А Руд шел некоторое время в глубоких раздумьях куда глаза глядят и вдруг услышал шаги за спиной. «Бежать или обернуться?». Бегать — сил уже не было. Он остановился и развернулся к преследователям, обнажил клинок и выставил его перед собой. К нему приблизились трое. Оружия в руках ни у кого не было, и Руд опустил кинжал. Один из незнакомцев взглянул ему в глаза и произнес: « Ты сейчас пойдешь с нами».

Ларс проснулся, как обычно, с рассветом, вышел на палубу, прошелся по кораблю, посмотрел, как лучи утреннего солнца окрашивают волны в розовые тона. Было еще не жарко. Дема накануне он отпустил, а несколько дежурных матросов спало, завернувшись в одеяла. Ларс вернулся в каюту, достал книгу, прочел несколько страниц. Теперь надо было попробовать сделать упражнение, которое предлагал автор. Он вновь вышел на палубу, нашел уединенное место и попробовал погрузиться в медитацию. Сначала мысли атаковали его со всех сторон, он не мог сосредоточиться на своих ощущениях. Через несколько минут захотелось всё бросить и бежать делать все дела сразу, но он напомнил себе, что не просто расслабляется, а занимается архиважным делом и даже сумел отчасти в это поверить. «Владеть потоками означает владеть своими эмоциями», — вспомнил он слова из книги. Наконец, удалось успокоиться и сосредоточиться на внутренних ощущениях. Тьма плотным облаком притаилась где-то в центре груди. Едва Ларс коснулся её сознанием, она начала расширяться, стремясь заполнить всё, а за ней поднялась злость.

«Подумай, зачем тебе нужна эта ненависть? Быть может, ты хочешь защитить того, кого ты любишь?»— вспомнил он слова из книги, и тут же в памяти всплыло лицо матери и захотелось крикнуть: «Нет! Я просто хочу, что Цебер мучился вечность! Он, император, который допустил это чудовище к власти и все его прихвостни!»

Ларс резко открыл глаза и с яростью уставился в лазурно-голубое небо, оно было столь безоблачно и прекрасно, не верилось, что под этим небом может существовать такое чудовище, как Цебер. Тьма рвалась и требовала выхода. Он направил руку на торчащую среди волн скалу, и она исчезла, словно и не было её ту вовсе. Ларс выдохнул и вновь закрыл глаза. Тьма не ушла, но сейчас она не переполняла всё его существо.

Он попытался сосредоточиться на светлом источнике. Он неплохо ощущал его, но с некоторых пор прежде чем использовать, он словно расчищал ему место, а сейчас просто позволил подняться. Ларс представил себе, как возвращается в Ненавию и входит со своими людьми в город, как предает огню ненавистный дворец и водружает на стенах флаги Ассурина, как его люди возвращаются в свои дома. Он почувствовал, как свет соединяется с тьмой, сила переполняет всё его существо, она хлынула с его ладоней в небо потоком, который непрерывно менял оттенки. Ларс зачарованно смотрел на удивительный луч, а потом опомнился, и радуга исчезла. Никому не стоило знать о том, что он абсолютный маг.

Руд чувствовал себя барашком, который сам идет на заклание. Он шествовал за магом по темным улицам, справа и слева, чуть позади за ним шло двое. У него на шее был артефакт, который отчасти подавлял ментальное воздействие, но против сильного мага он был слишком слаб. Тем не менее вскоре парень почувствовал, что его отпускает. Тем временем они приблизились к ограде дворца. Руд попытался было вырваться, но его успели схватить.

« Замри», — услышал он в своей голове приказ, и тут же руки мага сдернули с его шеи кулон с аметистом. Теперь даже в сознании Руда даже мыслей не было о сопротивлении. Его провели во дворец, в небольшой уютный кабинет. За столом в кресле сидел Теймир.

— Мы доставили его, господин актирен,— сказал маг.

— Прекрасно, Аифир, читать его я буду сам.

Руд почувствовал, словно в его голову засыпают песок. Это было необычайно мерзко, но он сидел в кресле и не мог ни двинуться, ни даже вскрикнуть.

— Когда ты познакомился с Ларсом? — спросил наместник.

В памяти Руда невольно всплыла та роковая встреча.

