Марсель поймал свернутую стропу, которую она достала из кармана и бросила наверх, обвел вокруг стойки и сложил вдвое. Семен сел на подоконник, взял оба конца в правую руку и сполз вниз на животе, повиснув на одной руке. Ира ухватила его за ремень и придержала, пока он не встал на ноги. Он охнул, но устоял. Забрал у нее ружье и сразу отошел к углу, прикрывая.

Марсель скинул вниз рюкзак, отдал Ире свое ружье и вылез сам. Ира прислонила ружье к стене под окном.

— Алина, — сказал Игорь. — Иди сюда.

Девочка стояла у стены рядом с матерью и смотрела на него. Наташа подтолкнула ее:

— Прыгай. Папа внизу. Он поймает.

Игорь взял ее под мышки. Она была легкая, совсем легкая. Он посадил ее на подоконник и спустил вниз, уронив в руки отцу. Марсель прижал ее к себе и передал Ире, потом снова поднял руки.

— Наташа.

Она села на подоконник боком, правую руку прижимая косынкой к груди. Игорь держал ее под левую руку. Она повернулась, сползла животом по подоконнику, и Марсель с Ирой поймали ее внизу и поставили на асфальт.

В подъезде, уже ближе, грохнуло. Звякнуло железо, и что-то протяжно, с визгом поехало по бетону.

Игорь сдернул стропу со стойки и бросил вниз. Протянул в окно «Бенелли», Марсель принял. Игорь сел на подоконник, перекинул ноги и спрыгнул. Колено полыхнуло так, что потемнело в глазах. Устоял. Забрал ружье.

— Все? — спросил он, хотя видел, что все.

— Все.

Ира заталкивала стропу в карман.

Марсель подхватил от стены свое ружье, Ира — его рюкзак. До «Субару» было метров тридцать. Все вместе быстро пошли вдоль стены. Марсель достал ключи, и щелчок замков прозвучал оглушительно. Наташу с Алиной посадили назад. Ира села рядом с ними, положив ружье Марселя себе на колени. Семен сел вперед, на пассажирское. Марсель прыгнул за руль.

Игорь открыл багажник. Внутри было почти пусто: лежали кожаная папка и какие-то бумаги. Он сдвинул все в угол и сел на пол багажника, свесив ноги назад. Ружье положил на колени.

— Поехали, поехали! — прокричал он.

Мотор завелся сразу. Марсель тронулся медленно. Из-за угла дома, со стороны двора, в проезд выбежала тварь, огляделась и побежала следом. Игорь поднял ружье, но стрелять не стал. Марсель прибавил, и белая фигура начала отставать, а потом остановилась посреди проезда и наклонила голову набок.

Проезд вдоль мусорных баков выводил на внутреннюю улицу квартала. Узкий, в одну машину. Игорь вспомнил, как писал это в письме Марселю: проезд вдоль мусорных баков, потом свернуть перед школой. Тогда он не знал, понадобится ли это кому-нибудь.

— Куда? — донеслось из салона.

— Прямо пока, — ответил Семен. — Потом направо, вдоль стройки. Там параллельно дому проезд есть, по нему к будке выйдем.

Ехали медленно, объезжая брошенные машины. Справа тянулся забор недостроенного спорткомплекса, с синими щитами и облупившейся рекламой. Игорь смотрел назад. Дом Марселя оставался позади, светлый, высокий, с открытыми окнами и веревкой из простыней, свисающей с верхнего балкона. Над двором кружили вороны.

«Паджеро» стоял там, где его оставили, между кирпичной трансформаторной будкой и забором стройки. Побитый, с решеткой вместо водительского стекла. Никто к нему не подходил.

Семен вышел первым, огляделся, открыл водительскую дверь ключом. Ира выбралась из «Субару», отдала Марселю ружье и рюкзак и побежала в машину Игоря. Сам Игорь вылез из багажника, закрыл его и подошел к Марселю.

— Держись за нами. Не отставай. Если что-то не так — мигай фарами. Я буду смотреть.

— Понял.

Марсель держал руль обеими руками и смотрел вперед. Потом сказал, не поворачивая головы:

— Там же все документы остались и свидетельство было Алинкино.

— Позже восстановим. Если будет это позже.

Марсель кивнул.

Игорь сел на переднее пассажирское сиденье «Паджеро» и снял рацию.

— База, ответь Игорю. Прием.

Ответили не сразу.

— Игорь, база на связи.

