– Мэ’лы или «мелки», как их называют. Расчёты производятся только в электронном виде, причём миелонские кошельки тоже подходят для хранения и пересылки мелеефатской валюты. Но ты прав, капитан, при попытке обмена такой крупной суммы могут возникнуть серьёзные проблемы, вплоть до конфискации звездолёта…
Э нет, такой «радости» нам точно не надо! Так глупо рисковать своим звездолётом я однозначно не собирался и поинтересовался у Улине другими вариантами. Торговка замялась:
– Ну… есть одна миелонская станция, где можно недорого приобрести трофейные корабли и их составляющие. Вот только, боюсь, этот вариант тебе не понравится.
– Пиратская станция Меду-Ро IV что ли? – сразу догадался я, и Улине заурчала не то встревоженно, не то наоборот обрадованная моей догадливостью. – Почему же «не устроит»? Очень даже интересный вариант! Да, нравы там на станции… специфические, мягко говоря, к этому нужно привыкнуть. Но при правильном поведении никто нас трогать не станет, а цены там действительно привлекательные. К тому же мне как раз нужно совершить там «визит вежливости» к одному излишне зарвавшемуся фальшивомонетчику, да и Переводчица на станции служит, готовая вступить к нам в команду. Ну и один Торговец из триллов там для меня одно колечко интересное обещал придержать, не продавать другим. В общем, именно на пиратскую станцию мы и отправимся… Что такое, Минн-О?
Действительно на моей вайедда просто лица не было, никогда не видел принцессу в настолько убитом состоянии. Неужели переданные от меня слова не подействовали, и жуткий старик всё же поднял руку на свою внучку? Именно этот вопрос я и задал своей спутнице. Минн-О подняла на меня полные слёз глаза и сообщила:
– Муж мой, соправитель человечества высший маг Тумор-Анху Ла-Фин скончался вчера в возрасте ста восьмидесяти лет. Во всём мире объявлен трёхдневный траур. Похороны великого мага состоятся завтра на древнем фамильном кладбище семьи Ла-Фин.
Глава двадцатая. Старт!!!
У меня не было никаких поводов любить лэнг Тумор-Анху Ла-Фина. Могущественный маг являлся явным врагом моей фракции и лично мне, и никогда не скрывал этого. Если бы жуткий старик мог, то без малейшего колебания и сострадания уничтожил бы не только меня, но и весь мой мир. Однако сейчас, прижимая к себе рыдающую от горя Минн-О, я всё равно не мог отделаться от чувства тяжёлой личной утраты, а уж тем более не думал злорадствовать по поводу смерти лидера Тёмной Фракции. Отправив Эдуарда Бойко под Купол сообщить нашим союзникам о случившемся, я продолжил выяснять у принцессы подробности смерти великого мага.
– Слуги говорят, деду стало плохо после разговора со мной. Он почернел лицом, его руки сильно дрожали, даже не могли удержать видеофон. Тумор-Анху принял свои обычные магические эликсиры для восстановления сил и шатающейся походкой удалился в личные покои. Нашли его через два часа, когда кто-то из слуг рискнул зайти в спальню грозного мага, чтобы поинтересоваться самочувствием хозяина. Соправитель с вытаращенными глазами лежал на полу возле своей постели и нечленораздельно что-то бормотал. Сразу началась суматоха. Деда перенесли на кровать, долго искали личного мага-лекаря, который куда-то запропастился в тот момент. Все в доме были растеряны и не знали, что делать. Вызвали Первого Советника Авир-Син Ла-Пиреза и других родственников. К этому моменту слухи о случившимся с соправителем ударе достигли уже других влиятельных магических семей, во дворце Ла-Финов стало не протолкнуться от всевозможных магов и представителей правящих родов. Был собран консилиум из лучших врачей и магов-лекарей, вот только решить он ничего не успел, так как к этому моменту Тумор-Анху уже умер.
Минн-О Ла-Фин снова разрыдалась. Я же задал самый напрашивающийся, как мне казалось, вопрос:
– А почему великого мага сразу не оттащили в вирткапсулу, чтобы игра его излечила?
