— Ты, что, совсем спятила? — боясь повысить голос, возмутился эльф. — Мы не знаем, когда эта тварь вернётся. Это слишком опасно!
— Я не уйду отсюда с пустыми руками. Хоть одно яйцо, но я заберу! — Рида вырвала руку и твёрдо устремилась вперёд. Гинэль же отдал приказ:
— Рассредоточьтесь снаружи, спрячьтесь, и, если дракон появится, дайте знак!
— Есть!
Гинэль побежал за Ридой, которая уже скрылась в тёмном тоннеле.
— Ты безумная, — тихо сказал он, но этого было достаточно, чтобы Рида его услышала.
— Ты слышал выражение людей? Кто не рискует, тот не пьёт шампанского. Понятия не имею, что это такое, но, наверное, люди готовы рисковать, чтобы это выпить.
— И где ты этого нахваталась… — он уже нагнал эльфийку и шагал прямо позади. — Опять в этих книжках наворованных…
Рида оглянулась и легко улыбнулась. Изредка, до появления флёра — магической завесы, окутывавшей их планету, — эльфам Риниаса удавалось заполучить что-то из других миров благодаря энтузиастам, желавшим наладить контакт, перебежчикам и пленным, в том числе и книги, которые, правда, было непросто читать из-за того, что написаны они были чаще всего на людских языках. Правда то, что было записано на общем языке одной из систем миров, поддавалось пониманию некоторых эльфов благодаря тому, что с помощью тех же перебежчиков и пленных они учили этот язык. Наконец, тоннель подошёл к концу, и перед эльфами открылся проход в округлую пещеру. К их удивлению, тут было довольно-таки тепло. Рида сняла варежку и коснулась каменных стен, и те оказались очень тёплыми.
— Наверное, мамочка старательно здесь всё нагревала, чтобы детишки не замёрзли в её отсутствие, — предположила эльфийка.
— Давай как-нибудь в другой раз пообсуждаем это, — прервал её Гинэль, указывая на кладку яиц, расположившуюся в гнезде, сделанном из перьев, костей мелких животных и гальки.
Рида подошла к гнезду, на которое ещё нужно было взобраться, чтобы увидеть, что там внутри, и, к одновременной радости и досаде, эльфийка увидела в кладке шесть яиц бирюзового цвета. С одной стороны, здорово, что они вообще их нашли, а с другой — Рида была раздосадована тем, что их так мало.
Размером с большие арбузы, яйца оказались крайне увесистыми, и эльфы с трудом их поднимали. У Риды появилась идея:
— Давай ты превратишься в дракона, а я сложу тебе их в пасть.
— Ты, что, с ума сошла? А если дракон появится! И у меня рот забит!
— У тебя остаются когти, чтобы защищаться!
— Да ты издеваешься, женщина!
— Давай! Не трать время!
— Ладно. Сейчас.
В один миг, залив на секунды пещеру ярким золотым светом, Гинэль превратился в изумрудного дракона с рубиновыми глазами. По драконьим меркам он был не очень крупным: около девяти или десяти метров в длину, чуть менее метра из которых приходилось на массивный череп, покрытый множеством шипов и рожков.
— Открывай!
Гинэль положил голову на край гнезда и открыл тёмную пасть, обрамлённую каскадом острых клыков, а Рида начала складывать ему на язык яйца. Вместилось только три. Дракон направился на выход, а Рида, тоже прихватив с собой одно яйцо, пошла следом, шагая впритык к шипастому хвосту, который буквально с лязгом волочился по каменному полу пещеры.
— Ты его поднять не можешь? Слишком шумно.
— Можешь взять его в руки и нести.
— У меня они заняты!
— Тогда ничего больше не могу предложить.
Голос Гинэля в обличье дракона звучал ниже, чем обычно, но всё равно был достаточно похожим на его обычный голос, который просто доносился из глубин тела ящера и за счёт чего-то усиливался и расходился леденящим душу эхом. Без лишних трудностей они выбрались наружу, где остальные члены отряда забрали у них яйца, загрузили на подобие складных саней и уже были готовы устремиться прочь, как Рида всех их окрикнула:
— Не забывайте про обогрев магией! Иначе они погибнут.
Поднялась метель. Кругозор сужался, а вой ветра заглушал любой другой звук, пытавшийся пробиться сквозь него. Холодный колючий снег ударял в лицо. Рида натянула повязку, защищающую нижнюю половину её лица, обратно.
