— Не думаю, что лейтенант так великодушен… За наши якобы плохие результаты в обучении отвечает он, так что… — вздыхая опроверг Марсель. — Пойдёмте. Василий, мы выйдем отсюда, раз уж дверь открыта?
Василий, отмахнувшись, дал добро, не отрываясь от экрана. Марсель открыл дверь, сквозь которую внутрь ворвался ледяной ветер, а вслед за ним и снег. Сначала тигр пропустил своих товарищей, а затем вышел сам, в конце старательно пытаясь захлопнуть дверь поплотнее.
Эрина огляделась и, кроме белого снега на земле, на деревьях, на подоконниках — вообще везде — ничего не увидела. Абсолютная белизна, от которой болели глаза. Метель тем временем усилилась, снега падать стало ещё больше. Во всю царила зима, а не осень.
— Отличное начало ноября, — раздражённо сказал Ричард, жмурясь из-за попадающего в глаза снега.
Марсель в этот же момент начал, к шоку Эрины, раздеваться, из-за чего она раскраснелась, а потом и отвернулась. В конце концов, на нём остались только брюки и сапоги, а крупное мускулистое тело, покрытое густой бело-рыжей шерстью в чёрную полоску, стало обнажено.
— Начнём, ребятки! — воскликнул он, принявшись грести снег с огромным напором и недюжинным энтузиазмом. Началась настоящая работа. Каждый занял свой небольшой участок и старался разобраться с ним как можно быстрее и оперативнее, чтобы перейти к следующему. На холод действительно никто не жаловался: физический труд отлично согревал. Марсель же даже пару раз прыгал в сугробы, чтобы охладиться, и постоянно широко открывал пасть, вываливая огромный лопатообразный язык, так как из-за густой шерсти он буквально горел. Эрина вспомнила кое-что из курса биологии, а именно то, что кошачьи не потеют так, как люди, следовательно, и перегреваются гораздо быстрее. Девушке даже стало его жалко. Но жалость быстро сменялась каким-то девчачьим восторгом, когда она видела, как напрягаются мышцы Марселя и становятся больше и рельефнее. В один момент от осознания того, что она находит его тело привлекательным, вогнало девушку в шок и ступор: не так уж часто она засматривалась на парней, а этот ещё и тигр. Однако снег сам себя убирать не собирался, поэтому Эрина поднажала.
Сколько бы четвёрка не убирала этот снег, он не переставал выпадать снова и снова. Благо, что хотя бы ветер стих, однако команда уже выбилась из сил. Только Эрина бросила на землю лопату и начала кричать от безысходности, как на горизонте появился сержант Соел, не менее потрёпанный и уставший, едва волочащий ноги, и сказал: — На сегодня мы свободны…
— А Вы что делали? — спросил Марсель.
— Фил… то есть лейтенант Ригер заставил меня делать генеральную уборку во всех офицерских кабинетах… чувствую себя уборщиком, а не сержантом…
— Я бы лучше кабинеты драила, чем лопатой махала, — недовольно буркнула Эрина, пнув снег.
— Зато отличная физическая нагрузка, — нейтрально сказала Фрида.
— Ты, наверное, у себя на родине часто убирала снег, если судить по твоим рукам, — язвительно заметил Ричард, обратив внимание на крепость и объем мышц эльфийки, но та просто на него безразлично посмотрела и сухо ответила: — Я росла на ферме, делала много разной физической работы, в отличие от тебя.
Ричард, очевидно, оскорбился, но промолчал, видимо, не желая получать ещё какую-нибудь колкость в свой адрес. Эрина же как-то даже заликовала внутри, увидев, как Фрида легко и просто поставила этого зануду на место. Этот высокий светловолосый парень, внешностью сродни тем ребятам, что были в команде лепрекона, сразу показался ей высокомерным и заносчивым, и пока что он таким продолжал оставаться в её глазах, хотя временами и у него проскакивали нотки приятной личности.
— А что насчёт оставшихся часов занятий? Их не будет? — поинтересовалась Фрида у Соела. Тот устало согнулся и на выдохе ответил:
— Нет-нет, я вас отпускаю, у меня сил нет.
— Но нам же готовиться надо! — подала голос Эрина.
— А ты, я смотрю, больше всех хочешь сдать зачёты, — ответил ей Ричард.
— Помолчал бы. Всем нам их сдавать!
— Но у тебя-то больше всех проблем будет, ха!
