– Арила-ор-Свер-алть-Кайрат, девушка-ловец из деревни… нечётко написано, но должно быть Кайрат по смыслу, да так и есть, наверное. Меня схватили у двойного острова воины посёлка Хавар. Они связали меня и… тут почти не читаемо, да ещё и заштриховано, словно эта Арила-ор передумала и затирала написанное… Тут вроде имя какое-то. То ли Ваазек-хуф, то ли Баязк-хуф, но, судя по постфиксу, это шаман… Поверх знака ловца набил мне чёрную татуировку рабыни. Теперь меня ведут вместе с двумя рабами куда-то на юг. Из разговора я услышала, что меня ведут продавать к Красным Скалам. Кто прочтёт эту надпись… вообще не понять. А! Кто прочёт пусть срочно сообщит в посёлок Кайрат, что меня незаконно похитили. Написано в дни цветения желтопуха… далее совсем неразборчиво.
– Давненько же это случилось – желтопух цветёт в середине весны сразу после окончания сезона дождей, – заметил один из охотников.
– Мдааааа. Жаль девчонку, но похоже, ей уже не помочь – слишком давно это случилось…
После наступившего долгого молчания Валери высказал свой вопрос:
– А как возможно вообще продать такую фальшивую рабыню? Она же сразу же расскажет свою историю, слух рано или позже дойдёт до посёлка Кайрат, и там подтвердят её статус ловца! Да всех участников этого грязного дела власти сразу же накажут!
– Значит, её собирались продать вовсе не в один из лесных посёлков. И те, кто её вели на продажу, были совершенно уверены, что девчонка уже никогда и никому не сможет рассказать свою историю.
* * *
Спала Валери ужасно. Тяжёлые своды пещеры давили на плечи незримой тяжестью, дым от костра раздражал глаза, а холодный камень пронизывал тело даже через соломенную лежанку. Но главное были сны – не успевала девочка закрыть глаза, как являлся кошмар. Сцены и декорации в этих снах были разными, но идея всегда одна и та же – связанную юную охотницу куда-то тащат и бросают в клеть или яму для рабов. Она пытается кричать своим обидчикам, что она охотница, а трогать охотников запрещено законом, но люди вокруг неё лишь смеются. Потом появляется кто-то страшный в зверином костюме и с маской шамана на голове, этот жуткий человек несёт набор иголок и плошку чёрной краски. Валери с ужасом понимает, что ей хотят сделать татуировку рабыни поверх знака охотницы, и просыпается в липком поту…
Вот и сейчас после очередного повторения того же самого сна девушка в ужасе распахнула глаза. Сердце стучало часто и нервно, руки тряслись, очень хотелось пить. В пещере стояла тьма, лишь огонёк слабого костра разгонял тени. Рядом на краешке соломенной подстилки спала маленькая Сестрёнка. Поодаль огромный Кровожад шумно чесался и выкусывал блох из шерсти. Верный пёс не спал и дежурил ночью, охраняя безопасность маленькой хозяйки.
Валери встала и направилась к роднику с чистой водой. Струя пронзительно холодной воды с журчанием била из трещины в стене и стекала по промытому в камне жёлобу вдоль одной из стен пещеры, исчезая в небольшом, но явно очень глубоком колодце. Девушка набрала в сложенные ладошки воды и сперва смочила рассохшиеся губы, после чего медленно-медленно осушила воду. Всё тело ныло от усталости и требовало отдыха, однако при воспоминании о ночных кошмарах спать Валери совсем расхотелось.
Охотница осмотрелась и обнаружила, что не только ей в столь поздний час не спится – у костра на корточках сидел Стерх и, похоже, беззвучно молился духам Леса. Девушка решила, что и ей не мешало бы попросить у духов Леса удачи перед завтрашним тяжёлым днём. Валери также надеялась, что молитва очистит разум и позволит избавиться от ночного кошмара. Охотница тихо подошла к костру и опустилась на корточки рядом с учеником шамана. Стерх никак не отреагировал на появление девушки. Он сидел с закрытыми глазами и беззвучно шевелил губами. Валери тоже закрыла глаза. Но едва девушка коснулась пальцами своего амулета…
Огонь. Шум. Крики. Лающие собаки. Она бежит со всех ног, спасаясь непонятно от кого. Ужас сковывает её тело, ноги спотыкаются. Затем сверху сваливаются сети, и девушка падает на землю…
Валери открыла глаза и встретилась взглядом с внимательно за ней наблюдающим Стерхом. Ученик шамана через силу улыбнулся самыми краешками губ:
– Тоже всякая гадость привиделась?