— Марсель с семьей с нами. Все живы. Выезжаем на двух машинах. Прием.

Пауза в эфире была долгой. Потом голос Клавдии Петровны, все такой же ровный, только чуть ниже обычного:

— Поняла тебя, Игорь. Молодцы. Отбой.

— Выводим их к дороге на базу, — сказал Игорь Семену. — Потом за Серым.

— Если дорога будет.

— Посмотрим.

Семен завел мотор. Посидел, держа руку на рычаге. Плечо, видно, болело.

— А она ведь в штанах была, — сказал он.

— Кто? — не понял Игорь.

— Ну та, во дворе. В брюках же она была. Ты же тоже видел.

— Была.

— Скоро, сука, в галстуках ходить начнут.

Ира на заднем сиденье коротко засмеялась и тут же замолчала. Игорь вытащил из патронташа патроны и стал дозаряжать свое ружье. Патронташ заметно опустел. Пустой пистолетный магазин водителя лежал в кармане. Колено ныло, руки пахли порохом.

Семен вывел «Паджеро» на проезд. Игорь обернулся. Сквозь заднее стекло было видно, как «Субару» качнулась, трогаясь, и пристроилась сзади. За лобовым стеклом Марсель сидел, подавшись к рулю и осматриваясь по сторонам, а между передними сиденьями торчала голова Алины и серое заячье ухо.

Две машины одна за другой выехали из-за трансформаторной будки и повернули на улицу.

Глава 17. Платный проезд

Первые минуты ехали молча. Игорь задумался о том, что увидел в паркинге, и не сразу понял, что Семен его о чем-то спрашивает.

— Чего?

— Прямо, говорю, едем или через промку?

— Давай через промку. Потом вдоль насыпи, к ТЭЦ. Там, где теплотрасса через пути уходит, насыпь пониже. Если не перекрыто, перескочим.

Семен кивнул и чуть повернул руль. Вел он правой рукой, левую держал на колене и брался ею за руль только на поворотах.

Игорь положил ружье поперек колен и полез в патронташ. Пальцы находили пустые гнезда одно за другим. Патронов там оставалось всего четыре. Он загнал их в магазин, дотянулся до рюкзака, лежавшего на заднем сиденье, и достал початую коробку патронов, после чего дозарядил ружье до полного. В коробке осталось меньше половины. Он методично распихал весь остаток себе на пояс, посмотрел на Семена, тяжело вздохнул и убрал рюкзак себе под ноги. Усталость и нервное напряжение последних дней накатывали на него, делая его апатичным. Говорить ни о чем не хотелось, накатывало какое-то безразличие ко всему. К тому же колено после прыжка из окна опять разболелось. Семену, скорее всего, было не лучше, но он сосредоточенно вел машину, не отвлекаясь.

— Пить будете? — спросила Ира и протянула между сиденьями полторашку, в которой оставалась треть воды.

Игорь сделал два глотка и передал бутылку Семену. Тот пил, не отрывая глаз от дороги, потом не глядя сунул ее назад.

Ира отпила совсем немного и закрутила крышку. Красный мешок лежал у нее под ногами, как и длинная сумка из «Хантера», из-за чего сидела она боком, подобрав колени.

Игорь обернулся. Запаска и подголовники закрывали половину заднего стекла, но он разглядел, что «Субару» шла метрах в пятнадцати, ровно, не отставая.

— Едут? — спросил Семен.

— А куда они денутся?

— А она у него перескочит? Насыпь-то.

— Смотря какую. Наша-то повыше. Но и у него постоянный полный привод, так что должен проскочить.

За складами дорога пошла вдоль насыпи. Справа тянулась канава с черной водой, за ней поднимался откос засыпанный щебенкой с путями наверху. Слева потянулся забор какой-то базы из мятого серого профлиста. Впереди над крышами торчали трубы ТЭЦ. Дыма из них не было.

За поворотом дорога сузилась. На обочине, накренившись к канаве, стоял старый брошенный полуприцеп на спущенных колесах. Семен взял левее, к самому забору, а когда полуприцеп остался позади, затормозил.

Поперек дороги, метрах в сорока впереди, стояла белая «Газель» с будкой. Перед ней в два ряда лежали старые покрышки, скорее всего, притащенные от шиномонтажа неподалеку. Слева, между машиной и забором, проезд перекрывал бетонный блок. К нему по асфальту тянулись две темные полосы: похоже, блок приволокли сюда совсем недавно. Справа канава подходила вплотную к колесам «Газели». Объехать ее было негде.