Он открыл свой блокнот и показал ей несколько строк.

— Например, простое заклинание для поддержания огня может стоить воспоминания о запахе определённого блюда или цвете предмета. Небольшая услуга, почти незаметная плата. Более сложные воздействия требуют большего. За исцеление тяжёлой болезни человек иногда отдаёт воспоминание о близком человеке, за защиту дома — несколько лет собственной жизни.

Лора медленно опустилась на табуретку.

— И вы считаете это нормальным?

— Я считаю это установленным порядком.

— Это не одно и то же.

Марек закрыл блокнот.

— Вы быстро делаете выводы о мире, в котором ещё ничего не знаете.

— А вы, похоже, давно привыкли не задавать вопросов.

Он посмотрел на неё, но спорить не стал.

Вместо этого аудитор достал из кармана тонкую пластину из серебристого металла. На её поверхности были выгравированы несколько концентрических кругов и маленькие знаки, напоминавшие письмена.

— Мне нужно проверить остаточный след от напитка.

— Вы хотите его выпить?

— Нет. Достаточно образца.

Лора принесла чашку, из которой пила утром. На дне ещё сохранился тонкий слой остывшего какао.

Марек провёл пластиной над керамической поверхностью. Несколько секунд ничего не происходило, затем один из кругов засветился мягким голубым светом.

Он нахмурился.

— Что-то не так? — спросила Лора.

— Здесь действительно есть магический след.

— Но?

— Он не похож на привычное воздействие.

Марек повторил проверку, затем сравнил показания с записями в блокноте. Его движения стали чуть медленнее.

— Что вы ищете? — спросила Лора.

— След списания памяти.

— И нашли?

— Нет.

Он произнёс это так тихо, что Лора сначала решила, будто ослышалась.

— То есть?

— Магическое воздействие есть. Следа оплаты нет.

Лора посмотрела на чашку.

— Может быть, вы ошиблись?

— Я проверил дважды.

— Тогда, возможно, этот напиток вообще не использует магию.

— В таком случае я не должен был обнаружить отклик.

— Значит, ваша система ошибается?

Марек поднял глаза.

— Система не ошибается.

— Очень удобно.

Он не стал реагировать на её замечание. Вместо этого снова наклонился над чашкой и провёл пластиной по краю. Голубой свет стал ярче, а затем внезапно погас.

Марек медленно выпрямился.

— Это невозможно.

— Вы уже говорили.

— Нет, — ответил он. — Теперь я действительно так думаю.

Следующие полчаса они провели в кухне.

Марек попросил Лору приготовить небольшую порцию обычного какао, без рецептов Эстель. Она выполнила просьбу, стараясь не комментировать происходящее. Аудитор проверил напиток до и после приготовления, затем сравнил показатели с остатками предыдущего.

Обычное какао не давало никакого магического отклика. Когда Лора приготовила напиток по рецепту Эстель, пластина снова засветилась голубым.

— Значит, дело не в самом какао, — произнесла она.

— Вероятно.

— И не в посуде.

— Я этого не говорил.

— Но вы ведь проверили чашку.

Марек посмотрел на неё.

— Вы всегда так много говорите во время работы?

— Когда человек приходит в мой дом с подозрительными приборами и не объясняет, что происходит, — да.

— Это не ваш дом.

Лора замолчала.

Он произнёс это без грубости, скорее как сухое замечание, но слова всё равно неприятно задели.

— Я знаю, — ответила она. — Мне уже напомнили.

Марек заметил перемену в её лице и на мгновение отвёл взгляд.

— Я не хотел вас задеть.

— Но получилось.

Он поставил пластину на стол.

— В документах вы указаны как временный управляющий. Это даёт вам право находиться в помещении и вести деятельность, но не делает вас собственником. Я обязан сообщить вам об этом, поскольку любые нарушения могут повлиять на ваше право остаться здесь.

— Я помню.

— Хорошо.

