— Послушайте, мне очень жаль, — прорычал Хейсмат. Он уставился на свои узловатые руки. До Изменения он был чернорабочим и приехал в Панду, чтобы работать в строительной отрасли. — Я же сказал, что мне было жаль, не так ли? Я не хотел этого делать!
— Госпожа, — всхлипывала Кариса. Хейсмат был ее парнем. — Это было только потому, что он выпил, вы же знаете. Он хороший человек, действительно хороший человек.
— Госпожа Винора, как поживает ребенок? — спросила Илна. Ее голос был тонким и холодным, как ветер с Ледяных Мысов.
— Она будет жить, — ответила Винора. Ее лицо было мрачным, а тон бесстрастным. Она расценила этот случай, как промах с ее стороны. — Она, вероятно, будет хромать всю оставшуюся жизнь, но, возможно, нам повезет.
Илна кивнула. — В этом мире случаются вещи и похуже, — сказала она.
Это была не вина Виноры. Это была вина Илны ос-Кенсет, которая создала ситуацию, в результате которой ребенок получил травму вместо того, чтобы быть защищенным, как предполагалось. Случались вещи и похуже, как она сказала. Она сама совершала гораздо худшие поступки. Но такого больше не повторится.
— Были и другие случаи, когда Хейсмат бил дитя, — сказала Винора. — Они были не такими серьезными, и я узнала о них только после этого события. Простите, госпожа. Я не следила так внимательно, как следовало бы.
— Да, люди совершают ошибки, — тихо отреагировала Илна, не сводя глаз с Хейсмата; он заерзал под холодным оценивающим взглядом. Она подумала: — «По крайней мере, ты осознаешь, что был неправ». Илна была очень зла, и если бы Винора сказала что-то не то — а это не обязательно было бы очень неправильно, то досталось бы и Виноре.
— Госпожа, пожалуйста, — сказала Кариса, бормоча что-то в свой платок, скомканный обеими руками. — Хейсмат хороший человек, только кошки убили всю его семью. Пожалуйста, госпожа.
Ритмичное постукивание — дзинь! дзинь! — железа по камню донеслось со двора. Каменщик ударами тесла с узким лезвием вырезал буквы и украшения для наличника.
Илна разозлилась, узнав, что деньги тратятся на то, что она считала ненужным украшением, в то время как сгодилась бы нарисованная вывеска. Однако прежде чем действовать, она проверила факты; тот, кто злился так же, как Илна, научился проверять факты, прежде чем действовать.
Леди Лайана бос-Бенлиман, невеста принца Гаррика и, менее публично, глава шпионской службы королевства, заказала эту резьбу. Лайана оплачивала работу из своих собственных средств. Илна все еще считала резьбу ненужным расходом, но она давным-давно поняла, что то, что думает она, и то, что думает мир, скорее всего, сильно отличаются.
И Илна также знала, что она совершала ошибки. Иногда ей казалось, что она совершает одни только ошибки, хотя, конечно, это было правдой только в сердце Илны. Она поблагодарила Лайану за ее великодушие.
— Госпожа, — сказал Хейсмат, свирепо глядя на свои руки. — Я не это имел в виду, просто я прихожу домой, а там зверь...
— Это Клухе, госпожа! — сказала Бовеа. — Маленькая Клухе, и это моя вина, я бы остановила ее, когда мы увидели, к чему идет дело, а Хейсмата еще не было дома, а она, должно быть, выскользнула, пока я задремала.
— Я увидел кота, и я подумал о своих трех, которых убили кошки, и я не смог остановиться, госпожа, — сокрушенно сказал Хейсмат, глядя на свои сжатые кулаки. — Я немного выпил лишнего. Я знал, что мне следовало держаться подальше, но я хотел увидеть Карису и... и я не подумал. Я увидел кота, и вышел из себя.
— Госпожа, это из-за выпивки, — вмешалась Кариса. — Я сама виновата, что не держала Клухе взаперти получше, когда стало так поздно, а он еще не вернулся.
— Я уже разделила женщин и приставила к ним более сильных партнеров, госпожа, — сказала Винора тем же сухим тоном, что и раньше. — Они одни из лучших воспитателей, которые у нас есть. Хотя, конечно, я предупредила их, что вы можете уволить их или наказать иным образом.
Илна пожала плечами. — Я озабочена предотвращением повторения, — сказала она, — а не местью. Я сама пыталась отомстить достаточно долго, чтобы понять, что это неудовлетворительный ответ. — «Скольких же Коэрли я убила после того, как они расправились с Чалкусом и Меротой? Многих, конечно. Больше, чем могла бы посчитать даже Мерота, которая считала любые числа, какие заблагорассудится». Илна улыбнулась.
