— Убожество. Тебе бы лучше сейчас остановиться, подать заявку на отчисление и вернуться домой. На этом всё, мы закончили.
Эти слова для Эрины были сравнимы с мощным ударом в солнечное сплетение. Когда-то мальчишка в школьные годы зарядил ей туда: невероятно больно, тяжело дышать и крайне обидно, но ничего сделать не можешь. Но в этот раз эмоции, которые и не думали хоть немного ослабевать под градом бесконтрольно идущих слёз, взяли сокрушительный верх, и Эрина зарядила Филу звонкую, резвую и горячую пощёчину, из-за которой у неё самой нестерпимо заболела рука. Зато обе половины лица эльфа были задеты ею. Но тут её осенило: бить офицера вне спарринга — это нарушение устава. Всё внутри оборвалось. Даже боли и обиды не было, только сокрушающий холодный ужас, охвативший всё тело. Эрина даже не могла ничего сказать, вместо этого она с ужасом, ожидая своего наказания, смотрела в те самые бездонные глаза, взгляд которых пробирал до глубины души. На миг мира вокруг словно не стало, и остались только эти прекрасные глаза, бесстрастно глядящие на неё, как на кусок затхлого говна.
Товарищи тем временем застыли в шоке, ожидая, что ей грозит наказание.
— Эрина Уилд, жду тебя в 18:00 в офицерской. И даже не вздумай опаздывать.
Эрина от пережитого стресса уже была готова упасть на пол, но сдержалась ровно до того момента, пока лейтенант не покинул тренировочный зал. А вот только эльф скрылся из виду, как Эрина рухнула вниз, но, благо, её успел подхватить Ричард.
— Капец он страшный… — только это она и смогла выдавить из себя. — И сколько времени осталось до моей кончины? — Часа два, — добавил Лука. — Жесть, конечно…
— Нахрена он вообще припёрся? — продолжила Эрина, растекаясь беспомощно в руках Ричарда.
К её ужасу, два часа остальных занятий пролетели мгновенно, хотя это был нечастый момент, когда Эрина желала, чтобы занудное обучение не заканчивалось. Ноги подкашивались от ужаса, а к горлу подкатывала тошнота. Вилм, узнав о случившемся, вызвался проводить Эрину, зная, как ей тяжело будет идти одной.
За окном было уже довольно-таки темно. Снег падал и приятно искрился в свете фонарей. Коридоры же, тем временем, были пустыми, мрачными и холодными. Многие источники света уже были отключены, и из-за нехватки освещения тени в углах становились глубже, а свет, исходящий от фонарей и пробивающийся сквозь окна, — более холодным и зловещим. Шаги эхом разносились по академии; порой и Вилму, и Эрине казалось, что за ними кто-то идёт. В итоге корпус, к которому они пришли, и вовсе был уже лишён освещения. Лестничные пролёты напоминали ступени в безмолвную бездну, которую лишь местами озарял бледный свет с улицы, но едва ли это что-то давало, учитывая расположение уличных фонарей, которые едва ли могли тут что-то осветить. Стало ещё тише. А коридор, через который лежал путь к офицерской, был и вовсе погружён в непроглядные потёмки. Вилм остановился, взглотнул и шепнул: — Ну всё, я тебя проводил. Пока, удачи!
Парень поспешил удалиться. Эрина даже пикнуть не успела, как друг скрылся во тьме, а она осталась наедине с собой, тишиной, мраком и фактом того, что нужно зайти вовнутрь. Где-то что-то мерзко скрипнуло. Это вынудило Эрину буквально подбежать к двери, которую она, правда, сразу же не решилась открыть. Рука нависла над ручкой. Она хотела было одернуть руку и, возможно, убежать со страху, как из-за двери послышался голос:
— Ты долго там ещё стоять будешь, Подсолнух?
С перепугу Эрина непроизвольно дёрнула за ручку, из кабинета на неё хлынул пронзительно холодный воздух. Внутри было не менее темно, чем в коридоре. За столом, сложив на него ноги и развалившись в стуле, сидел Фил, активно выдыхая табачный дым. В левой руке виднелась тлеющая сигарета.
— Зайди, — строго приказал он, не отвлекаясь от выдыхания ровных дымных колец.
Эрина боязливо и неуверенно прошла внутрь, осторожно закрыла за собой дверь, хотя сквозняк всё равно вынудил её хлопнуть так сильно, что девушка подскочила.
