«ТЫ В СВОЁМ УМЕ!?», — именно так бы она вскричала сквозь завывания ящера, если бы именно в этот момент могла. Танковый отряд же не растерялся и сделал ещё один выстрел, но и он был для Фриды не серьёзнее комка мокрого песка, брошенного в неё кем-то на пляже. Ударная волна обдала и Вилма, стоящего слишком близко, снеся его с ног и оглушив на одно ухо: пошла кровь, а вместо звука стояло дребезжание — у него повредилась барабанная перепонка.
Фрида разразилась протяжным рычанием и уже была готова головой опрокинуть танк, но Вилм, качаясь, как маятник, из стороны в сторону, еле стоя на ногах, прислонился к танку, ясно давая драконше понять, что он не позволит ей навредить танковому экипажу внутри военной машины. Обнажив блестящие огромные и острые клыки, яростно блеснув глазами, Фрида злобно прогоготала. Но Вилм был непреклонен: весь в пыли, в закоптившейся крови, местами порванной зелёной форме, парень уверенно смотрел в глаза дракону, хотя колени его предательски дрожали, а от напряжённости всей ситуации он не мог даже сглотнуть слюну. Но отступать он не собирался.
Его наивная решительность, нелепое бесстрашие и глупая отвага обескуражили Фриду, из-за чего мышцы на её чёрной блестящей морде расслабились, и оскал спал.
— И ЧЕГО ТЫ ДОБИВАЕШЬСЯ? — раскатисто прозвучал нечеловеческий голос из глубин тела дракона. В этот же миг её голубые глаза свернули магией. От глубины её устрашающего голоса Вилм буквально вжался в танк. Оттуда выскочил один из солдат экипажа.
— Что ты творишь, идиот?! — воскликнул этот человек в светло-зелёной военной форме: обычная армия. Невзирая на то, что они не колдуют, не могут себя защитить магическими барьерами, они всё равно, рискуя своей жизнью, бросились в бой. В сердце Вилма кольнуло: он понял, что должен отстоять их право на жизнь, даже если умрёт сам.
— МНЕ ПОКАЗАЛОСЬ, ИЛИ ЭТА ЯЩЕРИЦА ЯЗЫКОМ ТРЕПАЛА? — заорал кто-то из танка.
— Отступайте! Я её задержу! Она вас убьёт! — закричал Вилм.
— Ты хер ли тут приказы отдаёшь, сопляк?! — вскрикнул второй из танка, не высовываясь.
— Я вас умоляю! Прошу!
— Вот дурак, пацан!
— Фрида! — вдруг обратился Вилм к Фриде, буквально моля её. — Прошу, не убивай никого! Ты не должна этого делать!
Драконша сурово нахмурила брови и выпустила на курсанта поток горячего влажного воздуха из ноздрей, который быстро осел инеем на волосах, бровях, ресницах и форме Вилма. Она не понимала его, хотела, но не могла: почему этот мальчишка не бежит прочь в ужасе от неё, видя до этого, как она убивала солдат на полигоне. Вместо этого он вопрошающе, хоть и с трепетом, глядел на неё, ожидая, что она его услышит. Что она ему ответит. Поступит так, как, он считает, будет правильно.
В бликах серых глаз горел огонь надежды, брови хмурились в натянутой суровости и требовательности, но подбородок и губы время от времени подрагивали, стоило дракону хоть немного пошевелиться для вдоха или выдоха. Смуглое лицо Вилма казалось нездорово бледным, но решительным.
— Ты решил воспользоваться тем, что я пообещала попытаться тебя спасти? — в этот раз голос драконши звучал более человечно, и Вилм даже мог различить в нём Фриду. Это придало ему немного храбрости, и он чётко выпалил: — Я помогу тебе спасти Эрину! Одна ты здесь не справишься!
Секунда тишины, а потом драконша разразилась рычащим смехом, от которого задрожали стёкла в домах. Прежде Вилм не видел и не слышал смеха Фриды. Это заставило его опешить. Несмотря на то, что именно сейчас эльфийка стояла перед ним в образе ужасающего монстра, она выразила яркие эмоции, неконтролируемые, искренние и правдивые. Человечные. Даже её чёрные бездонные зрачки расшились от улыбки, в подобие которой растянулись её грубые чешуйчатые губы.
— Я всё не могу понять, — уже чуть успокоившись, начала Фрида, — ты глупец или храбрец? Кто я и кто ты? Ты серьезно думаешь, что мне нужна твоя помощь?
