Что ему делать? Что предпринять? В руках нет оружия, в теле нет той привычной физической силы и сноровки. Просто схватить её и бежать? А есть ли смысл? Это же всё нереально. Фил растерялся. Ноги подкашивались от дрожи. Образ чудовища в человеческом обличии внушал ему ужас, но он боялся не за себя, а за Эрину, которая продолжала, выпучив большие круглые зенки, пялиться на эльфа-пионера.
Видимо, некто решил предпринять что-то сам, и он сделал уверенный шаг к Эрине, протягивая к её плечу свою руку. Не успел он коснуться девочки, как глаза Фила налились пурпурным огнём. Всё поле вспыхнуло адским пламенем, обращая подсолнухи в жжённые чёрные стебли. Мужчина отпрянул от Эрины, хватаясь за голову, на лбу у него проступили вены, а глаза налились кровью. Эрина оглянулась и увидела эту жуткую картину, пробудившую в ней леденящий страх. В испуге она метнулась к Филу и прыгнула к нему в объятия.
Несмотря на то, что Фил знал, что происходящее здесь вряд ли было доподлинно настоящим, он всё равно ощущал тело Эрины, а оттого осознавал её уязвимость.
— Тебе нужно уходить отсюда. Тут ты будешь в опасности. Подсолнух, ты слышишь меня?
Встревоженная Эрина кивнула, но теперь её образ приобрёл привычные черты: она снова та самая курсанта Эрина Уилд в зелёной форме, и уже в объятиях привычного ей старшего лейтенанта Ригера, глаза которого продолжали сиять фиолетовым светом.
***
— А! — вскрикнула Эрина. Её будто ледяной водой окатили, всё тело дрожало, голова раскалывалась от боли. До неё даже не сразу дошло, что она снова в том самом злополучном мрачном бункере в окружении взбудораженных её криками военных. Опустошённая, она бессильно упала со стула. К ней подорвались двое солдат.
— Эй! Что с тобой? — спросил один из них, поднимая Эрину под руку и сажая обратно на скрипучий стул. Но она не спешила отвечать. Даже не знала, что ей ответить. Это был сон? Что она только что видела? Кого? Кто это был и зачем он к ней пришёл?
— Фил… — только и смогла выдавить девушка из себя шёпотом.
***
Фил смотрел тому, кого его мать назвала Фениксом Меридианы, прямо в глаза, которые тоже теперь излучали свет. Его человеческий образ постепенно растворялся в расползающемся свете. Он ставился тем, что видел снаружи Ригер. От поля, обдуваемого нежным ветром, ничего не осталось, кроме пепелища, затянутого чёрным густым дымом. Фил видел, что сумел навредить Фениксу.
— Что, — озлобленно прорычал Фил, чуть ли не скалясь на Меридиану, как дикий зверь, — поговорим снаружи? Или ограничимся беседой здесь? Мне лично всё равно. Я что тут, что там с удовольствием размажу тебя по земле. «ВЫСКОЧКА».
Голоса эхом ударили в голову Фила, заставив его поморщиться от дискомфорта. Было чувство, что ему на голову надели железную кастрюлю и со всей силы ударили по ней чем-то тяжёлым. Но он не поддался.
«ТЫ НИЧЕГО НЕ МОЖЕШЬ, ЩЕНОК».
Вспышка яркого жёлтого света расползлась с электрическим треском в мгновение ока во все стороны, скрывая в непроглядном сиянии всё, что было вокруг.
Фил снова очутился на поле боя, загнанный в щель в земле, рядом со своими товарищами, которые испуганно на него таращились всё это время. Он увидел это и растерянно спросил:
— Что не так?
Шарлотта и Мариэн попытались что-то сказать, но вместо них мгновенно своё слово вставил Авил:
— Если опустить тот факт, что у тебя глаза светятся, будто вместо них тебе в глазницы засунули фиолетовые лампочки, а воздух полминуты трещал так, словно ещё немного, и мы вместе с островом взлетим на воздух. В остальном всё хорошо. Правда, очень жарко. Я вспотел, как конь на ипподроме! Ты горячий парень, товарищ старший лейтенант! Мариэн и Шарлотта как-то неодобрительно, но в это же время с недоумением пялились на разговорчивого Авила. Несмотря на все свои повреждения и потерю крови, он отлично держался. Казалось, при необходимости сможет даже драться.
— Ты ещё когда делал злое лицо, вокруг тебя так камушки забавно подлетали! — добавил Либкнехт.
Фил с непониманием и шоком таращился на троицу, в частности на Шарлотту: она это понимала по тому, как он повернул голову в её сторону, так как радужки, зрачков и склеры в свете магического огня не было видно.
