Литмир - Электронная Библиотека

— Лена.

— Влад, — ответил, чуть усмехнувшись. — Неплохие снимки. Но это улица, все стоят в ожидании, да и света там побольше.

— Ваши сомнения вполне оправданы, — согласилась легко, пожав плечами. — Как насчет того, чтобы я пофотографировала внутри прямо сейчас? Вы просмотрите снимки и перезвоните, скажем, до девяти вечера.

— А ты нахалка, — хохотнул, покачав головой. — Так уверена в своих силах?

— Можете встать, где попрошу?

— Я примерно понимаю, у меня таких фотографий около тысячи, — поморщился, а я нахально взяла его за руку и сделала шаг назад, принуждая подняться.

Влад снова ухмыльнулся и встал, а я поставила его у прозрачной стены. Сняла все сумки, чтобы было удобнее, взяла барный стул, поставив его в нужную точку, спиной к себе, потом слегка повернула его голову за подбородок. Он засмеялся и покачал головой, но замер, а я залезла на стул коленями, чтобы быть повыше и сделала одну фотографию, которую запланировала при входе.

— Готово. Спасибо, — улыбнулась, а он развернулся, застав меня на стуле и снова засмеялся. Галантно подал руку, придерживая стул. Я слезла и достала шнурок, а он жестом разрешил перекинуть сразу на его ноутбук.

Скинула фотографию, расположившись на диване, открыла ее в полный размер и покосилась на своего будущего работодателя, который замер за диваном, наклонившись и положив руки на спинку. Долго всматривался в фотографию, а потом кивнул:

— Сильно. Но тут требуются промо-фотографии, ты понимаешь?

— Разумеется, — улыбнулась и поднялась, разворачиваясь. — Пошла работать?

— Иди, работай, — хохотнул и отвел взгляд, снова начав рассматривать фотографию.

Она, на самом деле, вышла довольно зловещей. Когда человек не думает о том, что его фотографируют, его лицо приобретает особенное выражение, как будто внутренний мир слегка выглядывает наружу, а я сфотографировала именно отражение. Это не было фотографией клуба или хозяина жизни, это был портрет, с особенным, глубоким взглядом.

Два часа я исправно моталась по клубу. Поначалу начала дуреть от грохочущей музыки, но быстро привыкла и освоилась, пару раз получила шлепки по заднице, но, когда народ сообразил, что за такие фокусы оказываются за дверью, желающих сразу убавилось.

Ждать Антона смысла не было, он был слишком занят сегодня, ноутбук я оставила в хозяйском кабинете и, думаю, он успел ознакомиться с моим портфолио, изрядно в нем покопавшись. Впрочем, там были только фотографии, причем чужие, так что пусть таращится на здоровье. Еще через полчаса народ стал выглядеть так, что вызывал скорее брезгливость, чем желание их сфотографировать. Я подняла взгляд на огромное зеркало наверху и стояла так какое-то время, пока телефон не завибрировал под резинкой. Смотреть на него я даже не стала, этот номер знает только один человек, так что просто пошла к лестнице и начала подниматься. Постучала и зашла после приглашения.

— Согласен, на сегодня достаточно. Скинь фотографии и иди.

Я кивнула и в точности выполнила указания, не проронив ни звука. До отеля было всего около получаса пешком, я решила прогуляться по ночному городу и подышать воздухом перед сном.

Можно было просто распечатать те фотографии, которые я успела сделать вечером и отправить любимому, но совершенно не факт, что он не в курсе развлечений жены, да и Антону с этого ни горячо, ни холодно, а душа требовала возмездия. За этот порез на щеке, который пришлось довольно долго маскировать у зеркала, за отрезанные волосы, за часы в машинах с неизвестными мужчинами, за все оскорбления, за потерю работы, за разбитые мечты. Последнее было особенно обидно, грудь все еще щемило, хоть и все чувства к конкретному человеку растаяли, как дым. Но само ощущение, что я потеряла что-то очень важное никуда не делось.

«Сердце и душу» — съехидничал внутренний голос и был, в общем-то, прав, как бы высокопарно это не звучало.

