— Одели, — сказал Семен Игорю вполголоса. — Покрывалом накрыли. Окно занавеской завесили, какую нашли.

Он поставил ружье к стене, сел на пуфик и вдруг с раздражением стянул через голову косынку, которую ему соорудили еще в первую ночь. Свернул ее и сунул в карман.

— Больше мешает, чем помогает, я ею почти не пользуюсь, — пояснил он на взгляд Игоря. — До патронов на жилете не дотянешься. Висит, как сопля, за все цепляется.

Аня вышла из ванной с мокрым лицом и сразу пошла к Федору. Мальчик проснулся и сидел на диване, немного настороженно глядя на взрослых. Аня присела перед ним, намочила край полотенца из бутылки и стала вытирать ему лицо, шею, грязные руки с обкусанными ногтями.

Ружье Олега Женя взял сам. Спросил только: «Можно?», — и Игорь кивнул. Женя расстелил на кухонном столе старую газету, попросил у Игоря приспособление для чистки и занялся разборкой ружья, руки у него при этом перестали дрожать почти сразу.

— Отец у меня охотник был, — сказал он, не поднимая головы. — У него такое же было. Я пацаном чистил.

Женя расстелил на столе тряпку и складывал на нее детали. Работал неторопливо, поворачивая их в пальцах и тщательно стирая грязь.

Глядя на его руки, Игорь вдруг понял: за все эти дни он ни разу не почистил собственное оружие. Проверял, сколько осталось патронов, дозаряжал, таскал с собой по подвалам и чердакам, а до чистки так и не добрался. Каждый раз находилось что-то поважнее.

Ему стало стыдно. А если бы ружье подвело в подвале, когда тварь выскочила из прохода? Второго выстрела могло и не быть.

Он придвинул к столу табуретку.

— Тряпка еще найдется?

Женя молча протянул ему чистый лоскут.

Игорь дождался, пока тот закончит и соберет ружье. Два самодельных пластиковых патрона, найденных у Олега, Женя повертел в пальцах.

— Сам снаряжал, наверное.

Он зарядил оба. Игорь машинально провел ладонью по патронташу. Пустых клипс на поясе было больше, чем полных, а в рюкзаках патронов осталось совсем немного. Добавлять Жене патронов он пока не стал, да тот и не просил.

Только теперь Игорь разрядил «Бенелли» и занялся чисткой. Пистолет и обрез, он пока оставил в кобурах, разбирать все сразу он не рискнул. Пока работал, несколько раз поглядывал на дверь и прислушивался к звукам в подъезде.

На тряпке оставались черные полосы. В щели набилась пыль, местами прилип мелкий мусор. Игорь вытирал грязь и злился на себя. Столько раз от этого ружья зависела его жизнь, а он даже не подумал привести его в порядок.

Женя тем временем успел поменять аккумуляторы в налобном фонаре, потом взял рюкзак Игоря и замотал изолентой разлохматившуюся лямку. Видимо, где-то зацепился за железо, ведь за последние дни им немало пришлось полазить. Игорь даже не заметил повреждения, а Женя обратил внимание и сразу взялся чинить. Илья не раз называл его рас…дяем, за его легкомысленное отношение к жизни, но в таких мелочах Женя оказался человеком ответственным и хозяйственным.

Закончив с ружьем, Игорь собрал его, зарядил и поставил рядом. Лишь после этого достал пистолет и обрез. С ними тоже нужно было разобраться, пока была возможность сделать это спокойно.

Ира тем временем устраивала ночлег. Из шкафа в спальне достала одеяла и пледы. Ане с Женей постелила на кровати, Федору отвела диван в большой комнате, а себе и Семену — по дивану в двух других.

Распределив спальные места, сели перекусить тем, что осталось. Ужин тоже взяла на себя Ира. Она разделила галеты, открыла последнюю банку тушенки, найденную на дне рюкзака, — одну на шестерых.

— На завтра только вода и галеты останутся, — сказала она Игорю. — С едой надо что-то делать.

Игорь кивнул. Он и не рассчитывал, что придется здесь заночевать, и кормить столько новых людей, впрочем, поиски еды пока не казались ему большой проблемой. Можно было проверить пустые квартиры или зайти в один из магазинов. По пути им попадалось немало таких, до которых мародеры, судя по целым витринам, еще не добрались. Наверняка хоть что-нибудь там осталось.

