Уже совсем близко. В дыму и огне едва различим силуэт, но стена, на которой стояли Фил и Мариэн, подло подрагивала от вибраций, разносящихся через почву.
Изумрудный дракон в тёмно-зелёную полосу выскочил на двух ногах из завесы дыма, поджимая передние лапы к израненной груди. Его длинная пёстрая морда, увенчанная бесконечным множеством тонких шипов и утолщённых острых чешуй, была подрана когтями и зубами других драконов. Фил замешкался, удивляясь такому виду ящера.
Вместо него из маг-автомата выстрелила Мариэн, прицелившись прямо в янтарный глаз дракона, но промахнулась, и магический оранжевый снаряд ударился о длинные загнутые рога чудища. Выросты мгновенно почернели, а боль и испуг заставили дракона с грохотом затормозить, вжимаясь телом в землю и расправляя крупные, но порванные кожистые крылья. Тут же последовал оглушительный рык, от которого содрогался и воздух, и земля, и руины вокруг.
Фил в последний момент успел схватить Мариэн под бок, словно та была лёгким мешком, и соскочить со стены, активируя «Ласточку», благодаря которой он тут же оказался на крыше соседнего, более-менее уцелевшего здания, где расположились ещё трое солдат-эльфов. Дракон же врезался в кирпичную стену мордой, обрушив её как карточный домик. Бесполезное столкновение ещё больше разгневало ящера, и он с воплями бросился в сторону эльфов. Топот его когтистых мускулистых ног был похож на землетрясение, а толстый хвост, резво качающийся из стороны в сторону, обрушивал прочие ближние постройки.
— Сдохни, сука! — прокричал Фил, запустив мощный золотой снаряд дракону прямо в голову. Череп чудища тут же разлетелся на куски, а дождь из крови окропил всё вокруг тела ящера. Обезглавленная туша с грохотом врезалась в здание, наполовину разрушив его. Те, кто стоял близко к краю, в том числе и Фил, еле-еле успели отскочить от линии обвала. Только после этого Фил понял, как им повезло с драконом и снарядом: дракон оказался уязвим к золотому типу магического потенциала. Будь он уровнем выше, то магия бы, точно густая искрящаяся пыль, окутала голову дракона, не причинив ему существенного вреда.
— Пиздец, повезло, — на тяжёлом выдохе заключил Фил, обернувшись назад, а за собой увидев побледневших товарищей. Белее и мрачнее всех была Мариэн.
— Здоровенный, — добавила эльфийка-солдат, что была на этой крыше ранее. Она встала у самого края того, что осталось от дома, и разглядывала труп дракона. Фил тоже окинул его взглядом, чтобы прикинуть размер: в длину точно не меньше пятнадцати метров.
— Хреново будет, если они тут все такие, — сказал Фил, заряжая «Баллисту» на следующий выстрел. Исходя из того, что он слышал в ближайшей округе, драконы были самых разных размеров, но мелких было совсем мало. — Могли бы раздать всем блоки сразу хотя бы с зелёнкой, — раздражённо заметил эльф, понимая, что снабдили их откровенной чепухой. Ему не пришлось продолжать тему, потому что и так было ясно: присутствующие прекрасно понимали, о чём он говорит. Золотые и зелёные снаряды — ранги «Y» и «G» были самими дорогими и ценными, поэтому их распределяли крайне экономно. Очевидно, большую часть имеющихся запасов из ближайших центров хранения оставили для окружающих остров войск, а им отдали то, что осталось — такой вывод сделал Фил.
Снова протяжный рык разнёсся недалеко от них. Фил навострил уши. Звук исходил примерно в пяти ста метрах от них. Дракон двигался по воздуху, размер его определить было из-за этого трудно.
— Всем смотреть вверх! — скомандовал он, и каждый нацелил своё оружие в застланное дымом небо.
Дракон не заставил себя долго ждать, наградив эльфов своим стремительным пролётом над их головами. Явно чёрный, с оранжевым брюхом, не очень крупный, но сосуды в его крупных крыльях подсвечивались голубым огнём. Фил с досадой осознал, что снаряда ранга «С» под рукой у него не имелось. Ты знаешь, что нужно делать. Ты это умеешь.