Глава 8

Весь следующий день я таскалась по городу в кепке и толстовке с накинутым на голову капюшоном. Фотографировала людей, дома и бездомных собак. Последних было особенно жалко (хотя, и некоторые местные жители вызывали острое чувство сострадания), и я периодически заходила в какой-нибудь магазинчик и тратила свои скудные сбережения на сосиски. Влад не звонил, хотя фотографии, уверена, просмотрел еще вчера, ближе к вечеру я перекусила сама и вернулась в отель, начав приготовления.

Сегодня было выбрано платье глубокого синего цвета, как холодное море, неизменные шпильки и красная помада. У этого платья рукавов не было, а по ночам на улице, как выяснилось, довольно прохладно, поэтому я накинула короткую кожаную куртку, невольно вспомнив Витю, что к ночи было, в общем-то, плохим знаком. Торопливо перекрестилась и вышла, так и не дождавшись звонка, хотя было уже десять вечера.

Понятно, что такой крутой парень сделает максимально наперекор, но, если он не дурак и бизнес свой ценит, выберет меня, а не того криворукого, что работает у него сейчас. Я зашла на сайт клуба с телефона, пока шла к нему и увидела свои работы, ухмыльнулась и пошла бодрее. Когда я уже подходила, телефон завибрировал, но трубку я снимать не стала. Подошла к охране, меня пропустили, торопливо поднялась и постучала в дверь.

— Заходи, — услышала слегка раздраженное, сделала шаг и прошелестела заискивающе:

— Алло.

— Так, теперь слушай, — бросил резко, кивнув на стул напротив себя, через барную стойку. Я спешно сняла сумку и куртку, швырнула все на диван и послушно села на указанное место. — Ты талантливая, это факт, о котором ты прекрасно знаешь. Но. Когда я звоню, ты — берешь трубку. Когда я спрашиваю, ты — отвечаешь. Когда говорю не приходить — не приходишь. И так далее. Уяснила?

— Да, — кивнула серьезно.

— Можно оформить, можно не оформлять. Один раз пропустишь или опоздаешь — вылетаешь.

— Без оформления, с одиннадцати до часу, оплата в конце смены в обмен на фотографии, — внесла свои корректировки и прямо посмотрела ему в глаза.

— Может еще и сумму озвучишь? — ухмыльнулся, а я отрицательно мотнула головой. — Барахло можешь оставлять в комнате напротив этой. Ко мне без крайней необходимости не суйся. Конверт передаст кто-нибудь из охраны на выходе. Каждый вечер отдаешь диск. Сегодня получишь за вчера, завтра — за сегодня. Схему уяснила? — Киваю. — Отлично. Пока ходи каждый день, дальше сообщу.

В дверь постучали, а потом зашли, не дождавшись ответа. Влад чуть поморщился и уставился за мою спину с немым вопросом в глазах, а вошедший заговорил:

— Пока глухо. Как под землю провалился, пидор.

«Твою мать!» — рявкнул внутренний голос, но я успела нацепила на лицо равнодушное выражение.

Влад кинул на меня выразительный взгляд, показывая вошедшему, что, вообще-то, не один, на что Александр пропел противным голосом:

— А это у нас кто?

— Новый фотограф. Руками не трогать.

— А не руками? — усмехнулся Серый.

Витя тоже был где-то за моей спиной, я не видела его, но чувствовала тяжелый взгляд на своем затылке.

— Ничем, — отрезал Влад. — Новости есть?

— Нет, — бросил Саша недовольно, — данные — липа. Хату купил, но там не появляется. Соседи не видели, ни его, ни каких-либо гостей. Мы подождали, но никто так и не появился.

«Ну ты и брехун» — фыркнула мысленно, разглядывая барную стойку со скучающим выражением лица.

— Наш друг пропал без вести, — скорчился Влад, обращаясь ко мне, а я лениво повела плечом, мол, какое мне до этого дело? — Поздороваешься с моими друзьями?

Я подняла руку и пошевелила пальцами, не оборачиваясь, он усмехнулся и кивнул им, а через пару секунд дверь закрылась.

— В другой части клуба — второй этаж с отдельными кабинетами, — подала голос, а он кивнул в знак согласия. — Фотографирую только внизу?

— Соображаешь, — хмыкнул Влад, — если захотят снимок на память — позовут. Иди, работай.

Я поднялась и направилась к двери, но она внезапно открылась без стука и в кабинет ввалился Антон. Замер на мгновенье, а потом ухмыльнулся:

8
{"b":"982894","o":1}