— Не пререкайся!
Я выпучила глаза, глядя на разъярённую Родос и вспоминая свой сегодняшний перформанс у доски. Я взболтнула лишнее? Да нет.
— Отвечай! — закричала профессор.
— Из общего, — отступая от надвигающейся на меня высокой худой женщины, пробормотала я.
— В общем зале такой информации нет! — нокаутировала меня преподаватель. — Думаешь, я бы задала тебе то, что ты легко сделала, после твоего неподобающего поведения на моём занятии?!
Я пятилась спиной к выходу, чувствуя растущую опасность от Родос.
— Кто провёл тебя в зал доступа уровня III? — продолжала наступление профессор.
— Но… — я не знала, что ответить.
— Говори! — синие глаза преподавателя покрылись дымкой. — Или из этой аудитории ты не выйдешь!
Ну нет! Теперь я точно ничего не скажу.
— Кто?! — проорала Родос.
— Я, — раздался спокойный, уверенный голос за моей спиной.
Ярость Госпожи Родос мгновенно улетучилась, сменившись шоком и недоумением. Я же медленно развернулась к своему спасителю, ожидая увидеть кого угодно, но не Господина Тира.
Кивнув в знак благодарности профессору Тиру, я поспешила удалиться, тем более к двери я уже добралась.
Пусть преподаватели сами обсуждают свои мотивы. Зачем одна задала мне доклад на тему, которую я чисто физически не могла бы подготовить, а второй соврал, что нарушил правила Академии СиЛ, которые сам же и преподаёт? Всё. Финиш. Ещё пару таких дней, и меня можно смело отправлять в лечебницу с помутнением рассудка. Не хочу об этом думать… и на занятие к чокнутому профессору тоже не хочу.
Я резко развернулась на пятках и направилась в сторону столовой с чётким намерением поесть, а потом подняться к себе и лечь спать. Если вызовут к ректору, скажу, что голова болела. В конце концов, у меня потеря памяти — мне можно.
— И почему это мы прогуливаем? — встретил меня вопросом Око, едва я закрыла за собой дверь.
Я постаралась многозначительно посмотреть на паука в надежде, что в моём взгляде он прочтёт удовлетворяющий его ответ и отстанет.
— «Этика» почти закончилась, может, ты ещё и «Историю Академии СиЛ» пропустишь? — не подействовал мой трюк на паука.
— Пропущу, — твёрдо сказала я.
— Второй пропуск за семестр, — подсчитал Око. — Господин Тир не оценит.
— Мне плевать, что он там оценит, — слишком эмоционально бросила я.
Кажется, нервы сдают — я точно скоро стану истеричкой.
— Несделанная домашка лучше, чем прогул, — настаивал Око.
— Не в этом дело… — я опустилась на кресло и, почувствовав слабость во всём теле, чуть не расплакалась.
— Рассказывай, — тепло произнёс Око и посеменил по столу в мою сторону.
Неловкие движения паука умиляли: всё-таки приятно, что теперь я снова не одна.
Дождавшись, когда Око устроится на моей руке поудобнее, я начала свой рассказ. Удивительно, но маг меня не перебивал, а лишь обеспокоенно повторял: «Продолжай». Дойдя до сцены с участием Господина Тира, я почувствовала острую боль в предплечье.
— Ау! — вырвалось у меня после укуса паука: хорошо, что за ногу больше не трогает, вампир недоделанный. — Ты обалдел?
— Будешь знать, как свои фантазии за правду выдавать! — высказался Око.
— Что?! — оторопела я.
— Не смей позорить величайшего профессора! — рассердился Око. — Имя Господина Тира неуместно в твоих девичьих шутках.
— Ты мне не веришь? — в недоумении спросила я.
— Верю, но не во всё, — уже спокойнее ответил паук.
— И что же, по-твоему, выдумка? — ядовитым тоном обратилась я к магу.
— События, где Господин Тир порочит своё имя, заступаясь на безымянную адептку, — уколол Око и добавил. — Могла бы честно признаться, что тебя исключили и дали на сборы стандартные три дня. Необязательно прикрывать своё неумение держать язык за зубами уважаемым профессором.