Такого Шарлотта не видела. Область вокруг глаз её сына почернела, словно обуглилась, но Фил явно не испытывал боли. Или это какая-то магия, или нервные окончания мгновенно сгорели вокруг глаз эльфа. Но как он тогда видел? Слишком много вопросов и ни одного ответа.
— Интересно, а мозги у тебя сейчас тоже светятся? — неуместно вставил Авил, за что получил по голове ладонью от, хоть и напуганной, но раздражённой его поведением Мариэн.
Только сейчас Фил ощутил, что его голова буквально горит изнутри, да так, будто прямо внутрь залили раскалённое железо. От боли он скривил лицо и согнулся, хватаясь за горячую голову. Мариэн и Шарлотта резво подорвались к нему, но стоило женщинам коснуться эльфа, как обе одёрнули руки, одновременно воскликнув:
— Горячо!
— Ау! Больно!
От их реакции сам Фил встрепенулся. Хотя он не чувствовал, что для Мариэн и Шарлотты был как раскалённый радиатор, до которого не так-то просто дотронуться и не вскрикнуть от жгучей боли. Маршал Гриффин побледнела, глаза её широко в ужасе раскрылись, а после она жестко сказала, чуть ли не крича:
— Тебе нужно остановить это! Если ты умрёшь, то убьёшь нас всех!
В этот момент даже боль перестала существовать.
— Возьми себя в руки, товарищ офицер! Ты можешь это контролировать! — жёстко твердила Шарлотта, строго уставившись на загорающегося Фила: горела уже даже его одежда. Кожа начала в буквальном смысле коптиться от магии, которая концентрировалась над ней. Хотелось держаться, но боль была сильнее, и Фил истошно завыл, когда его тело наконец осознало, что происходит.
Эльф упал на землю и в агонии бился, ворочаясь из стороны в сторону. Жар стал пробирать до костей. Перед глазами всё то темнело, то светлело.
— Твою мать, это пиздец… — только и смог выдавить из себя ошеломлённый Авил. — Нам надо ему как-то помочь, товарищ маршал! Да и у нас тут как-то жарко, не находите?
Воздух вокруг них поплыл от жара. Уже их тела ощущали болезненные покалывания от высокой температуры. Шарлотта не знала, что делать. В ужасе ей оставалось только хвататься за головы и драть на ней волосы, осознавая, что она ничем не может помочь. Ни товарищам, ни бьющемуся в адских муках сыну, от криков которого у неё кровь стыла в жилах и сердце разрывалось на части.
— СУКА! УБЕЙТЕ УЖЕ МЕНЯ, КТО-НИБУДЬ! — истошно кричал Фил, тело которого уже почернело.
— Капитан Либкнехт, — холодно и мрачно обратилась маршал к Авилу, на что тот обратил всё своё внимание на неё. — Уходите отсюда вместе с товарищем сержантом. Немедленно! Найдите надёжное укрытие от взрыва. Хотя бы попытайтесь.
Не на шутку испуганные эльфы не стали пререкаться и уж тем более спорить с командующей Гриффин. Авил собрал последние силы и волю в кулак, чтобы, превозмогая боль во всём теле, встать. Мариэн, бросившая последний, наполненный болью, отчаянием и состраданием, взгляд, помогала ему держаться. Вместе они уже ярко и едва ли терпимо ощущали раскалённость воздуха.
Шарлотте от жара было тяжело и больно дышать. Но уходить она не собиралась.
— Феанфил… Что мне делать?
Ответа бы не последовало — она это знала, но будто бы в глубине души надеялась хоть на какой-то знак. Хоть на какую-то помощь.
***
Эрвил сохранял спокойствие, хотя пальцами нервно барабанил по массивному деревянному столу, за которым, помимо него, седела ещё дюжина его придворных советников. Один бледнее другого, но все внимательно слушали доклад о вестях из столицы врага.
Эльфийскому королю только и оставалось, что нервно глядеть из стороны в сторону, пытаясь участливо слушать эльфийку, которая так старательно, чётко и бойко озвучивала ситуацию в другом мире. Но всё было и так ясно. Тяжело вздыхая, закончив свою барабанную дробь пальцами и откинувшись на спинку ажурного стула, что был точно старше любого присутствующего, эльф прикрыл синие глаза и крепко задумался. Хоть мысли и не желали выстраиваться во что-то упорядоченное, что могло бы помочь в решении проблемы, Эрвил всё равно терпеливо выжидал, пока хотя бы одна встанет на своё место, а вслед за ней уже пытаться приставлять другую. В его голове это было похоже на танец огоньков, которые несли в себе какие-то образы. Один образ остановился напротив него. Эльфы Арсии? Они решили такое провернуть? Но откуда столько магии на реализации столь страшного плана?