Роберт и Доминик давно обосновались за столиком, располагающимся поближе к окну. Молодые люди пили что-то, что Белль явно не пробовала. Она оглядела стопки с недоверием, и сморщила нос.

— Добрый вечер, — сказала девушка, присаживаясь, — классно сидите? Что пьете?

Клэман пожал руку Доминику и затем, Роберту. Казалось, они уже знакомы. Аннабелль и не сомневалась, Доминик многое рассказывал Адаму и редко что-то от него скрывал.

— Аннабелль, что будешь пить? Роб закажет тебя вина? — предложил Доминик, губы его разъехались в пьяной улыбке.

Аннабелль уже успела заметить — Шантильон плохо переносил алкоголь. Его разум улетучивался после одного бокала вина или нескольких глотков виски. А парень рассказывал, что каждое утро после алкотусовки он обязательно мучался от головной боли или тошноты. Морган совсем не удивилась, увидев его подвыпившего.

Роберт подал барную карту и наклонился, чтобы посоветовать напиток.

— Предлагаю взять коктейль «Мартини порн стар», девочкам обычно нравится. Или «Кровавую Мери», можно сделать ее не очень острой.

Морган подперла подбородок рукой, рассматривая ингредиенты напитков. В этом деле она ничего не понимала, поэтому выбирала только по картинкам.

— «Мартини» звучит знакомо, поэтому возьмём его.

— Хороший выбор. В студенческие годы я работал барменом в одном местечке в Торонто, иногда опыт пригождается, — рассмеялся Роберт, подмигнув Аннабелль.

Она с интересом рассмотрела его, подметив некоторую схожесть с Домиником во внешности. Светлые волосы, зачёсанные назад, броский пирсинг-септум в носу, чёрная шелковая рубашка, свободно сидящая на худощавом теле, и увесистые кольца на длинных пальцах привлекающие внимание. Экстравагантность выдывала в Роберте страсть к творчеству.

Он кивнул и отошёл к барной стойке, чтобы сделать заказ. Доминик положил голову на стол, глядя на Аннабелль и Адама.

— Он очень талантливый, я подсел на его песни, — заметил парень.

Клэман и Морган переглянулись, улыбнувшись.

— А еще похож на Драко Малфоя! — сказала девушка. — Сколько ему?

Шантильон махнул рукой.

— Двадцать пять. Он много тусуется, путешествует, развивается. Нам интересно общаться.

— У него, наверное, девушка есть? — предположила Аннабелль, улыбаясь.

— Пф, дорогуша, — закатил глаза Доминик, — богема не приемлет платонической любви.

Роберт вернулся с двумя бокалами. Он поставил их перед Адамом и Аннабелль.

— Сколько я тебе должен? — спросил Адам, вынимая кошелёк из сумки.

— За мой счёт. Друзья Шантильона — мои друзья, —смерив взглядом Клэмана, произнес Зэлард.

Клэман, видимо, не терпя возражений, протянул другу купюру. Роберт закатил глаза и передал бармену, указав, что это его чаевые.

— Хватит. Лучше бы на машину копил, в то ездишь на отцовской. Выпьем уже! — радостно заявил Доминик.

— Отцовский Ровер получше всяких Мерседесов будет, — огрызнулся Адам, улыбаясь.

Друзья подняли бокалы вверх и через секунду Морган почувствовала, как коктейль прожигает горло. Кажется, она раскраснелась, по крайней мере, ей так показалось. Когда она пила водку, ощущения было куда хуже, поэтому коктейль показалось ей сносным.

— Для первого раза — достаточно, — остановил ее Адам.

— Я хочу расслабиться, Адам, я хорошо знаю меру.

— Он прав. Лучше повременить, — сказал Роберт, — нам с парнями не хочется ловить тебя по всему бару.

— Роберт, а кстати? Доминик нам все уши прожужжал про твою музыку! В группе играешь? — поинтересовалась девушка, пропустив мимо ушей слова про алкоголь.

— Да нет, на самом деле. Я пою, музыку пишу сам. У меня рок-группа. Всегда вращался в творческой тусовке, поэтому знакомые часто предлагают что-нибудь этакое.

— И на улицах тоже играешь?

— Не без них, выступления приносят и деньги, и рекламу. Люди выкладывают видео в сетях, меня ищут и треки прослушивают.

— Что будешь делать, когда вырастешь? — ухмыльнувшись, спросил Адам.

