— Ну и кого это принесло в такую пору? Уже почти ночь на дворе?

— Это я — Симах, — отвечал человек в плаще.

— Какой ещё Симах? — переспросил голос, — Поди прочь.

— Именем Анзунда, я пришёл за его милостью.

За дверью сразу же послышалось движение и загремел засов. В небольшую дверную щель выглянуло бледное лицо с взъерошенной шевелюрой и подозрительно глянуло на пришедшего.

— Да я это, я. Неужто не узнаёшь? — сказал Симах.

— Так бы сразу и сказал, — недовольно буркнуло лицо — Разве позабыл наставления отца нашего Адапы? Когда приходишь, нужно говорить особые слова.

— Помню. Только к чему это всё?

— Отец наш гораздо мудрее нас с тобой. Раз сказал, что так надо — значит надо. Ну, ладно — заходи скорее. Там уже все собрались.

Дверь снова плотно захлопнулась и массивный засов встал на своё место. Взяв со стены зажженный факел, привратник повёл посетителя вглубь двора.

Дом это принадлежал одному знатному и довольно зажиточному, по местным меркам, горожанину. Как и все подобные дома в Уруке, он был выстроен из высушенного на солнце сырцового кирпича. Это была относительно большая двухэтажная постройка с плоской крышей, обрамлявшая со всех сторон открытый внутренний дворик со своим колодцем и огромным очагом.

На первом этаже располагалась самая большая комната в доме, игравшая роль одновременно и гостиной, и столовой, и хозяйского «кабинета». Здесь же была кухня, подсобка, помещения для слуг и скота. Всё весьма цивильно. В дальнем углу двора был даже изолированный туалет.

На втором этаже располагались спальни хозяев и их домочадцев. Все помещения были с глухими стенами, без окон. Свет проникал только через дверь. А весь двор, словно крепость был отгорожен от улицы сплошной и высокой глинобитной стеной.

В самой большой комнате первого этажа, освещённой глиняными светильниками, заправленными кунжутным маслом, собрались уже человек десять. Похоже, все ждали Симаха. В центре, на высоком стуле со спинкой сидел сам Первосвященник Урука Адапа. Это было довольно неожиданно. Столь высокие персоны, жившие во дворцах и особняках вокруг Святилища Богов, редко удостаивали своим посещением дома обычных городских жителей.

— Ты опоздал, сын мой, — укоризненно встретил старец появление Симаха.

— Прости, мудрейший, — потупился тот.

— Учтите, дети мои, в той борьбе которую мы начинаем дисциплина и порядок играют главную роль, — назидательно сказал Адапа, — Без этого мы обречены на поражение и погибель. Не забывайте, все мы, в отличии от дингиров — смертны. У них во всём большое преимущество над нами.

— Тогда как же мы сможем их победить? — спросил кто-то.

— Я уверен, что сможем, — твёрдо сказал Адапа, — Мы обязательно победим и покончим с нашим угнетением и тиранией аннунаков. Мы установим справедливый порядок на этой земле.

— Почему ты так уверен в этом, отец? Объясни нам. Мы не совсем понимаем, — заволновались присутствующие на тайном собрании нелегального общества борцов за права людей, — Дингиры ведь так могущественны. Куда нам до них…

— Да, они могущественны. Но скоро ситуация в Шумере сильно изменится. У нас будет новый могучий лидер и появится реальный шанс! Верьте мне. Но и сами мы всё это время не будем сидеть сложа руки.

Глава 17.

Перед глазами раскинулась довольно унылая и однообразная картина. Впереди, сколько хватало взора, простиралось широкое и безжизненное горное плато. Оно возвышалось над всей местностью, словно гигантская природная стена, отделявшая морское побережье от остальной территории Тилмуна.

Эта загадочная страна, где-то на самом краю земли, издавна была запретной зоной, проникнуть на которую не мог ни один смертный человек. Людям путь сюда был навсегда заказан. Это была территория Богов и только Богов. Именно там они жили первое время после прибытия на Землю. Там они вершили свои первые таинства и оттуда начали заселять жизнью весь окружающий мир. О том, что там твориться знали лишь Великие Боги Вечной Династии. Даже большинство «рядовых» аннунаков не было до конца посвящено во все тайны этого места.