Бовеа, которая случайно посмотрела на нее, подавила крик костяшками пальцев.
— Госпожа, мне жаль, — повторил Хейсмат, спотыкаясь от страха на словах. — Клянусь Владычицей, этого больше никогда не повторится. Никогда!
— Это все из-за выпивки, госпожа, — умоляла Кариса. — Он хороший человек.
Илна посмотрела на девушку без всякого выражения, но, судя по тому, как Кариса съежилась, должно быть, что-то все-таки было. — Что касается мужчин, — тихо сказала Илна, — как человеческих существ, я полагаю, ты права. Хотя я и так достаточно зла, поэтому не понимаю, чего ты хочешь добиться, подчеркивая этот факт.
Кариса моргнула. Она прикрыла рот рукой. — Госпожа, я не понимаю? — пробормотала она. Илна поморщилась. Были овцы с большим интеллектом, чем у этой девушки, которая была ровесницей Илны или старше ее. Тем не менее, Кариса была хорошей матерью сиротам, чего не могла сказать сама Илна. Когда Илна заботилась о Мероте, человек-кошка каменной булавой вышиб ребенку мозги.
— Мастер Хейсмат, посмотрите на меня, — сказала Илна. Лицо Хейсмата скривилось. Его глаза скосились влево от Илны, затем выше нее; он сжал кулаки. — Мастер Хейсмат, — повторила Илна. Она не повышала голоса, но ее гнев звенел, как вибрирующий хороший меч. — Я предлагаю вам альтернативу тому, чтобы быть повешенным, но уверяю вас, что я пойду другим путем, если вы не будете сотрудничать.
— Госпожа, мне жаль, — снова сказал рабочий. Слезы капали на его рыжеватую бороду, а зловонное пятно, темневшее на его серых панталонах, говорило о том, что он потерял контроль над своим мочевым пузырем, но он смотрел прямо на Илну, как она и требовала. — Это больше никогда не повторится, клянусь!
Илна подняла узор, который связала. Это была довольно тонкая работа, хотя никто другой в мире этого бы не понял. Ее узоры, как правило, поражали всех, кто на них смотрел. Так было и сейчас, но только у Хейсмата был фон, на который можно было повлиять. Его воспоминания были нижним жерновом, на котором ткань Илны перемалывала страдания и ужас. Она улыбнулась, потому что была очень рассержена, затем свернула узор и спрятала его в левый рукав. Вскоре она его распутает.
— Хорошо, — сказала Илна, вставая. — Госпожа Винора, вам нужно обсудить кое-какие дела с нянями. Она посмотрела на Хейсмата, который удивленно моргал. — Мастер Хейсмат, вы тоже можете идти. Она подумала, что нужно добавить «И я надеюсь, что больше никогда вас не увижу», но это было бы бессмысленно, а Илна старалась избегать бессмысленного поведения. Учитывая, что все существование казалось ей довольно бессмысленным, все это занятие, вероятно, было упражнением в самообмане, еще одной вещью, которой, по ее словам, она пыталась избежать. Ход мыслей заставил ее улыбнуться.
— Но что же? — спросила Бовеа. Хейсмат и Кариса хранили молчание, вероятно, ошеломленные тем, что они посчитали своей удачей.
— Ничего, Бовеа, помолчи! — рявкнула Винора, отступая от двери. — У тебя и так достаточно неприятностей, девочка.
Илна остановилась и оглянулась. — Ничего, если только Мастер Хейсмат не выпьет, — сказала она, — чего он обещал не делать. Если он не сдержит свое слово, ему предстоит пережить резню своей семьи глазами одного из причастных к этому охотников Корлов. Каждый раз, когда он выпьет.
— Но... — начала Кариса. Хейсмат же просто сидел с открытым ртом. — Выпить? Вы же не хотите сказать, что ему нельзя выпить кружку эля? Госпожа, вода в Панде небезопасна из-за того, что здесь очень много людей, а колодцы такие мелкие!
— Я имею в виду любой напиток, — ответила Илна. — Все, что содержит алкоголь. Что касается воды в Панде, я согласна. Полагаю, ваш друг сможет найти место, где вода безопаснее. Она улыбнулась. — Или он может умереть, — добавила она, критически оглядывая рабочего. Он безучастно уставился на нее, как выброшенная на берег рыба. — Мы все рано или поздно умираем, и в поведении Хейсмата нет ничего, что заставляло бы меня желать, чтобы он был исключением.