Или паук меня не услышал, или безграничное обожание преподавателя «Истории Академии СиЛ» заволокло членистоногому глаза? Мне пришлось ещё раз в подробностях пересказать магу приключившийся со мной утром случай и даже поклясться на «Уставе Академии Солнца и Луны», так как более священной и почитаемой Око книги в комнате не нашлось.
— Допустим, ты не врёшь, — сдался паук. — Тогда почему ты не пошла на занятие?!
— Ты сам не понимаешь? — заговорщицким тоном начала я. — Он же чокнутый.
— Чокнутая здесь ты, — огрызнулся Око. — А если ты не откажешься от своей идеи прогулять, то скоро станешь ещё и отчисленной.
Ясно. Значит, не посплю. Пришлось уступить пауку и согласиться вернуться на занятие. Однако одну Око меня не отпустил: устроился на воротнике пиджака в виде миловидной броши, чтобы воочию лицезреть тронувшегося умом профессора.
— Мисс Мира, занятие идёт уже двадцать минут, — с прищуром констатировал Господин Тир, когда я замерла, стоя в дверном проёме аудитории.
— Прошу прощения, — выдавила я.
— Что же, проходите, — слишком легко впустил меня профессор: не к добру.
До конца занятия Господин Тир не обращал на меня никакого внимания, изнуряя вопросами землевиков. Каждую пару преподаватель «Истории Академии СиЛ» выделял группу первокурсников и мучительно издевался, требуя тысячу раз повторять наизусть правила Академии и доводя до рвоты всех остальных слушающих.
Едва звук колокола оповестил профессора о конце занятия, как профессор разрешил адептам покинуть помещение, забыв выдать новую порцию домашки. Странно: Тир никогда не упускал возможности напоследок нагрузить студентов новой темой.
Сама того не замечая, я осталась в аудитории одна наедине с Господином Тиром.
— Почему же вы не торопитесь на перерыв? — наклонив голову, спросил меня профессор, а потом неудачно пошутил. — Или вы решили наказать себя за опоздание?
— Согласно «Правилам поведения в Академии Солнца и Луны» первое опоздание на занятие или прогул отмечается лишь устным выговором, — набралась смелости я, подыскивая тему для вступления с преподавателем в диалог.
— Вы правы, мисс Мира, — улыбнулся Господин Тир. — Однако в первый учебный день вы не удосужились посетить мой предмет, потому…
— Вы вправе написать на меня докладную на имя ректора с требованием отчислить меня за нарушение дисциплины или назначить наказание по собственному усмотрению, — перебила я преподавателя, случайно всплывшими знаниями, которые так усердно Господин Тир вколачивает нам каждый урок.
— Похвально, — хмыкнул профессор и отпустил меня, заявив, что наказывать за опоздание меня не станет и что за помощь с Госпожой Родос я ему ничего не должна.
День становился всё страннее и страннее.
Вплоть до «Физической подготовки» с Господином Зергалом занятия проходили достаточно терпимо: я почти успокоилась и отпустила ситуацию, произошедшую на «Истории Сидона». Око ничего не комментировал — это наталкивало меня на мысль, что я в безопасности: паук бы точно не молчал, если бы мне что-то угрожало.
Однако стоило мне встретиться со Стефи, как моё хрупкое спокойствие было вновь нарушено.
— Привет, дохлячка, — заметила меня рыжеволосая стерва.
Да, стерва — другого мнения о ней у меня нет! Естественно, её приветствие я проигнорировала. Несмотря на то что я сама вызвалась и теперь обязана стоять в паре с сестрой Дариана, добрых чувств по отношению к дерзкой принцесске я не испытывала.
После истории с применением магии Стефи почему-то стала вести себя осторожнее: бросалась оскорблениями, но настоящую силу ко мне не применяла. Дора шутила, что Дар её запугал, я же думала, что это просто затишье перед бурей. Сейчас же, уверена, и до Стефи донёсся слух о моей потере памяти: у неё появилась возможность закрыть конфликт, но рыжая упрямо продолжала меня задевать.
— Поаккуратнее, дохлячка, или ты забыла, с кем ты находишься?! — пропищала Стефи, когда мне, наконец, удалось подставить ей подсечку, и добавила. — Ах да, тебе же память отшибло.
Рыжая рассмеялась.
— Зачем мне запоминать, если с первого взгляда понятно, какая ты дрянь? — вырвалось у меня, а в руках Стефи заалели фаерболы.