Адриан даже не знал, что сказать. Он прекрасно знал, что в мире полно людей, не наделённых способностями взаимодействовать с магической материей, но парень никогда не думал о том, что кого-то может это расстраивать. Нечасто Касенеда задумывался о чужих проблемах и переживаниях, а тут ему прямо в руки вручили крупицу сокровенных переживаний, с которыми непонятно было, что делать. Единственное поддерживающее, что смог выудить из себя Адриан, язык которого внезапно закостенел:
— Хотя бы в армию не пойдёшь.
— Для девчонок всё равно добровольно.
— Ну…
Адриан замялся. Добровольно. Разве было что-то в этой стране добровольным? Что-то делалось только потому, что ты сам этого лично захотел? Ты не должен был хотеть для себя — ты должен был желать и делать ради всего общества. Армия как раз была одной из тех дорог, которая выбиралась — или выбирала тебя — на благо отчизны. Одна только пропаганда чего стоила: яркие плакаты, с которых к тебе взывают образы идеальных граждан с требованием вступить в ряды солдат. Агитация молодёжи на парадах, в школах на уроках, в пионерских отрядах — везде. Вся жизнь сквозила пропагандой безоговорочной отдаче всего себя партии и народу. А хотелось просто улететь. Расправить крылья. Устремиться к звёздам. Для себя.
— О чём задумался? — Эмбер выбила его из потока грузных мыслей. — Слушай! А пошли в ДК завтра на танцы!
— Приглашаешь? — энтузиазм девушки немного удивил Адриана. — Обычно…
— Обычно мальчишки приглашают на танец? Ну, а я вот сама хочу! Так что?
— Ну… пошли… У меня, правда, костюма нет.
— В форме приходи. Она-то у тебя есть, да?
Адриан немного растеряно кивнул.
— Тогда завтра увидимся!
Эмбер резво соскочила и побежала по тропинке прочь. Она даже не оглянулась. Это заставило Адриана недовольно нахмуриться. Но завтра он ещё отыграется.
***
На удивление, в ДК было многолюдно и шумно. Вперемешку играли то старые песни, то более современные, но вряд ли они кардинально отличались для слуха обывателя. Немного дребезжащие, довольно весёлые, галантные, изящные и самобытные. Ярче всего в композициях звучали разливистые голоса аккордеонов. Все эти композиции сопровождали томные сдержанные танцы молодых людей: девушки в скромных платьях длиною ниже колена, самый яркий принт был цветочный; юноши же в однотонных костюмах — брюках да рубахах. Хотя некоторые присутствующие выделялись: это были военные, которые решили посетить данное мероприятие, как и Адриан с подачи Эмбер, в своей форме.
Солдаты немагической армии — молодые ребята в зелёном, а вот служивые магармии были в синем.
Эмбер нигде не было видно. Адриан даже растерялся: ни снаружи, ни внутри. Он даже стал переживать, что девушка решила не приходить и просто выставила его дураком. От досады солдат с погонами сержанта уже хотел поникнуть, но вдруг он ощутил, что кто-то коснулся его плеча, тихонько приблизившись сзади. Лёгкая маленькая рука едва ли чувствовалась весомой.
— Привет! — Не оборачиваясь, только по голосу, Адриан понял, что она всё-таки пришла. — Извини, я немного опоздала. Меня не хотели так-то отпускать. Вообще-то меня не пустили. Но я же сама тебя позвала. Было бы странно, если бы я не пришла, да?
Адриан как-то стушевался от потока слов и удивления, ведь он всё же обернулся, а перед ним стояла не девчонка, работавшая в поле, вся с ног до головы в земле, а прекрасная леди в нежно-персиковом платье с длинным рукавом и кружевными манжетками, им в комплект шёл такой же белый кружевной воротничок. Волосы Эмбер собрала в аккуратный пучок и украсила бежевой ленточкой. Под ошеломлённым пристальным взглядом Касенеды она засмущалась.
— Прекрасно выглядишь, — Адриан даже не поскупился на комплимент и протянул Эмбер руку, приглашая этим жестом на танец.
— Спасибо!