Вайедда подняла на меня полные слёз глаза и не столько ответила, сколько выкрикнула с нескрываемой горечью в голосе:
– Да потому, Комар, что это было расчётливое убийство! Слишком многих врагов нажил соправитель Тумор-Анху за свою долгую жизнь, слишком многим он перешёл дорогу. Поэтому все эти «лекари» лишь имитировали помощь, а на самом деле просто тянули время, чтобы мой дедушка умер!
Мне снова пришлось успокаивать Минн-О. Остальные члены команды, видя несвоевременность момента, постарались не лезть со своими вопросами и разошлись, занявшись делом. Наконец я поинтересовался у принцессы, кто станет новым главой рода Ла-Фин?
– Ты конечно, – даже удивилась подобному вопросу моя вайедда.
– Я??? – новость была настолько шокирующей, что я не удержался и перешёл на крик.
Принцесса наоборот собралась и принялась максимально доходчиво объяснять:
– Имелись бы у меня магические способности, или если бы у нас с тобой был общий ребёнок, то может и возникли бы другие кандидатуры. Но ты единственный маг в семье Ла-Фин, и потому тут вообще без вариантов – ты теперь новый глава древнего правящего рода Ла-Фин!
Новость была, мягко говоря, неожиданной. Я – новый глава одного из древнейших правящих родов магического мира?! Да это такая шутка, должно быть, причём не слишком удачная. Ну какой из меня правитель?! Да меня вообще нет в том мире! Кстати… я осторожно поинтересовался у своей вайедда, должен ли я теперь по каким-то их законам лично присутствовать на всяких церемониях?
Минн-О посмотрела на меня, словно на маленького неразумного ребёнка:
– Комар, ты чего?! Да тебя же моментально убьют, стоит лишь тебе появиться в моём мире! Ты претендент на роль одного из соправителей человечества и наследник огромного состояния, а потому в живом виде никому там, кроме меня, не нужен! Пойми, род Ла-Фин очень богат, и на богатства моей семьи многие маги давно зарились, вот только при живом Тумор-Анху всё же не смели открыто скалиться. Но не успело тело великого мага остыть, как все эти стервятники уже начали требовать себе куски нажитого богатства! Огромные территории, миллиарды подданных, принадлежащие семье Ла-Фин корпорации и банки… сейчас всё это некому защищать. Грядёт обширный передел имущества, все более-менее влиятельные роды захотят урвать себе кусок пожирнее, вспыхнут настолько кровавые свары, что мир содрогнётся! Такое уже было в истории моего мира двести лет назад, когда рухнула династия соправителей Аз-Дур. Те годы называют с тех пор не иначе, как «семь лет безумия», настолько тогда было жутко. Так что не тебе нужно переходить в мой мир, а наоборот меня оттуда вытаскивать как можно скорее, если жизнь твоей вайедда тебе хоть сколечко дорога!
Сохранение жизни моей «походной супруги» являлось безусловно важной задачей. Вот только не в моих традициях было сдаваться без борьбы и отдавать кому-либо моё имущество из-за угроз и наглого шантажа. В школе на любые требования хулиганов-старшеклассников «вывернуть карманы и поделиться мелочью» всегда следовал удар ногой в пах или костяшками пальцев в переносицу, даже если мне это грозило неприятностями и побоями. Все школьные рэкетиры выучили этот болезненный урок, у меня даже сложилась репутация «неадекватного психа, с которым лучше не связываться».
Вот и сейчас отдавать всяким налетевшим стервятникам наследство, принадлежащее по праву мне с супругой, я точно не собирался. Более того, раз уж я – старший маг и глава рода Ла-Фин, то мой священный долг бороться за сохранение богатств семьи! При всём при этом я оставался реалистом и полностью разделял опасения Минн-О по поводу опасности моего появления в её магическом мире, в котором я слишком многим мешал и был бы немедленно устранён.
Казалось бы, как можно бороться за своё имущество, не находясь при этом в том мире лично? На первый взгляд это совершенно невозможно. Но я не видел здесь никакого противоречия – принцесса Минн-О рассказывала, что все более-менее значимые личности её магического мира уже находятся в игре, искажающей реальность. А значит, мои контакты с ними вполне возможны. Как и реальна возможность договориться с этими важными персонами, если на моей стороне будут серьёзные аргументы. Моё личное знакомство с правителем Земли кунг Вайд Шишишем уже являлось одним из таких аргументов, заставляющим любых оппонентов считаться с Комаром. Обнулённая нода «Кладбище» была хорошим тому примером.