Голос в голове пронёсся пугающим эхом в доли секунды, время словно остановилось. Фил готов был поклясться, что даже дракон в небе замер. А голос не утихал, он говорил всё то же самое. Раз за разом становясь всё громче и громче. Это правда, Фил уже делал это в тот раз, когда драконы вырвались во время посещения курсантами полигона.
Руку Фила болезненно зажгло, но теперь он был уверен, что в выстреле есть смысл. Время всё также пугающе медленно тянулось, и эльф воспользовался моментом, стремительно извернувшись, наведя «Баллисту» прямо на центр тела дракона и спустив тугой курок.
Это же коварное время ускорилось в разы. Яркий фиалковый свет ослепил Фила, а левую руку и плечо обожгло чем-то колким и невероятно горячим, это же едкое невыносимое чувство перекинулось на лицо. Он уже лежал спиной на земле, не видя ничего перед собой, кроме кромешной тьмы с бьющими по мозгу хаотичными вспышками белого света. Боль в верхней половине тела усиливалась. Ничего не было слышно, только странное дребезжание и далёкое эхо.
До него не сразу дошло, что «Баллисту» старого образца разорвало в его руках. Как глупо. Он же знал, что она не совместима с зарядами сегмента выше «C». Но в моменте глухой и слепой пустоты, накинувшейся на него, Фил с ужасом осознал, что и тогда ему не показалось: огонь и правда фиолетовый.
Фил точно хотел сказать слово: «Охренеть», но не был уверен, что это ему удалось.
Сознание оставляло его. Белые вспышки растворялись в темноте. Дребезжание в ушах тоже сходило на «нет», погружая остатки сознания в безмолвие.
«Эрина», — о ней он точно подумал, но не был уверен, что сумел сказать. Перед глазами всплыло бескрайнее жёлтое поле цветущих подсолнухов под лазурным высоким небосводом. Он точно был уверен, что кожей ощущал, как тёплый ветерок касался его лица, шеи, рук. Фил ясно ощущал сладкий аромат цветов и свежесть полевых трав, которые приносил ему ветер вместе со своими игривыми ласками.
Неужели он больше не увидит её никогда? Неужели это последний момент? И почему именно её образ он ощущал перед смертью, её незримое тёплое присутствие, которое не давало ему окончательно провалиться в небытие? Её нежные бледные руки тянули его за собой, к яркому тёплому лету, сквозь мягкие робкие касания, даря чувство умиротворения и чего-то ещё. Чего-то очень приятного и ласкового.
* * *
— Фил! Фил! — голос донёсся до его ушей едва различимым эхом, но тут же он резко открыл глаза, осознав, что его зовёт Мариэн. Фил со вскриком подскочил, жадно хватая воздух ртом, словно он всё это время вообще не дышал. Привкус крови и гари оседали в носу и во рту, вызывая желание освободить желудок от того, что в нём оставалось, но Ригер стойко сдержался, схватившись за голову, на которой не оказалось шлема, и он чётко ощутил ладонями свои волосы. Мозг горел, плавился. Он кожей пальцев ощущал, как кипит его голова.
— Что за дерьмо… — только и смог выдать Фил, с трудом восстанавливая дыхание. Зрение тоже вернулось. Размытые засвеченные пятна обрели чёткие контуры: перед ним сидела сержант Мариэн. Её лицо было перемазано чёрной сажей, но ран никаких не было. Только глаза её горели животным страхом. Увидев, что Фил пришёл в себя, она дрожащим тонким голосом заговорила:
— Тебя… буквально подорвало, Фил… но твоя рука, твоё лицо… они… как бы это сказать… отросли снова.
Фил в недоумении взглянул ей в глаза, искренне не понимая, о чём Мариэн говорит.
— Ты что, головой ударилась? — единственные слова, которые смог Фил подобрать, распираемый шоком от непонимания происходящего. Да, он ощущал взрыв, почувствовал боль. Возможно даже, чуть не умер: та самая эйфория, о которой говорят люди, которые были на волоске от смерти, рассказывали ему о чём-то подобном ранее. Но восстановить повреждённые части самостоятельно? Да ещё и будучи без сознания? О чём эта женщина вообще говорила? Глаза Фила нервно искали, за что бы зацепиться, что бы могло дать хоть какую-то подсказку или разоблачить дурацкую шутку Мариэн. Но видя её побелевшее от страха лицо, дрожащие пересохшие губы и слезящиеся, переполненные ужасом большие глаза, он понял, что она не врала и не шутила.