Письма, пришедшие из дома её друзьям, тоже не радовали. Драко, только пробежавшись по тексту послания, тут же сжёг его, и остаток дня был особенно раздражителен. Более честно поступил Теодор, протянув изнывающей от любопытства подруге пергамент. Нотт-старший, не используя, конечно, имён, сообщил сыну, что его опасения оправдались, и прошлое всё же настигло их семью. Вернув письмо Тео, Маргарет поджала губы. Всеобщее веселье студентов не вязалось с тем, что происходило на самом деле. Бесспорно, девочка была рада, что удалось спасти жизнь хаффлпаффца, но эйфория, вызванная его и Поттера победой в Турнире, казалась слизеринке чем-то неестественным, напускным. Похожего мнения, по всей видимости придерживались Поттер и его друзья, старательно избегающие шумных компаний и вечеринок. Гриффиндорца тяготило случившееся и неясное чувство вины, ведь он, сам того не желая, едва не погубил Диггори. Седрик, как он думал, лишь по счастливой случайности не успел коснуться Кубка одновременно с самим Поттером. Маргарет, благодаря книге знала мысли и кошмары мальчика. Ему ещё долго будет видеться плоское, безносое лицо Волдеморта и его шелестящий шёпот «убей лишнего!».

Чаяньям слизеринки на побег Каркарова сбыться было не суждено. Через несколько дней после победы Поттер с компанией своих друзей наткнулся на изуродованный труп директора Дурмстранга. Весть об этом облетела Хогвартс буквально за час. На ужине Большой зал был драпирован чёрной тканью, а дурмстрангцы выглядели подавленными и какими-то особенно тихими. Виктору пришлось тяжелее других, несмотря на то, что он не одобрял политики директора, тот всё же был его наставником. Маргарет старалась быть рядом с другом и всячески поддерживала его. После ужина Крам сбежал в библиотеку, где его, как Маргарет подозревала, непременно утешит Грейнджер.

В тот же вечер вернулся профессор Снейп и, пожалуй, эта была единственная хорошая новость за весь день. Маргарет не могла не заметить, что он был бледнее обычного и двигался ещё более осторожно, точно экономил и без того немногочисленные силы. Злясь на саму себя, директора и героизм декана, Эйваз спустилась в подземелья. Не позволяя себе одуматься и признать право учителя на личное пространство, девочка с коротким стуком, вошла в его кабинет. Немой вопрос в глазах преподавателя она проигнорировала, безмолвно поставив Укрепляющее зелье, приготовленное по рецепту матери, на преподавательский стол.

- Что это? – без всякой интонации спросил профессор Снейп, не сводя взгляда с лица ученицы.

- Укрепляющее зелья. Мама готовила его для тех, кто попал в немилость, – негромко произнесла Маргарет и всё же отвела глаза. Выдержать взгляд зельевара она не смогла, кажется, впервые за всё время обучения.

- Вы полагаете, что знаете Тёмного Лорда? – предостерегающе тихо уточнил декан, и от его тона по спине слизеринки прошёлся табун мурашек. – Думаете, можете спрогнозировать его поведение?

- Нет, сэр. Не могу. Но я была в его разуме, там нет места прощению, – произнесла ученица почти шёпотом. От воспоминаний о недавнем видении девочку передёрнуло, и она поспешно сменила тему. Неудачно, судя по потяжелевшему взгляду профессора Снейпа. – Мне жаль профессора Каркарова. Вы знаете, кто его убил?

- Я, – холодно произнёс профессор Снейп, встречая удивлённый взгляд вскинувшейся Маргарет неприятной усмешкой. – Удивлены, мисс Эйваз?

Девочка покачала головой, не доверяя своему голосу. Чего-то подобного следовало ожидать. Волдеморт не мог не проверить преданность вернувшегося после «предательства» Снейпа и задание подобрал соответствующее – убийство товарища, однажды «сменившего сторону». Логика в этом, определённо была, но жестокости, безусловно, больше.

- Мне жаль, – негромко произнесла девочка и чуть пододвинула флакон по столу ближе к преподавателю. – Выпейте зелье, оно поможет.