До сих пор здесь ещё, по старой памяти, формально располагалась штаб-квартира Совета земных Богов. Раньше это был постоянно работавший орган. Затем, с укреплением власти Энки, он стал собираться всё реже и реже. Ну, а после прибытия на Землю Энлиля и провозглашения его Правителем Шумера, он и вовсе стал давно забытой формальностью. Его даже не удосужились упразднить официально. В результате, грандиозное здание зиккурата, в котором располагался ранее Совет, пустовало уже не одно столетие.

Вокруг, в радиусе сотен километров, не было ни городов, ни поселений, ни дорог. Местность была абсолютно пустынной. Куда ни кинь взгляд — одни горы, камни и засушливая полупустыня, поросшая чахлой растительностью. Что и говорить, местечко более чем неприветливое.

Тем удивительнее было заметить на узкой тропе одинокого сгорбленного старца, бедно одетого в какие-то лохмотья и тяжело опиравшегося на корявый посох, грубо выструганный из ствола молодого дерева. Что забыл он в этих безжизненных, да ещё и запретных краях? Действительно, люди уже давно избегали соваться сюда.

Через перевал, в глубь плато, вела только одна эта потайная тропинка. Очень мало кто из смертных знал о её существовании. Однако, старец продвигался по ней довольно уверенно.

Это было настолько необычное явление, что даже стража не сразу среагировала на его появление. Казалось невероятным, что кто-то, тем более старик, смогут забраться так далеко в эти неприветливые края, да ещё и в одиночку. Такого тут не случалось уже лет сто или больше.

А надо отметить, что у данного необычного места и стража тоже была весьма необычной. Чтобы исключить всякую возможность какого-либо сговора как со стороны людей, так и со стороны аннунаков, охрана внешних границ Тилмуна была поручена не кому-нибудь — а демонам смерти. Весьма предусмотрительно.

Это были ужасные и злобные твари, испокон веков питавшиеся жизненной энергией людей, только-только созданных Богами и расселённых по Земле ещё до Великого потопа. В начале времён Великие Боги жёстко с ними воевали и беспощадно их уничтожали, защищая свои «творения» от этих хищников, подобно пастухам, оберегавшим свои отары.

А затем, спустя века, Боги и демоны смерти заключали особый договор. Вообще-то, аннунаки терпеть не могли всякого рода демонов, но эти были на особом счету. Они были полезны. Они стали неусыпной и неподкупной пограничной стражей Тилмуна, не пропускавшей туда людей. По этому договору, все люди-нарушители становились их законной добычей.

Когда старик сел передохнуть на большой камень вблизи тропинки, перед ним сразу же возникли два пульсирующих тёмных облачка. Миг и из завихрений магической энергии немедленно вышли два огромных жутких создания, намного выше человеческого роста.

Это были страшные монстры, трудно поддающиеся какому бы то ни было описанию, вооружённые магическими секирами. Они внушали такой ужас, что от одного лишь их вида любой человека мог лишиться чувств. А кто послабее и вовсе пасть замертво от страха. Недаром о них в мире людей ходили страшные легенды, хотя их самих, так сказать — во плоти, мало кто видел. Это и не удивительно. Встреча с этими демонами означала для человека лишь одно — смерть.

— Стой, смертный! — громогласно провозгласили стражи Тилмуна, — Горе тебе! Ты перешёл запретный рубеж и здесь конец твоего жизненного пути.

Однако, как ни странно, старец совсем не удивился их внезапному появлению прямо у него под носом и, кажется даже, ничуть не испугался. Он словно бы специально присел на камень, дожидаясь, когда стража его обнаружит.

— Вообще-то, я уже давно пересёк этот рубеж! Плохо стали работать, паршивцы, — недовольно воскликнул он неожиданно сильным и властным голосом, никак не вязавшимся с его тщедушной внешностью, — Ещё немного и я, наверное, мог бы постучаться во врата Тилмуна. Совсем вас Нинмах распустила.