— Я только хотела сказать тебе, чтобы ты больше не привлекал внимания… — начала Рида, намекая Гинэлю на его изумрудный облик, который на фоне белого снега бросался в глаза. Точно зверь, Гинэль фыркнул, выпуская пар из узких ноздрей. — Пойдём скорее, нужно убраться подальше от входа.
Дракон побрёл за эльфийкой, ловко спускающейся вниз по горе. Операция по похищению яиц была бы лёгкой и безмятежной, если бы сквозь гул ветра не послышался пронзительный низкий рык, от которого у всех кровь застыла в жилах. Гинэль приподнялся на задних лапах и принюхался, но сильные порывы ветра не давали шанс уловить хоть какой-то запах, чтобы определить, как далеко сейчас горный дьявол.
— Пойдём скорее, нельзя отставать от остальных! — кричала Рида сквозь пургу.
Метель становилась всё сильнее и сильнее. Дичайшие свирепые ветра с чудовищным рёвом намеревались снести с ног каждого на своём пути, смешав со стенами снега, поднятыми в воздух. Рида шла согнувшись, но периодически её таскало из стороны в сторону. В момент, когда эльфийку опрокинуло на спину очередным порывом ветра, она поняла, что потеряла из виду товарищей. Гинэль продолжал принюхиваться, но ничего — только запахи льда и холодных скал. — Нужно подать сигнал, — сказал Гинэль.
— Опасно! Эта тварь может нас заметить!
— Нам нельзя разделяться. Это ещё хуже. Этой твари будет в разы проще переломать нас всех по-отдельности.
И снова рык пронёсся по горам вместе с гулом ветра. От испуга Гинэль замер. Даже его сейчас притуплённого драконьего слуха хватало, чтобы понять: ящер был уже близко.
— Гинэль, — дрожащим голосом начала Рида, тоже ощутив леденящий ужас, сковавший всё её тело, — а ты понимаешь, о чём говорят драконы?
Гинэль посмотрел на Риду широко раскрытыми багряными глазами, в которых хорошо читалось недоумение. — Разве они о чём-то говорят?
— Вот я у тебя и спрашиваю!
— Даже если и говорят, то я это слышу, как обычные звериные завывания!
— Правда? А мне вот кажется, что эта тварь кого-то зовёт…
— Не исключено… мы ничего не знаем об их жизни. Может, они вообще живут парами…
— Семьями… — в голосе эльфийки послышалась тревога.
Дракон снова огляделся по сторонам, прищуриваясь, надеясь заметить хоть малейший знак, указывавший на место положения товарищей, но ничего. Рида уже даже не пыталась всматриваться в эту серо-белую рябь, создаваемую метелью.
— Нужно всё же подать знак, — повторил своё предложение Гинэль.
Рык прозвучал буквально за спиной. У Риды сердце словно провалилось в пятки, а внутри всё оборвалось. Несмотря на рёв ветра, теперь она отчётливо слышала тяжёлое дыхание зверя, сопровождающееся глубоким грудным рыком. Гинэль сразу посмотрел назад и для него не составило большого труда в истеричном танце снега увидеть силуэт огромного чудища, покрытого густым длинным оперением. Этот дракон был минимум в половину больше Гинэля. Такой расклад его даже немного успокоил.
Рида только-только осмелилась выглянуть из-за плеча, чтобы тоже посмотреть на их врага, глаза которого сияли алым светом сквозь снежный занавес. Но чего этот дракон ждёт? Почему не нападает? Рида искренне озадачилась, хотя не время было размышлять о такого рода вопросах. Снова рык. Ещё громче. Он звучал, как жёсткое требование или угроза на языке гремящих недр земли вперемешку с раскатами грома и рёвом, похожим на медвежий. И снова, но уже громче. Глаза дракона загорелись ярче, он вжался в землю. Гинэль в ответ рефлекторно напрягся, обнажил клыки и припал к земле, готовый броситься в бой.
— РИДА, БЕГИ ОТСЮДА! — в рыке Гинэля звучали слова, и он с рёвом бросился на горного дьявола.
Рида едва ли успела среагировать, как уже в нескольких метрах от неё схватке сцепились два дракона. Горный дьявол стал ближе. Рида в испуге уставилась на монстра, с которым обменивался угрожающим рычанием, ударами лап и укусами Гинэль: густой серо-голубой перьевой покров, массивный череп с выступающей вперед шипастой нижней челюстью, пара закрученных вперёд концами рогов и маленькие красные глаза. Когда дракон поднимался на дыбы, были видны его передние лапы, длинные перья на которых создавали имитацию варежек, скрывая большую часть длины чёрных острых когтей, которыми этот дракон мог превратить и Риду, и Гинэля в нарезку.