Литмир - Электронная Библиотека
A
A

Если бы отец со своими коллегами не так настойчиво убеждал капитана не брать на себя вину, возможно, генсек прислушался бы к их советам и ему не пришлось бы уходить в отставку.

Я вздохнул. Карьера Сифорта нас больше не касается. А вот карьера отца – дело другое.

– Я подумаю, что смогу сделать, – Адам снова уставился в пустую чашку. – Роб…

– Да, сэр?

– Перестань, ради бога. Ты член Генеральной Ассамблеи, а не кадет. Да и я всего лишь лейтенант в отставке.

– Я обращаюсь так в знак уважения, Адам, и меня это вполне устраивает.

Жесткие черты его лица смягчила улыбка:

– Теперь ты говоришь в точности как Ф.Т.

– Буду считать это комплиментом. Он славный парнишка.

– Да.

Но лицо Адама потемнело, словно солнце закрыла туча. Помолчав, он спросил:

– Вчера вечером ты обсуждал с отцом что-нибудь важное?

Очень странный вопрос.

– Почему ты спрашиваешь?

Адам покраснел.

– Извини, это прозвучало бестактно. И не мое это дело… – Он внезапно встал. – Боже мой, не могу я спокойно сидеть и делать вид…

Он отвернулся.

Я подошел к нему.

– Сэр, что случилось?

На мгновение мне показалось, что сейчас Адам поставит меня на место, как гардемарин – надоедливого кадета, но он тут же ссутулился.

– Джаред. Ума не приложу, что с ним делать. Плохой из меня отец.

– Что он натворил?

– Я не могу тебе сказать. – Засунув руки в карманы. Адам внимательно разглядывал элегантный фасад дома Сифортов. – Короче говоря, он снова отличился. Если бы Елена была здесь!

– Сейчас у него трудный возраст.

– Больше этой отговоркой я не воспользуюсь, – с горечью проговорил он, – Я такое натворил, Роб. Мне… невыносимо стыдно.

Я опустил руку ему на плечо, постоял так, прежде чем убрать. Я стольким обязан ему за то, что он когда-то для меня сделал.

– Еще не все потеряно.

– Ему уже пятнадцать.

– Когда я поступил в Академию, то считал, что все будет легко, потому что мой отец – сенатор. С самого начала капитан держался так холодно. Это меня потрясло. Мои связи ничего для него не значили. Потом он вызвал меня в кабинет и выпорол. Я пережил жесточайший шок.

– Знаю.

Еще бы ему не знать! Адам помог мне со всем этим справиться.

– Это помогло мне повзрослеть. Встретившись со мной взглядом, он кивнул, но потом снова отвернулся.

– Не могу, Роб. Просто… не могу, – прохрипел он.

Я ощутил себя совершенно беспомощным.

– Ей-богу, я в этом деле не спец, но будь с ним построже. Даже без порки.

Мелькнула мимолетная улыбка.

– Я так и поступил прошлой ночью. По-моему, я его испугал.

– Прекрасно.

– Но сегодня я, как обычно, ничего не делал. Меняться трудно.

– У тебя получится.

Что за дурацкая фраза. Я украдкой взглянул на часы. К моей досаде, Адам это заметил и мгновенно выпрямился:

– Я провожу тебя к вертолету.

– Спасибо.

Отец еще до завтрака улетел в неботель «Шератон» обсудить вопрос о сборе денег для предвыборного фонда.

– Робби, – он явно колебался, – почему ты так и не женился?

– Я пока не женился, – поправил я его веселым тоном. – Все еще впереди.

Если я когда-нибудь сумею преодолеть боязнь связать свою жизнь и делиться мыслями с другим человеком, который может меня не одобрить.

– Кроме того, – улыбнулся я, – самых лучших уже разобрали.

Например, Арлину Сандерс, которая последние тринадцать лет носила фамилию Сифорт.

Арлина Сандерс принимала участие в войне с инопланетянами сначала на «Веллингтоне», а потом на космическом корабле ООН «Брентли». Все, кто ее знал, говорили, что она была надежным ответственным офицером. Как-то во время самого серьезного мятежа против ВКС, случившегося уже после войны, она несла охрану нового космолета на околоземной станции и, как говорили, собственноручно убила нескольких мародеров. Я не был с ней знаком в то время, когда она служила в ВКС, но знаю, что она училась в Академии одновременно с капитаном Сифортом и жила в той же казарме. Многие годы спустя после того, как капитан покинул монастырь, одинокий и погруженный в раздумья, он занимался политикой без помощника.