— Ричард! — Марсель и Соел вскрикнули на него одновременно. Марсель замялся, но Соел добродушно ему улыбнулся, говоря этим самым «не беспокойся». Вообще, улыбка этого парня расслабляла всех, кому доводилось её увидеть, и Эрину в том числе: даже сейчас, несмотря на едкое замечание Ричарда, ей стало чуточку легче.
— А что? Я слышал, она настолько беспомощна и безнадёжна, что, помимо вас, сержант Соел, с ней работает и наш лейтенант!
Эрина была готова сквозь землю провалиться из-за странного чувства, похожего на стыд. Из-за него она даже слова из себя выдавить сразу же не смогла, хотя очень хотелось заткнуть этого выскочку.
— А ты завидуешь? — Марсель встал на защиту девушки.
— Было бы чему тут завидовать! Якшаться с эльфом — мерзость!
Фрида злобно нахмурилась, нечасто Эрина и остальные могли заметить подобные эмоции на её лице, но сейчас их приметили только непосредственно сама Эрина и Соел.
— А ты теперь иди и ему это в лицо скажи! Он тебя быстро по полу раскатает! — Марсель уже готов был замахнуться на Ричарда, но пока лишь оскалил зубы и выпустил когти. Эрина чувствовала, что начинает пахнуть жареным, но почему же сержант не вмешивался. Она вопросительно посмотрела на него, но тот как-то странно ухмыльнулся — неужели ему было интересно, что произойдёт дальше?
— Конечно раскатает! Ведь мы-то ему сдачи дать не можем! Выговор как минимум! Ха! А он пользуется своим положением и лупит нас, как беспризорных малолеток!
— Ребята, оба успокойтесь, — всё же Соел заговорил, но неестественно строгим для него голосом. — Ричард, ненавидеть кого-то за расовую принадлежность — это глупо и ограниченно, пересмотри свои суждения и взгляды на жизнь. Никто не выбирает, кем ему рождаться и тем более не отвечает за содеянное другими представителями его расы. И лейтенант здесь не исключение. Марсель, его бесполезно переубеждать, по крайней мере тебе. Рассосались все быстро по своим комнатам, а иначе заставлю вас дальше чистить всё тут от этого чёртового снега. До ночи будете тут плясать с лопатами.
Звучал Соел несколько страшно. Эрина даже вспомнила слова, которые от кого-то когда-то слышала: самые добрые люди страшнее всех в гневе — вот это было что-то вроде того. У всех, кроме Фриды, аж мурашки по коже побежали, и никто слова не сказал против.
Ричард ушёл первый, стремительно и агрессивно. Эрина ощущала крайний дискомфорт от всей этой ситуации, надумывая себе, что это ссора команды — её вина. Она подняла кинутую ею лопату и бросила осторожный виноватый взгляд на Марселя и Фриду, ожидая минимум молчаливого осуждения с их стороны. Но вместо этого Марсель улыбнулся, а Фрида как всегда была холодна, но чуточку менее безразлична, чем обычно: это читалось в мимолётном блеске её голубых глаз.
Как только девушки разошлись с Марселем, Фрида томно заговорила:
— А ты не рассказывала, что наш тиран-начальник проводит тебе дополнительные занятия.
Эрина снова хотела провалиться под землю. Чувство вины, стыда и ещё чего-то едкого не покидало её и заставляло втягивать шею в туловище, надеясь хоть как-то скрыться от всего этого, и от вопроса Фриды в том числе. Эльфийка с завидным спокойствием ждала ответ от нерешительной Эрины, которая всё же выдавила из себя тоном пойманного на месте кражи пирожка с кухни ребёнка:
— Есть такое.
— Ты сама напросилась?
— НЕТ! — Эрина аж вскричала от предположения Фриды, та в кой-то веки показала яркое изумление в виде широко раскрытых глаз и поднятых густых чёрных бровей. — Ну, то есть, нет, он сам…
— Понятно. Это здорово. Я заметила, что в последнее время ты стала показывать хорошие результаты, особенно в рукопашке. Наверное, эти факультативы идут тебе на пользу. Ты быстро учишься.
— Это точно! — услышав одобрение, Эрина немного успокоилась.
Они поднялись на свой этаж, зашли в комнату. Рикки ещё не было. Эрина сняла всю верхнюю одежду и упала на кровать лицом в подушку, пролежав так молча и почти бездыханно некоторое время. Девушка была без сил, всё тело ломило. Тяжело вздыхая, она повернула голову и посмотрела на Фриду, которая, судя по всему, вообще не устала. Ни капли. Эльфийка двигалась резво, уверенно и энергично, и вместо того, чтобы тоже припасть лицом к подушке хотя бы на минуту, начала отжиматься.