— Возьми там стул и присядь сюда, — продолжал он, сначала указав на стул у правой стены, а затем — на пространство перед своим столом. Эрина суетливо выполнила все действия, но со страху чуть не села мимо стула. Ладони она зажала между бёдер, а сама уставилась в пол, на котором был какой-то красный или бордовый, затёртый до неприличия ковёр. Фил продолжал дымить. Его лицо, поглощённое тенями, выглядело притягательно зловеще, поэтому Эрина всё же побаивалась лишний раз на него смотреть.
— Ну и что мне с тобой делать? — начал он, затушив сигарету, встав и закрыв окно. — Прости, я думал, ты опоздаешь, поэтому не успел закрыть окно.
«Он извиняется?» — Эрина от удивления всё же оторвала взгляд от пола и уставилась на эльфа, которому приходилось приложить усилие при закрытии окна не для того, чтобы плотно запахнуть ставни, а чтобы не сломать их. — Подожди. — И вот лейтенант закончил с окном, которое хотя бы перестало свирепо дуть. Но Эрине это не особо помогло, она дрожала от холода и продолжала пытаться согреть ладони, сжимая их между бёдрами, потирая. Фил подошёл к ней и набросил свой китель. От шока Эрина прямо почувствовала, как её глаза чуть не вывалились из орбит, но стало действительно гораздо теплее.
— С-с-спасибо, — с трудом промямлила Эрина, запахивая китель и прячась в нём. Закрыв нижнюю часть лица и ледяной нос отложным воротником, она с удивлением поняла, что от его формы не пахнет табачным дымом. Это тот самый запах, который она почувствовала в тот день, исходящий от его волос. Внизу живота свело, но это было очень приятно, отчего Эрине стало как-то не по себе. Усугубляло положение настойчивое молчание лейтенанта, который, тем временем, вернулся на своё место, облокотился на столешницу и уставился на девушку. Для Эрины было удивительно, что взгляд эльфа был совсем не таким, как в последний раз.
— Ну, давайте… говорите… какое меня ждёт наказание? Будете бить меня ногами?
Фил откинулся на спинку стула с наигранно-поражённым выражением лица.
— Я, по-твоему, такое чудовище?
— Да.
— Спасибо. Ты очень любезна.
— Не за что… Выговор напишите? Отстраните?
— Нет. Прекрати гадать. Вынь голову из своей задницы и дай уже мне сказать нормально. Скажи мне, почему ты хочешь попасть в магармию?
Эрина растерялась, такого вопроса она никак не ожидала от лейтенанта. Эльф же спокойно ждал ответа. Вроде бы, она всегда знала, зачем и почему это делает, но сейчас, под пристальным взором этих холодных глаз, девушка не знала, как и какие подобрать слова, оттого закусила губу и начала беглым взглядом искать, за что бы зацепиться хотя бы зрительно, что бы могло подать ей хоть какую-то идею или старт для вымученного рассказа.
— Я жду от тебя честного ответа, если что.
Эрина дрогнула. Этот Фил Ригер действительно внушал ужас. Вместо того, чтобы обдумывать ответ на такой, казалось бы, серьёзный вопрос, она исподлобья уставилась на него и стала упорно размышлять, что же именно её и всех остальных так в нём пугает. Сначала девушка наклонила голову в одну сторону, потом в другую, посильнее натянув на себя китель, который так замечательно её согревал, но ни один из ракурсов не дал даже намёка на ответ.
Лицо этого парня — мужчиной его назвать немного затруднительно — было действительно красивым. Эрина с удовольствием рассматривала острые скулы, аккуратный нос, миндалевидные глаза с радужкой несколько больше в диаметре, чем у людей. Эта внешность хоть и была холодной, как лёд, учитывая ещё и бледную кожу в сочетании с иссиня-чёрными волосами, но, в целом, пока лейтенант не открывал рот, располагала к себе. Хотя, смотря тоже, с какой целью открывал: сейчас Эрина поймала себя на мысли, что она хотела бы, чтобы он сам продолжил говорить вместо неё или начал затирать что-то важное. Ведь пока из его груди не вырывались озлобленный рык и тяжёлый бас, его голос звучал довольно-таки мелодично и, Эрина с ужасом осознала это, возбуждающе. От таких выводов её глаза снова широко раскрылись. Со стороны она определённо выглядела, как какая-то одержимая сумасшедшая, по крайней мере, именно так на неё смотрел Фил, всё ещё ожидая хоть какого-то ответа.