сил не хватит, а если и хватит, то у противника есть еще и маги. Прорезав борт оставшегося без защиты судна, он пустил поток в следующий.

Тем временем Ариселла создала сразу несколько огненных шаров и отправила в корабль, который погасил стихийник. Им навстречу поднялась волна, но девушка мгновенно увела огни наверх, половина достигла цели. До них донеслись крики ужаса. в воздухе появился запах гари, люди, объятые паникой, прыгали в воду.

— Получайте, твари!

Она с восторгом посмотрела на Ларса.

— Ты очень бледный…

Он чуть улыбнулся и уничтожил последние два щита.

— Бей их, сестра, у меня остались силы только на полог.

Ариселла выпустила столп огня, но он встретился с неожиданно возникшим темным щитом.

— У них не меньше двух стихийников и темный, — произнес Ларс. — Ариселла, ставь светлый полог, а ты Хауг, воздушный щит.

— Ларс, я не смогу, кораблей слишком много!

— Хауг! Ты сможешь удержать два щита?

— Нет…

Ларс чувствовал, как тают его силы, резкая головная боль мешала четко мыслить, перед глазами все плыло. Неожиданно вражеских кораблей стало в разы больше.

— Что за хор! — выпалил Хауг.

— Это корабли моего брата Зора, — растерянно произнесла Ариселла.

— Хоровы ритреанцы, только их не хватало, — воскликнул Ларс и рухнул без сознания на палубу.

— Ариселла, ты должна создать светлый щит, я поставлю воздушный, — крикнул Хауг.

Магиана начала формировать светлый полог, она опоздала буквально на мгновенье. Темный заряд почти бесшумно растворился в борту «Бешеного комара». Раздался скрип досок, корабль дал крен на левый борт.

— Спустить шлюпки! — раздался голос Гелия.

Матросы бросились рубить канаты, удерживающие шлюпки. Хауг схватил Ларса, перевалил его через плечо и бросился к канатам.

Команда покинула корабль. К ним спешно шла находившаяся ближе всего «Тощая гусеница». Едва они немного отплыли от «Бешеного комара», как раздался оглушительный грохот. Это воздух проломил палубные доски. Еще пара минут, и на месте великолепного парусника осталась лишь черная воронка.

Ариселла сидела в шлюпке, намертво вцепившись пальцами в доски лавки. Если бы она сразу поставила щит! Ведь она же смогла! Пусть он продержится совсем недолго. Пожалуй, еще пары вот таких вот темных ударов хватит, чтобы пробить её защиту…Только никто почему-то больше не пытался их уничтожить. Она оторвала взгляд от пучины и тут же поняла, что хананьцам было сейчас не до них. Два вражеских корабля были охвачены пламенем. На третьм, по всей видимости, все еще оставался стихийник. Он продолжал поддерживать щит. У ритреанцев тоже остался только один корабль, остальные были уничтожены тьмой, на волнах качались лишь остовы.

— Ты сумела погасить большую часть темного удара, — произнес Хауг, — иначе от нас бы тоже остались лишь угли. А темный их выдохся или погиб. Интересно, почему ритреанцы встали на нашу сторону?

— Они приняли нас за свою торговую эскадру. Ведь ритреанские корабли отличаются от любых других. У нас лучшие корабли, Хауг.