Теймир тут же спустился на нужный виток и начал подниматься. Его изумлению не было предела. Значит, Ларс — обычный оборванец! Значит, один из потомков Сетхарзима имел сношение с какой-то ассуринской девкой, видимо, напали на пограничную деревню. У царя Ритреи было много детей и лишь единицы без дара. Он просмотрел всё и дошел до воспоминаний о том, как Руд узнал, что его приятель теперь владеет тьмой. Теймир вышел из сознания парня, залпом выпил стоящую перед ним чашу с вином и бессильно откинулся на подушки. То, что он узнал, поражало до глубины души. Значит на его острове, в его городе ходит абсолютный маг! Неудивительно, что Миали так в него вцепилась. От понимания, какую силу представляет Лалей вместе со своими людьми и с оборотнями, по спине наместника пробежал холодок. Странно, что он еще считается правителем в этом городе. И тут в голову Теймира неожиданно пришла обнадеживающая мысль — значит Миали спит с этим проходимцем вовсе не от большой любви! Он почувствовал невероятное облегчение и тут же обозвал себя дураком. Сколько бы любовников ни заводила красавица, она прочно заняла место в его сердце.

— Аифир, этот ассуринец мне больше не нужен. Сотри у него память о том, что было сегодня вечером, влей побольше алкоголя и кинь где-нибудь на улице, пусть думает, что перебрал накануне.

— С какого момента стирать память, господин актирен?

— Ну бой на площади оставь, найди эпизод, где он выпивает, а остальное убери.

— Нет! —сумел произнести Руд, но дальше ему говорить не дали.

Вновь последовал ментальный приказ и вот он уже шел в сопровождении людей императора по темным улицам. Совсем недалеко от места, где моряки сняли жилье, маг остановился вручил Руду большую бутылку и сказал « Пей!»

Парень давясь и кашляя влил в себя какую-то жуткую бурду, земля пошатнулась, но он устоял.

— Еще! — произнес маг, глядя на сопровождавших его людей.

— Так я одну бутыль только взял, — виновато ответил сопровождающий его слуга, — кто же мог подумать, что ему окажется мало!

— Осел ты паршивый, Бекадин. Да хор с ним. Сейчас память сотрем и уходим.

Спустя пару мгновений Руд обнаружил себя стоящим среди розоватых стен на одной из улочек Маира. Всё плыло перед глазами. Он с трудом двинулся вперед, его нещадно мотало из стороны в сторону, несколько раз он не вписывался в поворот, падал, разбивая колени и лицо, но поднимался и шел дальше. Никогда он так не напивался. Но, наконец, показалось знакомое здание. Дверей вдруг стало невероятно много, они закружились в бешеном хороводе. Руд несколько минут наблюдал за этой каруселью и, наконец, решил, что просто надо рвануть как можно быстрее и тогда он точно попадет в одну из них.

Ариселла спокойно спала, когда дверь её комнаты с грохотом отворилась и в неё ввалился грязный, разящий перегаром Руд. Он немного пошатался и трупом упал на кровать, девушка только и успела вовремя соскочить. Она с возмущением посмотрела на распластавшегося на всю кровать приятеля. А ведь еще накануне она так хотела, чтоб он в ней оказался. Сейчас этот человек вызывал в ней лишь жгучее разочарование. Она направилась к двери, чтоб закрыть её, и увидела в проеме одного из моряков с «Ленивой пчелы». Он хмыкнул и захлопнул дверь.

Закончив медитировать, Ларс почувствовал сильный голод и тут же увидел поднимающихся на корабль Гелия и Луция.

— Ларс, что ты тут делаешь? А мы пришли, чтоб сменить Дема и никак не ожидали тебя тут встретить.

— Прекрасно, — ответил он, — тогда смените меня, а то очень много дел в городе. Вы не знаете, где остановился Вальд?

Ему сказали адрес.

Провожаемый задумчивыми взглядами он сошел с корабля и отправился в город. В первую очередь надо было найти Ариселлу и поговорить с ней. Её поведения было совершенно неподобающим, и настало время положить конец этому безобразию. А после он пойдет к ювелиру и обсудит с ним возможность изготовления приборов для создания щитов.