Юная охотница, всё ещё не пришедшая в себя от пережитого, подтверждающе кивнула.
– Вот и мне каждый раз Духи Леса предсказывают неминуемые опасности, как только я спрашиваю у них про Красные Скалы. Как думаешь, Валери-урла, может, и не стоит нам идти туда?
Валери встала с колен, присела на корточки и обняла руками свои ноги. Девушка долго молчала и смотрела на огонь, словно пламя могло дать ей какой-нибудь совет. Но огонь лишь весело хрустел сгорающими палочками хвороста и не собирался помогать растерянной девочке. Наконец, Валери встала на ноги, отряхнулась и пошла собирать свои вещи.
– Уже светает. Пора идти дальше. Все люди посёлка Хунай надеются на нас с тобой. И потому с благословением духов Леса или без благословения, но мы пойдём к Красным Скалам. Это наш с тобой долг.
Ночёвка среди ядозубов
Погода, словно позабыв о наступлении сезона дождей, с самого утра стояла ясная и по-летнему жаркая. Яркие отблески солнца отражались в бесчисленных лужах и искрились в звонких весёлых ручьях. Местность постепенно менялась. Остались далеко позади заросшие хвощом и густым кустарником заболоченные равнины. Закончились зелёные, покрытые травяными коврами холмы. Маленький отряд уже более часа шагал по обсыпающимся каменистым склонам. Кустов и травы в этой местности совсем не росло, зато во множестве на камнях имелись мох и яркие лишайники. Деревья тоже практически не попадались, да и те, что встречались, оказывались какими-то угнетёнными и уродливыми.
– Плохая почва, мало пищи для корней, – прокомментировал Стерх очередного древесного уродца.
Деревце оказалось перекрученным и поломанным, куски коры рваными мёртвыми лохмотьями свисали с оголённого, обгрызенного чьими-то зубами ствола. Однако упрямое растение не сдавалось ветрам, непогоде и скудному грунту. Оно боролось за свою жизнь, просовывая корни в малейшие трещины между камнями и вытягивая крохи питательных веществ. Такая воля к жизни вызывала уважение. Валери остановилась, скинула свою сумку наземь и принялась раздвигать валуны вокруг корявого безобразного ствола.
Стерх ничего не стал говорить по поводу этой незапланированной остановки и после минутного наблюдения тоже принялся помогать девушке. Вдвоём работа пошла гораздо быстрее, они сумели откинуть несколько самых близких к дереву камней. После чего юная охотница согнула пару бесполезно упёршихся в скалы длинных лохматых плетей, указав корням верный путь к плодородной почве. Девушка даже присыпала их землёй и привалила плоскими камнями, чтобы порывистый ветер снова не откинул корни с правильного места. С трудом разогнув уставшую от тяжёлой работы спину, Валери подошла к оставленной котомке и развязала тесьму, доставая провизию.
– Мне нужно немного отдохнуть, Стерх. Полдень ещё не настал, но что-то я уже утомилась.
– Неудивительно, – ученик шамана присел рядом на валун и с благодарностью принял из рук охотницы завёрнутый в лепёшку кусок обжаренного мяса. – Ты же ночью так и не смогла нормально уснуть. Всё время стонала во сне и просыпалась.
– А сам-то? Глаза вон тоже красные от недосыпа.
– И я тоже не смог отдохнуть, – легко согласился мужчина. – Тревожно мне что-то было. Да и всё утро ощущение опасности не только не проходило, а скорее даже наоборот усиливалось. Сперва думал на тех двух ловцов. Странные они какие-то были. Молчали почти всё время, а когда охотники заставили их рассказывать про Красные Скалы, я почувствовал фальшь в словах рассказчиков. Эти ловцы явно о чём-то знали, но не стали об этом говорить… Затем уже ты отличилась – показала при чужих людях свой стальной нож. И о чём ты только думала, Валери? Тут даже без шаманских навыков трудно было не заметить алчности во взглядах охотников, а уж ловцы так и вовсе забыли обо всём на свете, смотрели на твоё оружие и о чём-то шептались полночи. Именно из-за них я и не ложился спать. А уж когда ловцы вышли следом за нами из убежища и пошли в ту же сторону, что и мы, ощущение угрозы стало вообще невыносимым. К счастью, ловцы вскоре свернули в сторону и не стали преследовать нас.