— Шестой просит подобрать капсулу, пираты уничтожены. Шестой просит подобрать капсулу. Пираты у…
Гадский осколок. Все-таки накрыло. Я вывалилась из имитатора, сил на то чтобы изображать героиню, как-то не находилось.
В зале стояла полная тишина. Спокойный голос Ларсона комментировал.
— Вы сейчас увидели на практике принцип «Убить врага и выжить», сначала делается все для уничтожения врага, потом все, чтобы попытаться выжить, даже если шанс ничтожно мал, всегда надо попытаться им воспользоваться.
Мы все стояли возле своих машин, в тени, свет зажегся как на сцене.
— Номер первый капитан Леско, — Ларсон представлял нас как беговых лощадей, — номер второй — капитан Жофур, номер третий — капитан Скинис. Я и забыла что у Илис такая дурацкая фамилия, вот родители пошутили — Илис Скинис.
— Номер четвертый — майор Дебюсси, — продолжал Ларсон, — номер пятый подполковник Грево, номер шестой — леди Викен-Синоби.
Фух, я боялась, что он скажет Вик-Син по привычке, преподаватели сократили мои фамилии под предлогом экономии времени и бороться с ними было бесполезно, пока они так называли меня не при учениках, я позволяла.
Стояла мертвая тишина. Ее нарушила подполковник Грево.
— Сейчас я не вижу никого, достойного служить в космолетных войсках Тропеза, — сказала она спокойно, развернулась и пошла к выходу, мы потянулись за ней. Никто даже шумно не вздохнул, нас ели глазами, удивленно, недоверчиво.
После этого показательного выступления мы затаились, дав юным умам перебродить, вернее переварить полученную информацию. Дин, который уже давно был моими ушами среди курсантов и преподсостава, доложил что прониклись все, кроме двоих, кстати, участвовавших в имит-полете, которые мутят воду, доказывая что все было подстроено. Было решено, что Илис и я должны публично «порвать» их. Решили — сделали. Во время имит-полетов инструктор поставил этих двоих против нас в бой два на два. Учитывая, что летной практики у них было маловато, а стратегия боя так вообще хромала на обе ноги, это было избиение младенцев. Первый раз мы их сбили синхронно, на подлете на предельной дальности. Они, получив удар током, уже пытались вылезти из имитаторов, когда раздался мой крик «Заново». И так пять раз. Пятый бой они уже были еле живые, и наверняка получили ожоги на ладонях и лбах. Надо ли говорить, что им ни разу не удалось нас серьезно достать. Когда они все-таки вылезли из имитаторов, в зале опять стояла тишина.
— Курсанты, какой урок вы извлекли из сегодняшнего занятия? — с ленцой спросила Илис, она уже научилась копировать мои интонации.
— Сука, — зло и внятно сказал один. Второй аж подскочил, услышав ругательство.
— Виноват, капитан. Урок — уважение к старшим офицерам. Виноват. Исправлюсь.
Илис кивнула.
— Не только. За свои слова надо отвечать. Вы меня понимаете курсант? — на ругнувшегося никто не смотрел, его уже ни для кого не было.
— Так точно, капитан.
Вот и всё. Из двух смутьянов один продолжил учиться, а второй ушел в никуда, скорей всего его подписали под какую-то муторную работенку лет на двадцать на каком-нибудь объекте, куда добровольно никого не заманишь.
Через месяц тропезки улетели, причем мы с Илис расставались со слезами на глазах, а Грево и Ларсон уже дня за три ходили мрачные — любовь. Ни он, ни она не хотели бросать свою работу и селиться на планете другого, но видно они смогли все-таки о чем-то договориться и расставались уже какие-то умиротворенные. Сказать, что курс за этот месяц проникся уважением к тропезским офицершам — значит не сказать ничего. Еще одна задача выполнена. Соденберг был доволен, Грево дала официальные положительные рецензии, а не официально пообещала способствовать дальнейшим заказам.
Дни опять побежали чередой, только теперь мне приходилось уделять больше внимание своим официальным обязанностям. С появлением имитаторов на меня возложили задачу — натаскивать ребят в полетной практике и в стратегии боя. Уставала я страшно, и с грустью вспоминала деньки, когда могла целые вечера проводить с Дарелом, который меня сейчас поддерживал, как мог. Так промелькнуло почти четыре шестидневки.