Больше ничего не говоря, она покинула кабинет декана, спиной чувствуя его тяжёлый, уставший взгляд. В одиночестве она оставалась недолго – её нашли друзья и утянули в факультетскую гостиную. Мальчикам тоже требовалось высказаться о произошедшем. Устроившись у камина, троица вскоре расширилась до четвёрки – к ним подсел задумчивый Блейз. Кребб и Гойл сидящие на соседних креслах, участия в негромкой беседе не принимали, но выглядели не менее подавленными, чем Малфой. Похоже, их вести из дома тоже не были радостными. По всей видимости, возрождению Волдеморта по-настоящему радовался только один волшебник – Барти Крауч младший, все остальные же слишком полюбили «мирную жизнь», чтобы праздновать возвращение хозяина.

- Отец написал, что всё обстоит даже хуже, чем тогда, – обронил Драко едва слышно. – Инферналы и то выглядят более живыми, нежели Он, и, похоже, изменения затронули не только внешность…

- Он приближает палачей, не дипломатов, – кивнул Теодор, устало проведя ладонью по лицу. Маргарет невесомо накрыла руку друга своей. Мальчик слабо улыбнулся в ответ на этот жест поддержки. – Эйвери спас всех, приняв первый удар на себя.

- Отец уже поблагодарил его за это, – невесело усмехнулся Драко и совершенно непривычным жестом взъерошил волосы. – Это безумие! Я думал…

- Что всё обернётся иначе? – криво улыбнулся Блейз, которому тоже было не до шуток. Несмотря на непричастность его семьи к делам Пожирателей Смерти, Забини здраво полагал, что когда Волдеморт наберёт силу, то вспомнит и о «новом поколении» и тогда вчерашние школьники будут должны выбрать за кого они.

- Отец попробует вернуть былое расположение, но он не знает, как скоро это удастся, – мотнул головой Малфой. – Крёстный был у нас этой ночью.

- Ты же сейчас от декана? Как он? – обратился к Маргарет Теодор.

- Держится, – вздохнула девочка, припомнив холодный и отстранённый взгляд декана.

- У него и вариантов нет, – дёрнулся как от удара Драко. - Каркаров сбежал и чем это ему помогло?

Маргарет промолчала, не собираясь выдавать тайну убийства директора Дурмстранга. Отчего-то она верила, что смерть бывшего Пожирателя Смерти была быстрой и безболезненной, а все увечья получило уже мёртвое тело. Однако ужаса самой ситуации это не меняло.

- Что будем делать мы? – уточнил Забини, сцепляя пальцы в замок. – Бежать?

- Нам некуда, мы связаны родителями, а они – нами, – покачал головой Нотт, его большой палец погладил холодную ладонь подруги. – Но ты и Грета можете уехать. Это было бы разумно.

- Я не оставлю Вас, – упрямо вздёрнула подбородок Маргарет, Блейз согласно кивнул.

- Ты ещё ополчение собери, гриффиндорка, – насмешливо фыркнул Малфой.

Слизеринка только пожала плечами, не желая вступать в спор. Драко блекло улыбнулся. Несмотря ни на что, он был рад, что друзья не оставят их одних наедине с Волдемортом. Остаться одному в такое время казалось Малфою самым ужастным наказанием.

Утром в день отъезда из Хогвартса, директор разразился речью прощальной речью об Игоре Каркарове, не забыв упомянуть, что его смерть дело рук вернувшегося Волдеморта. Слизеринка на одно короткое мгновение вскинула взгляд на профессора Снейпа. Декан выглядел несколько лучше, чем накануне, и девочка подумала, что тот всё-таки принял принесённое студенткой зелье. Несмотря на это, Мастер Зелий выглядел осунувшимся и каким-то ещё более сосредоточенным, чем обычно. Известие о том, что Волдеморт снова жив, было воспринято студентами крайне неоднозначно. По залу пронесся взволнованный шепот. Одни смотрели на Дамблдора со страхом, почти животным ужасом, на лицах других (коих было большинство) читалось недоверие. Директор спокойно дождался, пока поднявшийся после его реплики шум стихнет.

- В Министерстве Магии не желают, чтобы я сообщал Вам это, – продолжил он негромко, но его слова волшебным образом разнеслись по всему залу. – Возможно, многие из ваших родителей будут в ужасе от того, что я это сделал. Потому, что они не хотят верить в возвращение Волдеморта или потому, что считают вас слишком маленькими. Я считаю вас всех достаточно взрослыми, чтобы понимать и правильно оценивать происходящее. Я уверен: правда, в любом случае, предпочтительнее лжи.