Доминик состроил гримасу.

— Забавно. Мне двадцать пять, через пару дней – двадцать шесть. Писать музыку — осознанный выбор, к которому я долго шел. Где я только не работал, чем только не занимался...Так что, когда я вырасту – ничего не изменится. А ты чем на жизнь зарабатываешь?

Аннабелль заметила, как Клэман приободрился.

— Везу на плечах остатки отцовского бизнеса. Он раньше продавал элитные квартиры по всей Канаде, но конкуренты выбили почву из-под ног. Папа спился и умер. Сейчас занимаюсь разгребанием старых связей, долгов, перепродажей некоторых квартир. Типичный взрослый, — проговорил он, опустив взгляд.

— И как?

— Не знаю, но еще чуть-чуть и поставлю точку, бизнес себя изживает. Я совсем не творческий человек, скорее, практик. Может быть, в будущем открыл бы какой-нибудь бар. Пока плыву по течению.

После такого ответа Адама компания приняла решение выпить. Коктейль за коктейлем — Морган переборщила. Она вошла во вкус, под алкоголем впечатления казались в тысячу раз ярче. После первого тоста, молодые люди активно заообщались и стеснение куда-то ушло, вместе с приличием и комплексами. Роберт рассказывал о своих путешествиях: недавно он побывал в Китае, Доминик жаловался на старших братьев, бесконечно устраивающих соревнования между собой, а Адам не упустил возможности рассказать о том, что планирует переехать с Аннабелль после ее выпускного.

— Самое главное — не изменять себе. Сколько дерьма я наслушался от родителей... «Позоришь семью, мы тут все архитекторы, а ты песенки поёшь». Я люблю музыку больше жизни, она меня кормит. Что еще нужно? Перестал поддерживать тесные связи с семьей, — рассказывал Роберт.

Только отвлекшись, Морган решила проверить телефон. Адам усадил ее себе на коленки, она почувствовала горячее дыхание около шеи, ее внутренний контроль почти слетел. По телу прокатилась волна наслаждения. Она прикрыла глаза и обвила руками его шею, зарываясь пальцами в волосах Клэмана.

—Мы все-таки не дома,— сказала Аннабелль, — можешь немножко сбавить темп.

— Я уже представляю тебя в школьной форме, у себя на кровати, — прошептал Клэман ей в ухо.

— Адам...— смущённо опустила взгляд девушка.

Опустив взгляд на телефон, Морган ахнула и все бабочки, циркулирующие в животе, выпорхнули прочь. Писала мама. Полчаса назад.

Мама: «Аннабелль, я нашла у тебя контрольную с 50%. Ну и ну. Это что такое? Она старая?»

Все мысли смещались в одну секунду. Мысленно Морган выругалась и подумала, что можно написать в ответ. Правильный вариант — не лгать. Ложь усугубляет положение.

Аннабелль: «Ее неправильно проверили. Завтра попрошу, чтобы исправили оценку»

Быстро ответив, Морган отложила телефон надеясь на то, что такое положение дел устроит маму. Адам погладил Аннабелль по плечам.Девушка сжалась в комочек, осушив бокал до конца.

— Красавица, что там? Чего там строчишь? — спросил он, взяв ее телефон в руки.

— Мама нашла контрольную с самой ужасной оценкой в моей жизни.

В этот момент Доминик поперхнулся и раскрыл рот от удивления.

— Ты? О! Ужасная оценка? Морган! — с пьяной интонацией произнёс Шантильон.

— Расслабься! Оценки – не показатель! Черт! — прокричал Адам, уронив на свою футболку бокал с вином. Выругавшись на английском, парень принялся оттирать пятно от футболки.

– Любуешься? — спросил Доминик, ударив Аннабелль локтем. – Честное слово, он такой говнюк.

Морган пожала плечами.

— Говнюк, конечно, поэтому мне нравится.

Телефон вновь провибрировал. Новое сообщение завело Аннабелль, теперь она боялась возвращаться домой. Буквы на экране давали какой-то головокружительный эффект.

Мама: «Я позвоню завтра твоему учителю и уточню. А где ты ходишь? Одиннадцать часов, тебя все ещё нет дома. ДАЮ ТЕБЕ ПОЛЧАСА! Или я позвоню отцу – ты нарушила домашний арест!»

— Я в заднице, — прошептала Морган, и слезла с барного стула, — мне нужно срочно домой.