Лора отвернулась к полке и стала убирать ингредиенты. Ей не нравилось, что каждый разговор с Мареком превращался в напоминание о её шатком положении. Она и без него прекрасно понимала, что не имеет здесь ни документов, ни знакомых, ни денег, а срок, отведённый на спасение лавки, неумолимо сокращается.

Но ещё меньше ей нравилось, что он мог оказаться прав.

Если напитки действительно воздействовали на память, то она не знала, какие последствия это могло иметь для посетителей.

— Вы сказали, что магический след есть, — произнесла она, не оборачиваясь. — Значит, напитки всё-таки обладают настоящей магией.

— Да.

— А если человек получает обратно то, что когда-то потерял?

Марек помолчал.

— Что именно вы имеете в виду?

— Допустим, человек отдал воспоминание, а потом выпил такое какао и вспомнил его снова. Это считается нарушением закона?

Аудитор посмотрел на неё внимательнее.

— Воспоминания, переданные в оплату магии, не возвращаются.

— Почему?

— Потому что после списания они становятся частью общего хранилища.

— И никто не может их получить обратно?

— Нет.

— Даже тот, кому они принадлежали?

— Тем более он.

Лора медленно повернулась.

— Тогда что происходит с воспоминаниями, которые люди отдают?

Марек не ответил сразу. Его взгляд на мгновение стал отстранённым, будто вопрос затронул нечто, о чём он предпочёл бы не говорить.

— Они сохраняются.

— Где?

— Это не относится к вашей проверке.

— Вы так и будете отвечать на каждый мой вопрос?

— Если каждый вопрос будет касаться сведений, к которым у вас нет доступа, — да.

Лора вздохнула.

— Вы удивительно хорошо умеете делать разговор неприятным.

— Это профессиональная привычка.

— Вам стоит от неё избавиться.

На этот раз Марек всё же улыбнулся. Улыбка вышла короткой и почти незаметной, но Лора успела её увидеть.

Проверка продолжилась в торговом зале.

Марек попросил показать ему книгу Эстель ещё раз. Теперь он изучал её не как обычный сборник рецептов, а как возможный источник неизвестного магического воздействия.

— Эти символы вам знакомы? — спросила Лора, указав на маленькую тыкву на полях.

— Отчасти.

— Что они означают?

— Я не могу сказать наверняка.

— Вы же аудитор. Разве ваша работа не заключается в том, чтобы знать подобные вещи?

— Моя работа — проверять расход магии, а не разгадывать чужие записи.

— Значит, у нас с вами много общего. Я тоже не умею разгадывать чужие записи.

Марек перелистнул несколько страниц.

— Здесь есть упоминания о фонарных тыквах?

— Пока я видела только рецепты и примечания.

— Покажите.

Лора указала на страницу, где рядом с названием одного из напитков был нарисован тот же знак. Под рисунком стояла короткая запись:

«Сначала пробуждение, затем сохранение. Не путать порядок».

Марек задержался на этих словах.

— Вы знаете, что такое фонарные тыквы?

— Только то, что они продаются на рынке и используются для осенних фонарей.

— Это особый вид магических растений. Их выращивают в пригородах Лиорна. Внутри они способны удерживать слабые эмоциональные отпечатки, если правильно подготовлены.

— То есть воспоминания?

— Не совсем. Скорее, следы пережитого чувства. Радость, тоска, привязанность, страх. Они не заменяют память, но могут сохранять её эмоциональный оттенок.

Лора снова посмотрела на рисунок.

— И вы думаете, что это связано с рецептами?

— Я пока ничего не думаю.

— Вы всегда так осторожны?

— В моей работе поспешные выводы обходятся дорого.

Он закрыл книгу и вернул её на стойку.

— Я заберу её для изучения.

— Нет.

Марек поднял брови.

— Простите?

— Книга останется здесь.

— Это вещественное доказательство.

— Это единственное, что у меня есть от прежней хозяйки. Вы можете изучать её здесь, но я не собираюсь отдавать её неизвестно кому.