Только после еды Игорь заметил, что все мелкие дела, за которые он собирался взяться, Ира уже сделала. Проходя мимо полки, она смахнула пыль с пустой рамки, из которой еще прошлой зимой исчезла фотография, и ничего не спросила.

— Снимай, — сказала она ему потом, кивнув на футболку. — Ты говорил потом, вот оно и наступило.

Игорь открыл шкаф и нашел на полке чистую футболку, серую, с логотипом мебельной фабрики, которую ему когда-то вручили на выставке. Ира посмотрела на логотип.

— Красиво. Ты на корпоратив собрался?

— Другой нет.

Он переоделся и отдал снятую футболку Ире. Она унесла ее в ванную, а через некоторое время, выстирав и отжав, повесила на холодный полотенцесушитель.

Семен в это время обошел всю квартиру, проверив оба замка на входной двери и щеколду. Затем проверил плотно ли задернуты шторы на окнах и прихватил их между собой прищепками.

— В общем, давайте сделаем так, будем дежурить по двое, — сказал он. — Один у окна, другой у двери. Мы с Женей до трех. Потом вы с Ирой до утра.

Женя стоял у окна в комнате и смотрел во двор, чуть отодвинув край шторы.

— Игорь, — негромко позвал он. — А «Газель»?

Игорь подошел и то же заглянул в окно. Две белые фигуры так и стояли, во дворе, возле машины Руслана и рядом с его телом.

— Руслан мне ее давал, когда я ремонт делал, помнишь? — сказал Женя. — Я тогда на ней за стройматериалами ездил, и он показывал, где запасной ключ держит: в бардачке, в жестяной коробочке, потому что основные вечно куда-нибудь засунет, а потом найти не может. Сейчас они, может, в замке остались, а может, у него в кармане… — Он помолчал, глядя на тело Руслана возле машины, потом добавил: — Если кабина открыта, искать не придется, сразу запасной возьмем.

— А заведется?

— Не знаю. Она четыре дня стоит, а до этого еще пару дней он на ней никуда не выезжал, аккумулятор мог сесть. Тогда от твоей прикуривать придется.

— Как я твою «Ауди» полгода прикуривал?

— Ну. — Женя впервые за вечер почти улыбнулся. — Провода-то у тебя есть, я знаю, ты их мне сам и давал.

Игорь посмотрел на «Газель» и прикинул, как рассадить людей по машинам. Их десять человек. При желании можно было бы набиться в его машину, как кильки в банку, только тогда они даже оружием воспользоваться не смогут, ни ружье поднять, ни повернуться к окну, да и самому за рулем будет не развернуться. С «Газелью» все получалось проще и надежней — трое в кабине, двое вооруженных мужиков в кузове, остальные у него. Конечно, сажать двоих под тент, который даже от чужих глаз толком не укроет, опасно, но делать два рейса через полгорода и оставлять часть людей ждать было еще хуже.

— Бензин там есть? — спросил Семен.

— Не знаю, — ответил Женя.

— Значит, утром проверим, — сказал Игорь. — Посмотрим, заведется ли, сколько бензина осталось и как со двора выехать. Пока мы даже не знаем, на ходу ли она.

В девять Игорь связался с базой по запасному каналу. Ответила Клавдия Петровна и сразу позвала Илью.

— Нашли Женю с Аней и Федора, сына Олега, — сообщил Игорь. — Остальные, кого видел во дворе и в доме, погибли.

Он перечислил имена. Илья долго молчал. В этом дворе он прожил почти всю жизнь, знал каждого, а за день до той ночи ходил по квартирам и предупреждал людей. Над ним тогда смеялись.

— Понял, — наконец отозвался он. — Выбраться сможете? Вас теперь десять.

Игорь коротко объяснил, что хотят взять Русланову «Газель» и ехать на двух машинах.

— Вечером у ТЭЦ долго стреляли, — сказал Илья. — Я поднимал дрон, видел, как часть тварей от склада ушла туда. Утром проверю дорогу и дам знать. Та, у переезда, пока на месте.

— Хорошо, будем ждать.

— Еще одно. На старом канале сегодня дважды вызывали: «Паджеро, прием». Голос мужской. Я не ответил.

— И не отвечай.

— До утра. Отбой.

Игорь вызвал гараж. Сквозь треск пробился голос Сергея.