— Оставь тут.
Его холодная и безэмоциональная интонация задела Эрину, как никогда прежде не задевала. Она даже непроизвольно поджала плечи и нахмурила брови. Заметив это, она, конечно же, быстро исправилась, радуясь тому, что Фил всё это время не отрывался от своих дел и не мог, как ей думалось, заметить её странного поведения.
— Ладно, лейтенант, до свидания.
Сгорая от непонятных стыдных и колких чувств, Эрина вылетела из кабинета, чуть не снеся лейтенанта Аарона, попивающего чай. Переполняющие её эмоции заставили девушку бежать по коридорам так, словно она спасается от какого-то преследователя. Несколько раз она столкнулась с другими курсантами, но даже не отображала этого, продолжая бежать. Последняя, с кем она столкнулась, была Фрида в коридоре общежития на их этаже.
— Ты куда так несёшься? — с лёгкой раздражённостью в голосе поинтересовалась Фрида, удерживая чуть не упавшую на пол Эрину одной рукой за плечо.
— Прости! Я… я… тебя не заметила… — она вырвалась из хватки эльфийки и стремительно скрылась в комнате. Фрида зашла за ней.
— С тобой всё хорошо?
Заинтересованность такой отстранённой и молчаливой особы даже удивила Эрину. Не умея молчать, Эрина выдала: — Да какие-то странности. Не знаю. Чувствую себя полной дурой.
— Это многое объясняет. Как себя чувствую, так и веду?
— Ну да. Ой! То есть…
— Расслабься. Ты всё ещё не можешь отойти от утреннего случая?
— Да нет, я уже забыла про него. Ты вот напомнила…
— Что ж, предлагаю тебе тогда сходить со мной на ужин в нашу прекрасную столовку и ни о чём плохом больше не думать.
— Да, это прекрасная идея! Может, Рикки дождёмся?
— Она уже там.
— А, ну тогда пошли! Еда — это всегда хорошо!
Фрида после её слов легко улыбнулась и пошла вперёд, а Эрина — следом за ней.
Глава 7
— Вы никчёмны, — Фил как всегда поприветствовал свой отряд добрыми словами. — Вы тоже никчёмны! — обратился он уже к сержантам. — Этих уродов надо учить, а не жалеть! Похвалить могу только группу Луно! Ты ж мой злобный гномик! Какой МОЛОДЕЦ!
Лепрекон в строю недовольно оскалился, Фил не мог видеть этого, так как стоял к сержантам спиной, но зато мог слышать рык ушастого злого коротышки.
— Продолжай дрессировать этих белокурых петушков! Авось хотя бы из них что-то да выйдет! ПОРТЕР! ГОСПОДИ, ПОРТЕР! Держись ты за Адена — ветер сильный.
Ветер действительно был сильным. Колкий, морозный, пробирающий всё тело. Эрина с трудом сдерживалась, стоя смирно, чтобы не скрутиться от холода, однако зубами она щёлкала сильно и была не в состоянии это контролировать. — Подсолнух! Тебя, может, погреться отправить? А?
— Н-н-н-н-н-нет, т-т-т-товарищ лейт-т-тенант. М-м-м-мн-н-н-не т-т-т-тепло и т-т-т-тут.
— Отправишься вместе со всем вашим квартетом уродов номер два на уборку снега, авось согреешься. Поблагодарите Эрину за такой мой широкий жест для вас! Горилла, ну ты хоть улыбнись! Вот ты посмотри, как Марсик счастлив! Он очень рад уже пятый день к ряду снег убирать, потому что молодец! Аж слёзы счастья замёрзли на блестящей шёрстке. Ну что за красота, а!
Эрина уже слышала о том, что же такого натворил Марсель, а именно — подрался с парнем-оборотнем из второго отряда на выходных, их обоих выдал с потрохами смотритель мужского общежития, и тем досталось от лейтенантов. Марселю — от лейтенанта Фила, конечно же: мало того, что эльф отколотил тигра, как игрушку для битья, так ещё и заставлял убирать снег все эти дни утром и вечером. Если снега не было, заставлял раскидывать и убирать снова.
