29–30 октября 1914 Всем О, сколько раз, блаженно и безгласно, В полночной мгле, свою мечту храня, Ты думала, что обнимаешь страстно — Меня! Пусть миги были тягостно похожи! Ты верила, как в первый день любя, Что я сжимаю в сладострастной дрожи — Тебя! Но лгали образы часов бессонных, И крыли тайну створы темноты. Была в моих объятьях принужденных — Не ты! Вскрыть сладостный обман мне было больно, И я молчал, отчаянье тая… Но на твоей груди лежал безвольно — Не я! О, как бы ты, страдая и ревнуя, Отпрянула в испуге предо мной, Поняв, что я клонюсь, тебя целуя, — К другой! 15 июля 1915
Бурково Над омутом Ветер, сумрачно пророчащий, Всплеск волны, прибрежье точащей, Старых сосен скорбный скрип… Строго – древнее урочище! Миновав тропы изгиб, Верю смутно, что погиб. На граните, вдоль расколотом, Отливая тусклым золотом, Куст над омутом повис. Застучит в виски, как молотом, Если гибельный каприз Вдруг заставит глянуть вниз. Холодна вода глубокая… Но со дна голубоокая Дева-призрак поднялась. Иль уже в воде глубоко я? Иль русалка, засмеясь, Белых рук замкнула связь? Ветер плачется, пророчащий; Плещет вал, прибрежье точащий; Смолкли всплески быстрых рыб. Строго – древнее урочище! Стонет сосен скорбный скрип, Что еще пришлец погиб! 12 сентября 1915 Калейдоскоп Забава милой старины, Игрушка бабушек жеманных, Ты им являл когда-то сны Видений призрачных и странных. О, трубочка с простым стеклом, Любимица княгинь и графов! Что мы теперь в тебе найдем, В годину синематографов? Позволь к тебе приблизить глаз; Своей изменчивой усладой (Ах, может быть, в последний раз!) Его обманчиво обрадуй! Ярко и четко, в прозрачности синей, Ало-зеленые звезды горят. Странны случайности сломанных линий… Это – кометы в эфирной пустыне, Это – цветы на лазоревой льдине, Чуждых цветов металлический сад! Миг, – всё распалось в стремительной смене! Кто, окрыленный строитель, воздвиг Эти дворцы упоительной лени, Башни безвестных, ленивых Армении, Те арабески и эти мишени, Эти фонтаны из золота? – Миг, — Вновь всё распалось, и встали кораллы, Вкруг перевиты живым жемчугом. Или рубины, пронзительно-алы, Яркость вонзили в живые кристаллы? Или наполнены кровью бокалы, Белый хрусталь ярко-красным вином? Довольно! детства давний друг, Ты мне опять напомнил грезы, Когда так сладостно вокруг Сплетались трауры и розы! Ты мне вернул забытый рай Из хризолита и сапфира! Опять безмолвно отдыхай, Тайник непознанного мира. Свой лал, свой жемчуг, свой алмаз Таи, окованный молчаньем, Пока опять захочет глаз Прильнуть к твоим очарованьям. 1913 В минуту жизни… В минуту жизни трудную… М. Лермонтов У райских врат Мимо стен таинственного Рая Я не раз в томленьи проходил. Там цветы цвели, благоухая, Там фонтан жемчужной пылью бил. У ворот неведомого Рая Я, как прежде, голову склонил. И, как прежде, знаю: не войти мне В эти, ладом яркие, врата. Не прославит в умиленном гимне Счастье жизни тихая мечта. Да, как прежде, знаю: не войти мне, — Дверь, сверкая лалом, заперта. И опять, далеким полукругом, В степь глухую путь мой поведет. Там – один, с любовницей иль с другом — Буду слышать грозный зов: «Вперед!» Путь ведет далеким полукругом, И пылает жгучий небосвод. 24 апреля 1915 Варшава Единоборство Я – побежден, и, не упорствуя, Я встречу гибельный клинок. Я жизнь провел, единоборствуя, С тобою, Черный Рыцарь, Рок. Теперь, смирясь, теперь, покорствуя, Я признаю: исполнен срок! Немало выпадов губительных Я отразил своим щитом, Ударов солнечно-слепительных, Горевших золотым огнем. И, день за днем, я, в схватках длительных, С тобой стоял, к лицу лицом. Не раз я падал, опрокинутый; Мой панцирь был от крови ал, И я над грудью видел – вынутый Из ножен твой кривой кинжал. Но были миги смерти минуты, И, с новой силой, я вставал. Пусть, пусть от века предназначено, Кому торжествовать из нас: Была надежда не утрачена — Продлить борьбу хоть день, хоть час! Пусть горло судорогой схвачено, Не мне просить о coup de grace! [315] Вот выбит меч из рук; расколото Забрало; я поник во прах; Вихрь молний, пламени и золота Всё вкруг застлал в моих глазах… Что ж медлить? Пусть, как тяжесть молота, Обрушится последний взмах! вернуться Удар из милости (фр.) – удар, прекращающий мучения |
