В итоге Тини понял мои тревоги и опасения, и даже обещал в своих сообщениях не раскрывать наши секреты, хотя полностью прекращать отсылать отчёты представителям своей расы миелонский подросток всё же не был готов. От меня «котёнок» уходил в глубокой задумчивости, и я его вполне понимал. Столкнулись два не всегда совпадающих интереса – верность капитану герд Комару и густо замешанное на благоговении перед великими представителями своего народа желание выслужиться перед лидерами миелонской расы. При этом я вовсе не был уверен, что в случае возникновения конфликта интересов Тини выберет мою сторону. Но стоило ли осуждать за это моего подопечного или как-то его ограничивать? Едва ли. Сам я, будучи в экипаже Ураз Тухша, тоже прежде всего держал в голове интересы своей фракции и родной планеты, а уж только потом инопланетного капитана.
Но всё же, как смог, я постарался подкорректировать систему жизненных ценностей и приоритетов подростка. Пусть по-прежнему считает себя избранным, на которого обратили внимание сильные мира сего. Пусть передаёт своим миелонцам отчёты, раз уж за них ему платят деньги. Вот только в этих отчётах не будет информации, которую капитан не желает раскрывать, или которую сам Тини посчитает вредящей своему наставнику и его команде.
Навык Псионика повышен до шестьдесят седьмого уровня!
Навык Мистицизм повышен до двадцать третьего уровня!
Уф, как же тяжело далась мне эта беседа с воспитанником… Мана, не успевшая восстановиться после общего собрания, снова обнулилась. И не успела дверь за Тини закрыться, как в мою каюту прошмыгнула «походная супруга». При виде принцессы я постарался натянуть на лицо приятную вежливую улыбку и не выдать того стона отчаяния, который рвался в этот момент наружу – насколько же моя вайедда пришла несвоевременно! Беседы с Минн-О всегда требовали серьёзного ментального воздействия и большого расхода Очков Магии, а я сейчас был полностью опустошён…
Между тем, едва успев закрыть за собой дверь, Минн-О Ла-Фин с ходу выпалила, чтобы я не придавал значения словам Эдуарда Бойко, поскольку «это всё неправда». Принцесса заявила, что вовсе не пыталась после смерти деда выслужиться перед своей фракцией и уж тем более не собиралась взрывать наш фрегат. Более того, сама Минн-О полагала, что на общем собрании Эдуард обвинил её лишь потому, что сам неравнодушен к ней и даже навязчиво преследует. Так, во время ремонта корабля Космодесантник всё время старался оказаться в одной бригаде с принцессой, а если это не получалось, то всё равно находился поблизости. Минн-О постоянно ловила на себе внимательные взгляды непрошенного ухажёра. Эдуард не раз пытался заговорить с принцессой Тёмной Фракции, в том числе на весьма фривольные темы, совершенно не касающиеся ремонта корабля. А пару раз во время совместных работ и вовсе, якобы случайно, дотрагивался ладонями до… тут Минн-О густо покраснела и употребила словосочетание: «место, которое человеку без зеркала не рассмотреть».
Судя по всему, возмущение Минн-О не было наигранным, и кое-какие эпизоды излишне навязчивых ухаживаний со стороны Космодесантника действительно имели место. Я даже припомнил разговор своих друзей во время обеда под Куполом, где тема красивой девушки из Тёмной Фракции, а также красавиц из НПС-наяд всплывала, и тогда Эдуард высказался в духе того, что «все они не могут считаться полноценными подружками, так как их вообще нет в нашем мире, они лишь виртуальные, ненастоящие». И хотя происходило всё описанное до того, как принцесса сообщила о переходе во фракцию Human-3 и в наш мир, что сразу делало её вполне «настоящей», я всё же пообещал поговорить со своим спутником и потребовать оставить мою вайедда в покое.
Вроде интересовавший принцессу вопрос был решён, но Минн-О почему-то не торопилась покидать мою каюту. Проверив ещё раз надёжность дверного замка, моя спутница глубоко вздохнула, развернула подвешенное «кресло-гамак» и уселась напротив меня. Судя по всему, меня опять ждал долгий разговор о политике её магического мира, тонкостях общения с конкурирующими магическими родами и сложностях сохранения имущества семьи Ла-Фин.