— А пока вы, мои красавцы, не скрылись за белыми снежными горами, которыми нас так щедро наградила погода, я всем поясняю: сейчас начало ноября, а в конце декабря у вас будут первые зачёты по проходящим сейчас дисциплинам. Готовьтесь хорошо, потому что только после успешной сдачи всех дисциплин вы будете допущены к ММГВ. Для идиотов переведу: магический механизм гравитационного воздействия. Особенно буду обращать внимание на результаты сдачи магтеории и манипуляционного контроля магии. Так что, детишки, постарайтесь в конце года не обосраться. Сержанты, идите занимайтесь своими питомцами, корпус три в вашем распоряжении. Соел, останься. А вы, квартет номер два, идите к Василию за лопатами, тигруня покажет вам путь, он его уже лучше, чем дорогу до дома знает.
Марсель заскулил, как собачка. Эрине стало по-настоящему жалко парня-тигра.
— А кто такой Василий? — спросила Эрина.
— Дворник, Эрина, — мрачно ответил Марсель. — Пойдёмте. В чём Ригер прав, так это в том, что я действительно хорошо запомнил дорогу…
Путь оказался действительно тернистым и труднопроходимым из-за кучи нападавшего за ночь снега. То они заходили за один угол, то за другой, то через одну арку, то через другую. В итоге даже пришлось походить по коридорам, в которых Эрина ещё ни разу не была. Ей представить было трудно, сколько же здесь зданий и сколькими наземными и подземными мрачными лабиринтами они соединены. Какие-то участки пути выглядели совсем безжизненно: пыль, побитые плитки на полу, потрескавшаяся бледная краска на стенах и негорящие лампочки — про эти места словно забыли и перестали их обслуживать.
Но вот, наконец, они пришли к дворнику Василию. Он, как оказалось, был стариком, устроившимся на старой табуретке за небольшим потрепанным пролетарской жизнью столиком, на котором уныло расположились протёртая алюминиевая кружка с ложкой в ней, упаковка дешёвого чёрного чая и труп рыжего таракана. Сам Василий выглядел как вполне обычный помотанный жизнью мужчина с потухшим взглядом, дряблым лицом и грубыми руками. Одет он был в затёртый, такой же старый, видимо, как он сам, серенький тулуп, дырявую ушанку, грязные, но тёплые штаны и тёмные валенки. Не раздевался он, очевидно, потому что в этой каморке было сейчас довольно-таки холодно. Но Василию было плевать, он увлечённо глазел в маленький телевизор, показывавший дребезжащую чёрно-белую картинку. Из-за помех едва ли можно было что-то разобрать, но Эрине хватило сообразительности понять, что вещают об успехах великой партии, светлом будущем и грядущем прорыве. Всё как всегда. Год за годом. Но все верили, ведь так было положено. Разве партия может обманывать? Эрина старалась вообще во всё это не вникать. Политика и внутренний строй были ей мало понятны и не особо интересны. Да и не хотелось получить наказание за неуместные вопросы, или даже за знание неуместных ответов.
— Эй, Василий, — Марсель отвлёк старика от просмотра передачи. — У тебя тут сегодня холодно.
— Дверь сломалась.
«Дверь?», — подумала Эрина, и только когда девушка повернула голову левее, то увидела, что в этом помещении есть дверь, ведущая на улицу. Её аж перекосило: точно ведь можно было пройти более коротким путём и попасть через эту дверь.
— А, что, мы отсюда войти не могли?
— А отсюда нельзя, — хриплым голосом пояснил старик, почёсывая крупный красный нос. — Тут опломбировали охранники, сказали, чтоб больше не слонялись всякие. Но замок-то они унесли отсюда, чтобы поставить на другую дверь! И вот всё держалось на добром слове, напечатанном на этой пломбе, девочка. Ветер подул и всё нахер сдул. Я подпирал стульчиком, чтоб не ходила ходуном, а не помогло… дверь-то железная, а стульчик — деревянный. Понимаешь, о чём я, девочка?
Эрина усиленно делала вид понимающего и внимательно слушающего человека, чтобы казаться вежливой, но этот старик виделся ей очень странным и оттого немного отталкивающим, плюс его неопрятный вид добавлял колорита к уже сформировавшемуся образу дворника с приветом.
— Мы возьмём лопаты? — спросил Марсель.
— Как всегда… да, там же, мальчик… да-да. — Старик продолжил вглядываться в чёрно-белую картинку на крошечном экране. — Интересно, а чем сейчас будет заниматься наш сержант? — вдруг вслух задумался Ричард. Марсель передавал ему лопаты, а тот — Эрине и Фриде.
— Наверно, будет отдыхать, — предположила Эрина.