Вилм изменился в лице. Насмешки драконши рассердили его. Он крепко сжал кулаки до хруста в пальцах. Но, сдержав свой гнев, он уверенно продолжил:
— Ты совсем не знаешь города. А я тут бывал часто. И у меня есть мысли, где она может быть!
Из танка снова показался встревоженный солдат.
— Курсант, ты хули с ней трепаешься?! Дракон нам не товарищ! Проваливай отсюда! Оставь это дело профессионалам! Вилм стиснул зубы от злости, а потом выкрикнул, ударив по танку кулаком:
— Я ПЫТАЮСЬ ВАС СПАСТИ, ИДИОТЫ! ПРОВАЛИВАЙТЕ!
Драконша снова заливисто посмеялась, по-драконьему, немного жутко, но снова по-настоящему, отчего Вилм снова переключил всё своё внимание на неё, широко распахнув глаза и раскрыв рот. Это точно Фрида?
Или та, кого он знал до этого, с кем уже проучился целый месяц, с кем жила и дружила его лучшая подруга, не была настоящей Фридой. И настоящая вот она — здесь, напротив него. С клыками, чешуёй и глазами в разы ярче, чем когда она облачалась рядовым эльфом. Яростная и кровожадная — неужели именно такой была Фрида? Вилм даже немного растерялся от своих размышлений, засомневался в правильности и адекватности своих действий, но быстро взял себя в руки: отступать было некуда.
От глубоких философских рассуждений Вилма отвлёк очередной взрыв, пришедшийся Фриде прям промеж глаз. И снова его обдало, из-за чего он смачно ударился спиной о металл. Теряя сознание, Вилм уже готовился упасть на холодную землю, на которой вперемешку лежали обломки дороги, пыль и снег. Но в последнее мгновение сознания парень ощутил, что приземлился на что-то горячее и влажное, а затем стало темно.
***
В руках Эрвила был посох Энхер, сотворённый и выкованный лично его братом Феанфилом, и всё ещё хранящий в себе его величественную магию. Болезненно она обжигала руку эльфийского короля, проникая по сосудам внутрь тела, заставляя его гореть изнутри. Ещё немного дольше, и смерть была бы неминуема. Но Эрвилу хватило времени для телепортации в гущу событий.
В глазах ещё рябило, но со временем он мог разглядеть очертания разрушенного района города, обваленных чёрных домов, выжженную землю и трупы, которые ещё можно было различить среди обугленных обломков: какие-то сожжённые, какие-то растоптанные в кровавую лужу и месиво, а кому-то посчастливилось просто умереть, сохранив относительную целостность своего тела.
Стоило Эрвилу опустить взгляд, как у себя под ногами он увидел разможжённую оторванную голову, а чуть поодаль — такое же размятое в кашу тело, точнее то, что от него осталось. Сердце в груди больно кольнуло. Стены дыма в трагичном потоке скользили над островом, больше напоминавший проклятые, забытые всеми богами края. Время от времени в воздухе проносились вопли драконов: глубокие завывания или скрипучий рёв, а то и всё сразу под ритм топота лап и взмахи крыльев.
— Звёзды, — растеряно проговорил Эрвил, оглядывая потускневшими глазами весь этот ужас. — Что же ты натворил…
Больше эльф ничего не смог проронить. Даже для него, явного и не скрытого врага этой империи, это было слишком.
Чудовище, сотворившее это, было необычайно жестоко, кровожадно и безжалостно. Это не враг — это монстр, потерявший всю человечность и способность хоть сколько-то сопереживать и сострадать.
Пройдя немного вперёд, пробираясь сквозь свежие, покрытые слоем гари и пепла руины, Эрвил случайно для себя сделал находку, спрыгнув с очередного уступа: это был скелет двух детей — одного эльфа и одного человека. Душевные терзания продирали всё тело до физической тянущей боли. Кто-кто, а дети не были виноваты ни в чём.
В надежде больше не видеть этих детских чёрных костей, Эрвил поспешил отвести взгляд в другую сторону, но и там его ждала бесконечная могила среди обвалов стен, крыш и прочих городских построек.
Но у Эрвила не было времени гадать, что затеял этот монстр. Ему необходимо отыскать феникса как можно скорее и что-то предпринять для того, чтобы остановить сверхсущество. Возможно, это убьёт эльфа, но он был готов.
***
Более тридцати лет назад на Риниасе.