Литмир - Электронная Библиотека

— Хорошо.

Отключился, а я скривилась и передернула плечами в отвращении.

— В банке кредит перечисляет? — фыркнул Витя, а я снова поморщилась:

— Замолчи.

Он кивнул и примолк.

Глава 24

Когда доехали до супермаркета, Виктор вышел, а я осталась сидеть на месте. Слишком много напоминаний в последние дни. Если так пойдет и дальше, я просто сорвусь. Захотелось взять в руки фотоаппарат и погрузиться в свой собственный мир, но пока удача шла в руки, нужно было двигаться дальше. Когда Витя вернулся, в голову пришла мысль, которую я тут же озвучила:

— Можешь снять куртку?

— Вроде не жарко, — напрягся, но снял, повесив на подголовник своего кресла, а я оперлась на подлокотник, чтобы быть поближе и начала разглядывать его татуировки в мельчайших деталях, чувствуя, как собственные картинки в голове постепенно отходят на второй план и сменяются новыми причудливыми узорами.

Мы уже довольно давно стояли на месте, а я все никак не могла оторвать взгляда, хотя понимала, что пора. Мотнула головой и отстранилась, неловко улыбнувшись:

— Спасибо. Пойдем?

— Пойдем, — ответил хмуро, одеваясь, и полез из машины. — Так, бомжей много, — констатировал, оглядывая взглядом площадь, а я кивнула согласно и зашагала к торцу здания.

Мужичок курил на крыльце и поперхнулся, когда увидел меня. Поспешно выбросил сигарету и собрался улизнуть, но я громко поздоровалась, и он замер перед открытой дверью, а потом повернулся, буркнув:

— Здравствуйте.

— А я по поручению от брата, — улыбнулась пошире, а он скривился в подобии улыбки.

— Чем могу быть полезен?

— Да просто покажите того бездомного, что с чемоданчиком бегал.

— Зачем? — удивился, похлопав глазами, а я развела руками:

— Не объяснили.

— В зеленой шапке, — бросил быстро и скрылся за дверью, закрыв ее на замок.

— Не очень вежливый, — заметил Витя, выходя из-за угла. — Но в зеленой шапке только один и я вижу его прямо сейчас.

Я повернулась, проследив его взгляд, а он достал бутылку из пакета и пошел прямо на него.

— Здорова, — гаркнул Витя, приблизившись к мужчине в зеленой шапке. — Водку будешь?

— День добрый, — облизнулся тот, но руку не протянул. — Смотря что для этого нужно сделать.

— Поболтать.

— На какую тему?

— На тему вопросов-ответов, но отвечаю не я. Уловил?

— Уловил. Спрашивайте.

— Чемодан. Черный, маленький, новенький, с барахлом. Был такой?

— Ну, был. Только уже нет. Только вот свитерок себе припас, холодает, знаете ли, — и показал кашемировый свитер, отодвинув куртку в сторону.

— Губа не дура, — хмыкнул Витя, а бомж засмеялся, показывая остатки зубов. — Где взял?

— Да в кустах лежал, бесхозный.

— А рядом с кустами ничего не лежало?

— Возможно, я не присматривался, — ответил уже более напряженно.

— А может это что-то ты туда положил?

— Что Вы, сударь, мы не звери какие-то, — поморщился, намереваясь подняться и уйти, а Витя потряс бутылкой, в которой забулькала водка и тот осел на место.

— Давай как на духу все, — вздохнул Витя. — Я тебя не трону, и в пакете еще две бутылки и закусь. Хлеб там, колбаса, сосиски.

— Да я не видел ничего, — вздохнул тяжко и покосился на пакет.

Я нахмурилась, сообразив, он больше хотел есть, чем выпить, развернулась и пошла к палатке с шаурмой. Таджик меня узнал и кинулся готовить, спросив деловито:

— Сколько?

— Давайте две.

Справился он в рекордные сроки, отказавшись брать деньги, а я вернулась к Вите, который продолжал уговаривать бездомного рассказать хоть что-нибудь и протянула тому пакет с шаурмой.

— Возьмите.

— Я ничего не видел, красавица.

— Неважно, — пожала плечами и наклонилась, чтобы ему было недалеко тянуться.

Он схватил его, достал шаурму и начал поглощать ее, прикрывая глаза, вытерся салфеткой из пакета и вздохнул:

— Горячего не ел уже пару месяцев. Спасибо, красавица.