– Комар… – девушка замялась и вдруг густо покраснела от смущения. – А давай сыграем в карты на раздевание!
Что?! Мои брови взлетели вверх от удивления. Вот чего-чего, но такого развития ситуации я меньше всего ожидал! Выглядел сейчас я наверняка забавно, так как Минн-О прыснула от смеха и продолжила меня уговаривать:
– Сейчас свободное время, ты сам отпустил экипаж отдыхать. Улине спит, твои товарищи по фракции вышли в реальный мир, гэкхо в кают-компании играют в «На-Тих-У». Но в эту игру я не умею, вот и решила предложить тебе сыграть в «подкидного дурака». Я и колоду с собой взяла. Но не на деньги же играть нам, молодожёнам, это скучно и глупо.
Да, принцессе действительно удалось меня удивить. Но, собственно, а почему бы и нет? Хотя… шулерской победы я не желал, а потому честно признался своей «походной супруге», что у неё совершенно нет шансов:
– У меня максимально возможный модификатор удачи, а показатель Восприятия двадцать девять позволяет отличать рисунок на «рубашках», так что я всегда буду знать, какие именно карты находятся у тебя на руках. Поддаваться не в моих правилах, так что ты будешь всё время проигрывать и проигрывать.
– Что ж, в проигрыше тоже имеются свои плюсы, – нисколько не расстроилась моя собеседница. – Зато удастся расшевелить тебя. А то сидишь всё время такой официальный и насупленный, все мысли заняты починкой звездолёта, политикой, войной и прочими серьёзными вещами. На свою супругу времени у тебя совсем не остаётся!
Упрёки были вполне справедливые, и я готов был признать свою ошибку и немедленно исправиться. Встав со своего вязанного «кресла», я пересел в соседний гамак к вайедда и, решительно обняв свою спутницу, поцеловал её:
– Думаю, карты нам сейчас совершенно не нужны – свободного времени не так уж много, чтобы тратить его на подобную ерунду!
Минн-О была не похожа на всех моих предыдущих любовниц. Девушка-красавица с непривычной для нашего мира пепельно-серой кожей очень старалась мне угодить, вот только её неопытность и незнание элементарных, казалось бы, принципов взаимодействия особей разных полов зачастую ставили меня в тупик. Приходилось объяснять, рассказывать и показывать, терпеливо и осторожно, чтобы ещё сильнее не пугать и без того дрожащую от страха и переживаний высокородную принцессу. О какой-то «безумной страсти» речи тут естественно не шло, хотя в целом всё прошло именно так, как и должна проходить близость между мужчиной и женщиной. Вот только на мою попытку достать презерватив (ещё из старых запасов, которые я так и не продал Филире) Минн-О совершенно искренне возмутилась и потребовала, чтобы всё было «как заведено природой».
Через какое-то время мы «закрепили успехи» в этой новой для принцессы, но древней как само человечество любовной науке, а потом просто лежали в гамаке, обнявшись и умиротворённо разговаривая о всяком. В том числе и о «скучной политике», и о разном видении будущего Земли по прошествии тонга безопасности, обещанного нашей планете сюзеренами гэкхо. При этом Минн-О упомянула один очень важный момент, который я намеревался при первой же возможности сообщить Ивану Лозовскому.
Оказывается, та единственная пока что нода «Космопорт», занятая гэкхо на виртуальной Земле, со временем начала проявляться и в реальном мире! Космические спутники, кружащие над альтернативным моему магическим миром, зафиксировали странную погодную аномалию на ледяном материке. Снимки показывали небольшой кусок территории с явно другим, гораздо более тёплым климатом. А ещё на этой территории были замечены необычные постройки, в которых знающие специалисты быстро опознали космопорт гэкхо и соседние с ним сооружения. Вот только отправившиеся на исследование данной аномалии учёные вернулись ни с чем – часть территории ледяного материка почему-то стала недоступной, её словно и не существовало. Члены наземной экспедиции не видели никакой аномалии и проходили сквозь неё, сразу же оказываясь «по ту сторону» от запретной территории. Все же попытки выведать у сюзеренов, что происходит, наталкивались на игнорирование вопросов со стороны Дипломата гэкхо.