В один из би-вечеров, которые сейчас были посвящены моим не официальным курсантам, меня вызвонил отец и попросил срочно прилететь. Нехорошие предчувствия закричали во весь голос. Мы еле успели долететь к первому админкуполу до пекла, я несмотря на тревогу подремала в пути, и к моменту встречи думала, что готова ко всему, но увидев отца постаревшим лет на десять, я просто испугалась.
— Отец, что случилось? — вырвалось у меня. — Что-то с Ронаном?
Он посмотрел на меня, понял, что я испугана, и взял себя в руки.
— Нет, нет. С ним все в порядке, — у меня отлегло от сердца. Мы трое в порядке — всё остальное переживем.
— Садись, рассказывать долго, — сказал он мрачно.
Отец получил официальный заказ, от Совета Безопасности, членом которого он являлся, на наем меня для разовой акции с каким-то непроизносимым кодом, смысл которого сводился к тому, что опасность умереть или покалечиться при исполнении, очень высока. Говоря проще, мне светило задание, во время которого меня запросто могли убить. Мне стало дурно, и не от того, что мне грозило, а от самой ситуации. Нас Викенов всего трое, мы новички в хитрых делах обеспечения государственной безопасности Синто, и почему-то для этой акции выбирают именно меня. Я хоть и получила своеобразное образование у Синоби, но не была сертифицированным разведчиком или диверсантом. Что-то тут не чисто, а вот что? Неужели мы кому-то мешаем и от нас решили избавиться таким способом, ведь без меня семья моментально сдаст свои позиции. Как ужасно думать о своих такое, но все может быть.
— Отец, а чем они объясняют свой выбор, почему именно я?
Лорд Викен грустно усмехнулся.
— Я богатый человек, ты задаешь правильные вопросы дочка. Объясняют это твоим высоким уровнем пси-мобильности и наличием специфических навыков.
— Но те же Шур, у них с пси-мобильностью все в порядке.
— Говорят, что их кадры засвечены. Ты сохраняешь «под зеркалом» ясное сознание и быструю реакцию в течении нескольких суток?
— Да, трое суток, если «зеркало» простое без повышенной агрессии, иначе я тупею тут же.
— Да уж, это я помню — пробурчал отец, напоминая о моем прибытии на планету.
Глава 16
— Отец, кто выставил мою кандидатуру?
Отец посмотрел мне в глаза, и кивнул каким-то свои мыслям.
— Синоби и Шур.
— Вот паскудство, — вырвалось у меня. — Отец, расскажи мне пожалуйста о твоих взаимоотношениях с семьей Синоби и лордом Синоби в частности, — попросила я.
— Что ж… Нормальные отношения, я им ничем не мешаю, да и не могу мешать, даже если бы хотел. Курсантов ты готовишь именно для Синоби и Шур, так что я ничего не понимаю, если честно. Не вижу я резона им тебя устранять. Инициаторы акции Хоресы, у них новый глава…
Хорес, это тот черноглазый с ипподрома, у которого придурковатый друг-коммерсант, хотя если он член Совета Безопасности, то это могла быть не дружба, а задание. Значит, черноглазый стал главой рода.
— Хорошо, семья Синоби нуждается во мне живой, а лорд Синоби? — были у меня некоторые соображения, правда очень шаткие — информации маловато.
— Я не думаю, что лорда Синоби можно рассматривать в отрыве от его семьи, — сказал отец твердо. Ну что ж, ему виднее.
— Отец, как ты предполагаешь, насколько все плохо? И что нам грозит в случае отказа?
— В случае отказа, наша семья вылетает из Совета Безопасности, а ты будешь зарабатывать место в Совете Семей.
— Безрадостно…
— Да уж. А насколько все плохо, я не пойму. Я вообще ничего не могу понять в этой истории. Им нужен незасвеченный подготовленный кадр, но просить для такого задания некста, столь маленького рода, это против всех правил. И почему они нарушаются — я не знаю.
— Отец, а ведь ты не объявил официально меня некстом.