Его первая жена погибла на корабле; его вторая жена, Анни Уэллс, развелась с ним, пока он находился в Ланкастерском монастыре.

На приемах и дипломатических тусовках он одиноко стоял, держа в руке бокал с вином, – капитан позволял себе выпить один бокал за целый вечер, выслушивая окружавших его льстецов. Его дискомфорт был настолько очевиден, что я сочувствовал ему всем сердцем. Когда его глаза встречались с моими, их выражение смягчалось и уголки рта дергались, словно он хотел произнести слово «долг». Не знаю, на каком приеме он встретил Арлину. Вскоре она стала постоянно сопровождать его, оберегая от самых рьяных мучителей.

С той поры она защищала его яростно и бдительно. Я подозревал, что скорее она, а не капитан следит за поведением Ф.Т., хотя, правду сказать, мальчик, похоже, нисколько не возражал против дисциплины. Однако хоть он мне и нравился, но я его совершенно не понимал. Он был феноменально умным и так же, как и его отец, напрямик говорил правду, что выводило людей из себя.

Пока мы с Адамом шли по газону к дому, чтобы забрать чемодан, я вернулся к действительности. На летной площадке я пожал ему руку:

– Отец no-настоящему озабочен законопроектом о реконструкции городов. Нам обязательно нужно как можно скорее выяснить мнение капитана.

Пока отец не сжег мосты и не погубил старого друга.

– Попробую поговорить об этом снова. Нужно только выбрать подходящий момент.

– Не тяни, – попросил я. И направился к вертолету.

10. Педро

Мальчик Пуук приходил, мальчик Пуук уходил. Может, помирился с Карло, может, нет. Появлялся он почти каждый день. Я спросил, надумал ли он вернуться к мидам, но парнишка только пожал плечами. Может, еще где переночевал, но миды обычно места не меняют. Сидят по своим норам плотно.

Долго мне пришлось тащиться в верхнюю часть города за остальными пермами. Их заказал главарь сабов Халбер. Тут было о чем подумать. Что он сделает, когда наберет их сколько нужно? Но я решил, что хуже будет не дать.

Назавтра я взял тележку и поволок пермы сабам. Тут нарисовался Пуук – вроде помочь. Дурачина! Хотел надуть Педро Теламона Чанга! Не, говорю, сам справлюсь. Базар кончился тем, что он стал упираться задарма. Сразу я не врубился, чего он ко мне прицепился. Но у него все по глазам видно, салага еще, ловчить не умеет. Торгашом ему не бывать. Ну, все же одна консерва ему от меня попала, на халяву.

Теперь я хоть мог спокойно почитать, пацан не шнырял по комнате, как кошак. У него как шило в жопе: ни минуты не может усидеть спокойно. Я прочитал три книги, которые Фрад притащил на обмен. Не пойму, зачем Ленину было писать еще и философию; ему и с политикой, считай, обломчик вышел. Жалко, консервы гикнулись.

Каждый день я читал голографический журнал, но можно было обойтись без этого. Хватало видеть, что днем вода из крана течет ржавее и ржавее. А старый сенатор Боланд покуда вовсю толкал свой законопроект. Ему не понадобится посылать войска правительства, как когда-то генсеку Анжуру. Тот хотел выгнать из города всех нижних. Теперь племена постепенно вымрут сами по себе.

Для Чанга это пока не проблема. У меня на крыше стоит большой резервуар для собирания воды, фильтр и электрическая изгородь вокруг с кучей перм для зарядки. Уже много лет назад племена знали, что с Чангом лучше не связываться. Даже нейтрал может пырнуть члена племени, если поймает его на воровстве своего товара. Да, тяжело, но по-другому нельзя. Иначе они все растащат.

Я проверил водосточную трубу, которая шла от крыши к большому резервуару в погребе. Повреждений нет. Воды хватит на два-три месяца, судя по моим тратам. Если только безбашенные нижние не узнают о моем запасе, когда воды у них не станет. Повезет – племена дотянут до конца лета. Зимой начнутся дожди. Может, тогда еще годок перекантуются.

16
{"b":"8497","o":1}