Адриан не был большим любителем бальных танцев, да и танцев в целом, но именно сегодня он получал какое-то странное удовольствие от этого времяпрепровождения. Держать за талию симпатичную девушку, которая в ходе мероприятия стала уже вплотную прижиматься к его груди, было вполне приятно, хотя немного неприлично. Он, может, и считал нужным оттолкнуть её, чтобы придержать между ними дистанцию, но совершенно этого не хотел, особенно учитывая, как приятно и сладко пахло от партнёрши цветами.
— Что такая важная персона забыла в колхозе? — вдруг вырвалось незатейливо у Эмбер.
— Важная-неважная, а работать должны всем отрядом, — отбил Адриан это так, словно заучивал весь вечер перед танцами, зная или догадываясь, что его об этом спросят. — Так положено.
Эмбер только робко хихикнула, плотнее прижавшись к Адриану, отчего у того сердце забилось быстрее, абсолютно не в такт музыке и ритму степенного танца.
— Я что-то даже не спросил, а сколько тебе лет? — решился спросить он.
— Мне уже есть восемнадцать.
— Закончила школу?
— Да.
— И куда дальше?
— В научно-исследовательский институт столичный, конечно же! Уже поступила. Сдала все экзамены на отлично, — уже в голосе Эмбер слышалась гордость за себя. Адриан подметил: поступила в НИИ, а значит — не дура.
— Здорово, — но всё же сухо отозвался он.
Это даже как-то немного разозлило Эмбер, которая чуть отстранилась: она явно ждала более живого ответа и искренней похвалы за все свои очевидно не малые старания. Адриан прекрасно знал, как сложно пробиться в НИИ, а в столичный — тем более. Хоть парень и знал, как важна похвала и признание заслуг, сам всё же и слова выдавить из себя не смог. А Эмбер всё ещё с какой-то робкой надеждой, скрашенной гримасой безобидного недовольства, надеялась на реакцию своего партнёра по танцу. Но, увидев с его стороны только какой-то потерянный и отчуждённый взгляд, девушка пылко треснула его ладонью по груди и выскользнула из объятий.
Адриан остался ещё некоторое время стоять в замешательстве под гнётом пристальных взглядов остальных присутствующих молодых людей, пока не понял, что его партнёрша убежала от него.
— Да твою ж!.. — опомнился он, уже рванув сквозь засмотревшуюся на сцену драмы толпу.
Беглянку Адриан обнаружил уже на выходе с территории дома культуры. Догнать её не составило для него труда, хотя она и пыталась скрыться в ближайших кустах вишни. Он крепко схватил девушку за предплечье и не давал вырваться. Эмбер не просила его отпустить её, вместо этого она просто со всей силы, что у неё была, била его свободной рукой. — Да ты чего так обиделась? Что я сделал? — спрашивал он, хотя всё же догадывался, чем обидел ранимую особу. — Не похвалил тебя достаточно? Ты серьёзно? Из-за этого обижаться?
— А сам-то! Сам-то чуть не раздулся от злости, когда я не признала в тебе дрессировщика драконьего!
— Эй! Ну ты!.. — Адриан с трудом удержался, чтобы не выругаться, но бросаться матом при девушке он всё же не стал.
— Не дёргай так! А то манжетки порвёшь! Я их вообще-то сама делала!
Но это не послужило весомым аргументом для Адриана: он продолжал держать Эмбер. В итоге его начала искренне забавлять её слабость и беспомощность перед ним. Она напоминала маленького зверька, попавшего в капкан большого сильного зверя, который теперь может распоряжаться её судьбой. Эта мысль злорадно щекотала нутро.
Адриан осмотрелся по сторонам, внимательно рассматривая каждую тень, каждый уголок опустевших улиц посёлка. Но ничего, кроме осиротевших двориков и пустых накатанных дорог, освящённых лунным светом, не было. И густые заросли вишни, в которые он решил её затащить поглубже.
— Ты чего творишь?! — выкрикнула Эмбер, хватаясь за гибкие ветви дерева в жалких попытках сопротивляться.
— Да не дёргайся же ты, — пугающе обыденно сказал на это он, ухватив её за талию и потащив уже, как мешок, вглубь зарослей.
Эмбер пикнуть не успела, как Адриан уже уложил её на землю. Без лишних слов он дёрнул платье спереди со всей силы, где оно застёгивалось на пуговицы, которые тут же с треском разлетелись и обнажили ключицы и белый бюстгальтер девушки. В ужасе она вскрикнула, но парень ловко и быстро закрыл ей рот ладонью.