— Не за что. Мы ищем мужчину, которого, предположительно, похитили у поезда. У него жена и дочка, волнуются, два месяца прошло, но мы не теряем надежды. Можете отнекиваться дальше, а можете ответить добром на добро, ваше право, в любом случае — я не осуждаю.

— Как же, не осуждаешь, — прищурился мужчина, а я улыбнулась и свела большой и указательный палец, улыбнувшись:

— Ну может чуть-чуть.

— Мужчину не видел. Машину видел.

— Расскажите?

— Расскажу, — вздохнул, подобрев от еды. — Мы в помойке рылись с товарищем, ужин себе искали. С поезда только выкинули, готовят к отправлению. Услышали возню какую-то через кусты, любопытно, мало ли чего там происходит. Иногда машину поставят и давай развлекаться, какое-никакое, а зрелище. Мы ж тоже люди, — смутился и отвел взгляд. — В общем, пошли посмотреть, там машина стоит, рядом с ней чемодан, а с обратной стороны один мужик с другого одежду стаскивает. Я такое не люблю, чемоданчик схватил и подался, а товарищ остался поглазеть. Я за угол, посмотрел, чем разжился, свитерок вот нашел, остальное там бумаги какие-то, белье, да пара рубашек, мне такое не нужно. Пошел ко входу, продал его какой-то тетке за пару бутылок, чемодан-то хороший, новый считай. Вернулся к товарищу, а он того. Лежит, мертвенький совсем. Машины нет. Я с горя обе и выпил считай за раз. Три дня в себя приходил. Вот и весь сказ, красавица.

— Номера не запомнили?

— Да где ж памяти столько взять? Помню только, что не местные. Этого же города, куда поезд был, как его… Всевышний, что-то такое. А машина-то дорогая. Блестит вся. Не знаю уж, какие там жена с дочкой, но этому явно не до них было.

— То есть, он не сопротивлялся, когда его раздевали? А сколько всего человек было?

— Один на заднем сиденье лежал, второй портки с улицы стягивал, а тот и не прочь был, я почему и ушел, не мое это. Еще один на водительском месте, а может и рядом с ним кто, не видно было.

— Спасибо, — улыбнулась, а он похлопал глазами:

— Это все?

— Все, — кивнул Витя, протягивая ему пакет. — Держи мужик, заслужил.

— Да я чего, я только товарища помянуть, — вздохнул бездомный, забирая пакет, а мы торопливо пошли к машине.

— Все дороги ведут в Рим, — усмехнулся Витя.

— Думаешь, они увезли его туда? — нахмурилась, а он пожал плечами:

— Тачка не местная, приехали специально к поезду, заманили к нам наверняка проектом каким-то левым. Тут чертежи стырили, подожгли остальные, чтобы было непонятно, что конкретно сперли, и сперли ли вообще, и подались домой. Чего им в чужом городе ловить? В своем всяко сподручнее, это я тебе на своем опыте говорю. Придется покататься. Соберем вещи, поедим и выезжаем. А то я на эту шаурму сам слюни пускал.

— Я тоже еду?

— А ты не хочешь?

— Помнится, ты старательно пытался вывезти меня оттуда.

— Это было до того, как ты окунулась с головой, а плавать не умеешь. Теперь если с тобой что-нибудь случится, меня в красивеньком гробе закопают. По фигуре.

— Даже не мечтай.

— В палас и сырую землю? — фыркнул, а меня пронзило насквозь от воспоминаний. По ковру растекается лужа, в комнату входит Ваня и начинает заикаться, следом влетает Семен и замирает в дверях, а потом медленно идет ко мне. — Алена, — позвал Витя и наверняка уже не в первый раз, — подержи руль.

— Что? — не поняла, оборачиваясь, он поднял руки в воздухе, а я ухватилась за руль. — Спятил?

— Чуть-чуть, — пробурчал тихо. Быстро снял куртку, швырнув ее назад и стянул футболку, а потом перехватил руль.

Я оперлась на подлокотник, а он чуть откинул свое сиденье, развалившись в нем, как барин, и рулил одной левой, правую пристроив на мое кресло. Мы ехали подозрительно долго, я почувствовала неладное и перевела взгляд на дорогу, обнаружив, что мы недалеко от дома и поняла, что он ездил кругами.

— Тут как будто много разных картинок, но все сплетены в один узор, — сказала, чтобы что-то сказать, а он кивнул:

32
{"b":"982894","o":1}